Янина Логвин – Зимний сон Малинки (страница 7)
– Не переживай, я не собираюсь вспоминать наше общее школьное прошлое и как-либо напрягать твой комфорт, – постаралась ответить бесстрастно. – В первый раз, так в первый раз. Просто считай, что у меня со словом «Здравствуй» проблема. Мне действительно нужна эта работа, так что обещаю отнестись к ней со всей ответственностью. На этот счет не сомневайся…тесь, Дмитрий Александрович. А сейчас, если можно, я бы хотела узнать, в чем будет состоять моя задача инженера и получить задание. Чем быстрее я к нему приступлю, тем меньше вы будете меня видеть.
Оказалось, что со сменой места работы лично для меня мало что изменилось в профессиональном плане. Разве что полномочия расширились, и появилась возможность интересоваться рынком коммерческих торгов и тендерными предложениями открыто и от имени фирмы, а не прикрываясь невнятными схемами, как это было в «СНиПТехПромГазе». А это позволяло действовать куда смелее и нахрапистей – здесь мы с Юркой, чувствуя за спиной мощь «ГБГ-проекта» довольно потирали руки.
Отделу поступали заказы на оборудование (Гордеев обеспечивал), и наша задача (и моя в том числе) состояла в том, чтобы найти это оборудование, найти поставщиков, подготовить техническую и коммерческую документации и по возможности перехватить у конкурентов интересный тендер. Здесь «ГБГ-проект», как выяснилось, часто выступал посредником, оставляя за собой лишь наиболее выгодные предложения. И надо сказать, что нюх у шефа на эти предложения оказался исключительным.
В общем, в новую работу мы влились быстро и отдались ей с головой!
В отделе работали двенадцать инженеров, не считая начальника. Групп было три, по четыре человека в каждой. Все находились в одном огромном офисе, разъединенном невысокими перегородками, где у каждого имелся отдельный стол и компьютер, и центральным проходом, который как раз вел к двери в кабинет Гордеева. Так что Димку я видела каждый день, но оставалась верна своему слову и при его появлении в рабочем офисе неизменно роняла ручку, сумку, блокнот, ныряла за монитор и делала вид, что страшно занята поисками.
Сидела я за крайним столом у стены, в укромном уголке, и делать мне это было не очень трудно. Куда сложнее оказалось не опаздывать на работу.
– Лешка, Дашка, просыпайтесь, сони! Господи, мы снова чуть не проспали! Пора в садик! – Так начиналось каждое рабочее утро уже целый год, так что для малышей ничего не изменилось, а вот мне теперь предстояло каждый день проехать пять лишних остановок и совершить ежедневную пробежку по центру к проходной. А это означало подъем на двадцать минут раньше обычного.
– Ну, малинки же!
Просыпались мои дети так же, как все дети на свете: сначала поднимались горкой попы, вырастали из одеяла домики, и только потом открывались глаза.
– Эй, лапусики! Если мама опоздает на работу…
– То дядя начальник, который Гусь Лапчатый, и охранник Карабас-Барабас будут ее сильно ругать! – зевала умница-дочка, и я целовала ее в щечку.
– Точно!
– Ма-ам, а ты купишь мне киндер?
– Леш, не наглей, я же тебе два дня назад покупала.
– Ну, ма-ам! Я хочу Марвела Джоя или Зеленого робота! А там был дурацкий смешарик!
– Мам, а я хочу маленького Санту!
– Так у тебя же был.
– А у меня его Лешка забрал! И потерял!
– И ничего я не брал. Ябеда!
– Сам ты ябеда! Мам, а почему он обзывается?
– Нет, ты первая!
И в два голоса:
– Ма-ам!
– Ладно-ладно, куплю, только одевайтесь скорее!
***
О наличии у шефа забугорной невесты мы с Валечкой узнали на второй день.
В «Гаранте» имелась собственная столовая и буфеты, но оказалось, что половина нашего отдела обедала тут же, в подсобке, где в свою очередь имелись своя микроволновка, электрочайник и даже чудо-техники – новенькая и жутко дорогая кофе-машина. По слухам, ее купил Гордеев за свои кровные и подарил отделу в общее пользование, потому что без кофе жить не мог. В общем, на столовую у нас пока денег не было, и мы с Юркой и Валей быстро облюбовали подсобку.
Игорь тоже обедал с нами, а вместе с ним и третья девушка в отделе – грузинка Манана Эристави, приятная черноглазая болтушка. Ну а что за обедом делать коллективу, как не сплетничать о начальстве? Вот от нее-то мы и узнали, что наш шеф считается самым завидным женихом в компании, меняет девушек как перчатки и, несмотря на наличие у него невесты «там» (на вопрос Валечки, где там, Манана ответить не смогла – слухи же!), он еще водит шашни с дочерью технического директора – красоткой Леночкой. Оказалось, что последняя работала в нашей бухгалтерии, и по признанию Мананы, не проходило дня, чтобы она не заглядывала в отдел к Гордееву.
– Не знаю, Машка, что-то не верю я в наличие у нашего Дмитрия Саныча невесты непонятно где, – скептически хмыкнула однажды Валечка, догрызая печенье. – Иначе зачем ему крутить лямур с дочерью технического на глазах у отца и портить себе карьеру? Наверняка это Вадим Спиридонович и открыл Гордееву собственный отдел, – кивнула своим выводам девушка. – Точно тебе говорю! А свою Леночку метит ему в жены.
Ну, метит и метит. Мне-то что? Какая разница? Мне бы подарки детям под елку купить и за квартиру заплатить. Поэтому я послушала, пожала плечами, да и пошла себе к кофе-машине за порцией кофеина.
Правда, вечером, когда засыпала в собственной кровати, все же представила себе невесту Гордеева. Воображение нарисовало высокую сухопарую девицу с кислыми губами и холодным взглядом, как у Димки.
Интересно, они когда целуются, у них лица не стучат, как две ледышки?
А на следующий день у нас в отделе появилась Леночка, и я поняла, что воображению доверять нельзя.
Глава 6
Сначала я услышала голос – высокий и тонкий, со скрытыми нотками нетерпения. Думаю, вздумай обладатель такого голоса на кого-нибудь закричать, все бы тут же от визга закрыли уши. А еще думаю, что в детстве такой голос мог принадлежать очень капризному ребенку. И если бы у меня спросили, какой я себе представляю Леночку, услышь лишь ее голос, я бы ответила, что длинноволосой блондинкой с губами пуш-ап, голубыми глазами и 3D-ресницами.
На деле же дочь технического директора оказалась высокой коротко-стриженной брюнеткой, кареглазой, бледной и тонкой, с татуировками на шее, щиколотке и в области крестца. Нет, конечно же, когда она появилась в отделе в брючном костюме и на каблуках, мы татуировок не увидели. Но девчонки быстро нашли ее Инстаграм и показали. Ну, а я из любопытства посмотрела (ну, а что еще делать на обеде-то?).
Красиво, скажу я вам. Прям, вау! Но если бы на меня в темноте с чужой худосочной попы посмотрели вот такие же дюймовые кошачьи глазки… честное слово, мне бы стало не по себе.
А так не по себе стало Валентине, когда эта Леночка появилась в нашем отделе и наткнулась на Галанину. Я была так увлечена добычей важной информации по насосным агрегатам, сидя в своем закутке и стуча пальцами по клавиатуре (еще чуть-чуть, и я смогу найти поставщика!), что пропустила ее фееричное появление. Зато успела заметить, как незнакомая брюнетка, стуча каблуками, отходит от стола ошарашенной Валечки и заходит в кабинет Гордеева.
Хлоп! – двери, ведущие в кабинет начальства, закрылись, и по тихому офису пронесся недовольный шепоток.
– Вот мымра! – не выдержал Юрка, высунув нос из-за пластиковой перегородки. – Нет, ну вы видели? Кто эта коза?
– Это не коза, Шляпкин! Это курица, которая кого хочешь склюет! – фыркнула со своего места Манана.
– Х-м-м, – недовольно нахмурил брови и покачал головой интеллигентный Игорь. – М-да-м-с, – протянул, – дела.
– И все-таки? – не унимался Юрка. – Для нее что, отменили правила вежливости? Что за персонификация сознания, твою мать?
– Эй, а что случилось-то? – вслед за Юркой и я высунула голову из закутка и повертела ею по сторонам. – Это кто был, ребята?
Валечка сидела белая, как мел.
– А это всего лишь была Леночка Петухова, – объяснила Манана, скривив лицо. – Дочь самого Вадима Спиридоновича! Зашла в гости к нашему, – скосила она миндалевидные глазки в сторону кабинета начальства, – а тут Валечка!
– И что? – ну да, вообще-то у меня промышленные насосы на повестке дня, могу и тупить слегка.
– А то! – кивнула девушка. – Вот ты, Маш, когда Валентину впервые увидела, о чем подумала?
– Я-то? – я пожала плечами. Посмотрела две секунды в потолок. – Точно не вспомню, но, кажется, меня поразил ее стол, заваленный бумагами. Контора тогда не справлялась с проектной документацией и Девятко посадила меня к Вале на подмогу.
Манана снова фыркнула и махнула на меня рукой. Мол, сиди, Малинкина, с тобой все ясно!
– А ты, Юра? – обратилась девушка к Шляпкину. – Только честно!
Тот с серьезным видом почесал подбородок.
– Прости, Валь, но я скажу, как на духу. Ну, я подумал: «Черт! Какие большие у этой девчонки буфе… эк-хм, глаза. Вот бы в них посмотреть».
– Вот-вот! – ткнула пальцем в его сторону Эристави. – Слышала? Вот и Леночка пришла к нашему, а тут вдруг Галанина нарисовалась! Сидит, красота первородная, непонятно откуда взялась, да еще и в опасной близости от Дмитрия Саныча. Вот смотрит Леночка на ее «глаза», и думает: от чего мир ко мне так несправедлив? Кому-то сдоба с маслом, а кому-то голый шиш! – Манана фыркнула. – Клюну-ка я эту красоту побольнее, чтобы не улыбалась так широко дорогому Димочке. И ведь клюнула, язва!