Янина Веселова – В гостях у сказки, или Не царевна лягушка (страница 43)

— Ты серьезно? — Аспид удивленно уставился на жену.

— Вполне, — отрезала та. — Не воевать же мне с малявочкой. Хочет быть рядом — на здоровье, мне только в радость. А без завтрака ораву беременных и детей я оставить не могу. Тем более, что наша Хельга — первый кандидат на откорм.

— Да, — поддержала малышка. — Хега ам.

— Вот видишь.

— Ну не знаю, — усомнился змей. — Все-таки это тяжеловато.

— А, по-моему, нормально, — пожала плечами Марья. — Должна же я выносить нашу дочь. Пусть хоть так, на плечах.

— Машунь, — мало не до слез растроганный змей потянулся к жене, — ты такая, такая…

— Хега, ам, — остановила его суровая малявка.

— Сдаюсь, — рассмеялся Аспид.

— Сильно устала? — беспокоился он вечером, нежно массируя напряженные плечи жены.

— А знаешь, нет, — откликнулась она, расслабляясь в любимых руках. — Хельга на удивление спокойная и совсем некапризная девочка. И очень ласковая. К тому же она легонькая словно пушинка.

— Она тебе не надоела? — взолновался Аспид. — Ты на меня не сердишься? Или на Хельгу? Если тебе надоест, скажи, не мучайся. Хуже нет раздражаться из-за такого.

— Я всю жизнь проработала в школе, целыми днями учила чужих детей, и они меня ничуть не раздражали. Нет, конечно, хотелось иногда их прибить, но не до смерти, не бойся. Что уж говорить об одной крошечной девочке? — успокоила трепетного змея Марья.

— И все же имей в виду.

— Сейчас тресну, — профилактически припугнула берегиня. — Где там моя скалка?

— Не надо, — сделал испуганные глаза глава Разбойного приказа. — Я буду хорошо себя вести.

— Так уж и быть, — поверила Маша. — Расскажи тогда, что у нас с поездкой в Медовую долину?

— Все хорошо, — бодро откликнулся Аспид. — Решили ее немного отложить.

— Почему? — не поняла она. — Зачем? А как же кровь Сирина? Она же скиснет со дня на день.

— Видишь ли, змейка, без тебя эта поездка не имеет смысла. Что смотришь удивленно? Неужели не понимаешь, как много на тебе сейчас завязано?

— Допустим. И что?

— А то, что сейчас еще и Хельга решила, что без тебя никак не обойдется. Вот мы и подумали, пусть девочка чуть привыкнет, освоится, перестанет так цепляться за тебя.

— Не понимаю.

— На самом деле все просто. Мы, то есть я… Короче, я не хочу, чтобы ты надорвалась.

— Ты?

— Я.

— Даже готов рискнуть воскрешением брата?

— Я его уже один раз оплакал, и жив, как видишь. А потерять тебя я не могу. Ни при каких обстоятельствах.

— Глупый змей, — часто заморгала Маша, стараясь остановить слезы, но не сумела, утерлась вышитым рукавом и совершенно по-простецки сопнула носом. — Ты от меня так просто не издыхаешься, понял? Будешь со мной всю жизнь маяться. Не знаю, сколько там намерено, но имей в виду, что у меня хорошие знакомства в Лихоманье и свободный доступ к живой воде.

— Я готов, — как дурак обрадовался он. — Буду любить тебя всю жизнь и исполнять все твои капризы.

— Тогда вези меня к медведям в эту их медовую ловушку, то есть долину.

— Какую ловушку, Машунь? — толком не поняв, Аспид уловил главное.

— Медовую, — шепнула она, прижимаясь к мужу. — Тебе ли не знать, что это такое? Какой же ты после этого глава Разбойного приказа и бабник?

— Машунь, — в изумрудных глазах змея мелькнуло понимание. — Ты говоришь?..

— Ага, — она коснулась быстрым поцелуем приоткрытых губ мужа. — Медовая ловушка — весьма распространенная в среде твоих коллег операция для получения нужной информации у определенного лица. Она представляет собой обольщение и завлекание противоположным полом в любовные отношения. Этот способ был и остается одним из самых эффективных, так как основан на простых человеческих слабостях. И, если хочешь, я готова доказать тебе действенность этого метода, но только при одном условии.

— Каком?

— Мы все вместе едем к медведям.

— Согласен, моя медовая девочка, — шепнул он. — Только попроси меня о чем- нибудь еще.

— У меня великое множество просьб, — оживилась Марья. — Начнем с самого простого, сними с меня рубаху, мешает…

Медовую ловушку Аспид опробовал, провел тщательное, всестороннее исследование и одобрил. В результате чего к медведям поехали все, включая жизнерадостных близнецов, довольную тем, что в ее меню кроме мелков, манки, селедки и яиц-пашот вошли тертая морковь со сметаной и черный хлеб, Василису и мрачную, немногословную, сильно постаревшую Ягу.

А вот Хозяйка Медной горы поехать не смогла. По причине полной окаменелости. Случилось это накануне отъезда. В Кащеевом тереме. Прямо за вечерним чаем. Царское семейство, включая малышей, Феогнида и приглашенные Михайло Потапыч с Меланьей вкушали чай с ванильными плюшками, кулебякой с капусткой и рубленым яйцом, расстегаями с белорыбицей, селедкой пряного посола, бородинским хлебушком и само собой мелками. Розовыми. Ну и беседовали под это дело, а как же. В основном на отвлеченные темы, ведь вопросы подготовки к путешествию были обговорены заранее. Короче, все было готово, оставалось только скоротать вечерок в теплой компании.

— На медок налегайте, — приговаривал добродушный оборотень, щедро оделяя душистым прозрачным лакомством веселых близняшек и задумчивую Хельгу- Несмеяну.

— А разве таким маленьким можно? — тихонько уточнила ответственная Маша у Любавы. — Я читала, что детям до двух лет лучше не давать меда — какие-то проблемы с пищеварением и обменом веществ.

— Грамотные все больно, — фыркнула верная себе Яга.

— Моим проглотам точно все можно, после Индрикова молока они и подметки переварить влегкую смогут.

— Индрик, это который единорог? — удивилась Маша, благоразумно пропустив мимо ушей высказывание Ягишны. Ну ее, надоела.

— Он самый, — подтвердила царевна. — Злата и Вовчик с самого рождения пили молоко Индриковых кобылиц и росли как на дрожжах. День за два шел.

— Надо же диковина какая, — покачала головой Маша. — Никак не могу к такому привыкнуть, забываю, что сказка кругом.

— Акромя роста Индриково молоко здоровье крепкое дает, — напомнила о себе Яга. — Надо бы и Хельгу им попоить, и насчет будущего Михайлова медвежонка договориться.

— Спасибо, — чуть не хором поблагодарили Марья с Малашкой, а воспитанный Потапыч даже поклонился ведьме.

— Вот молодец, уважил, — разулыбалась та. — А вы, девки, учитесь.

— Нянь, — заметив, что у жены дернулся глаз, торопливо заговорил Аспид, — а где нынче Индрик обретается?

— Так на Урале. Можно сказать, у Феогниды на заднем дворе кобылиц своих выпасает.

— Верно, — откликнулась Медной горы Хозяйка, пристально наблюдая за поедающими мед близнецами. И непонятно было нравится ли Феогниде то, что она видит или вызывает отвращение. Слишком неоднозначным было выражение прекрасного лица. Одно не вызывало сомнений — перспектива испортить платье Хозяйку Медной горы пугает. А судя по тому, как перемазались и изгваздали все вокруг Златочка и Вовчик, дело к тому и шло. Недаром озорники все ближе подвигались к красивой тетеньке в завлекательно переливающемся сарафане.

— Надо бы повидаться с ним, — не обращая внимания на душевные муки будущей родственницы, продолжил змей.

— А? — не сразу ответила Феогнида, поглощенная душераздирающим зрелищем: заботливый Вовчик обмакнул блинчик в мед и кормит сестричку, Злата, видимо, уже сыта, потому и отбивается с хохотом, машет ручками, отталкивая ладошку брата. Во все стороны разлетаются тяжелые прозрачные капли меда. Меньшая их часть попадает на скатерть, большая достается окружающим.

С удовольствием облизывает сладкие губы Меланья. Сразу видно, что ей по нраву и мед, и маленькие шалунишки. Любаша хмурится и грозит озорникам. Бдительный Платоша торопится к ним с мокрым полотенцем, чтобы вытереть липкие лукавые мордашки и шустрые пальчики. По-доброму усмехается Яга. Отшатывается в сторону Феогнида, с отвращением осматривая угодившие на зарукавье золотые тягучие капли.

— Так деток любишь, что наглядеться не можешь? — один только Аспид не обратил внимание на проказу и как ни в чем не бывало продолжает разговор. Да и чего там замечать. Все живы, здоровы и веселы, чего еще надо?

— Обожаю, — скривились красивые губы Хозяйки.

— Оживим Полоза — свои такие будут, — порадовала ее Любава и положила руку на округлившийся уже живот.

— Именно, — захрустела мелком Василиса. — Счастье тебя ждет. Великое, — подумала и потянулась за хлебушком, а ну как примет беременный организм.

— Да, — с трудом вымолвила Феогнида, пожалуй, впервые состыковав в своем сознании Полоза, свадьбу и маленьких хулиганистых спиногрызов, которых сначала нужно выносить и родить. — Обожаю детей, — как можно уверенней повторила она… и окаменела. Полностью. И лавка под ней окаменела тоже. Правда не вся, а только кусок под седалищем.

— Влуска! — уронила веское Хельга, пока остальные сидели с открытыми ртами и выпученными глазами. Желая придать весомости своим словам, кроха шлепнула ладошкой по краю стола и невзначай опрокинула тарелочку с медом. Как уж так вышло, боги ведают, а только блюдечко подлетело, перевернулось в полете и приземлилось аккурат на окаменевшую Хозяйку, щедро заливая малахитовую деву липовым медком. Такое вот сказочное НЛО.

— Сразу видно, что не в свой час девка родилась, — отмерла Яга, с жалостью поглядывая на малахитовую статую. — За что не возьмется, все у нее через задницу. Ни замуж выйти нормально не может, ни аферу провернуть. Даже с именем не повезло. Видать еще в утробе материнской сглазили.