Янина Береснева – Приватный танец для темной лошадки (страница 5)

Тут он пошел вразнос, расхваливая себя, вкратце описал свой жизненный путь и даже упомянул про спортивную школу, которую посещал в детстве и юности.

Я возмутилась:

— Да мне какое дело до вашей жизни и жены? Я вообще в этом городе впервые. И, надеюсь, больше никогда не доведется. Сегодня не день, а сплошное горе…

Тут мне стало по-настоящему жаль себя, и я зашмыгала носом:

— Восьмое марта называется. Приехали, называется… Такой стресс, а тут еще… ты! Я как села — так чуть не поседела. Развалился на чужом диване. Ничего, что я на «ты»?

Антон одобрительно кивнул и скроил сочувствующую мину, приглашая меня поделиться своим горем. Даже зачем-то подкурил мне еще одну сигарету, а я, как последняя дура, расплакалась и выложила ему всю историю сегодняшнего дня.

Закончив, я утерла нос рукавом халата, ничуть не заботясь о том, как выгляжу. А вот сам Антон выглядел озабоченным. В процессе рассказа он даже задал мне пару вопросов, то есть показал себя в высшей степени чутким слушателем. Несмотря на абсурдность ситуации, я к нему даже слегка подобрела и перестала бояться.

— Да уж, дела… — протянул мой собеседник, задумчиво глядя куда-то вдаль, а я вздохнула.

— Хорошо, что выговорилась. Даже полегчало. Сейчас Ритка придет, и вообще, уже поздно, — я тактично кашлянула, намекая, что гостю пора бы и честь знать, но он был непоколебим.

— Я бы ушел, но, понимаешь, тут такая штука… У меня сегодня день рождения.

— Ничего себе. Поздравляю…

— Да не люблю я праздники эти. А тут еще в квартире у меня ремонт, вот мы с другом и решили отметить, так сказать, в приличном месте. Позвали общих товарищей, девочек чуток. Ну а потом друг остался, а я того… Перебрал чуток. Проветриться вышел, потом задремал на лавочке. А как меня разбудили менты, так, наверное, по старой памяти на автопилоте сюда и добрался.

— Тут занято…

— Да, сегодня же праздник, женский день. Вот все квартиры на сутки и разобрали. Кавалеры поздравляют дам, так сказать…

Тут он смущенно кашлянул, а я на всякий случай поглубже запахнула полы халата и нахмурилась.

— А ты симпатичная, — без перехода отметил мой новый знакомый, — зовут-то как? А то сидим, общаемся…

— Зовут Асей, только нечего нам тут сидеть. Я спать хочу, и вообще… Как-то это все глупо. Я вообще не знаю, кто ты. Вдруг ты вор, который в квартиру залез, а сам мне байки травишь?

— Залез и заснул?

— Всякое бывает, воры — они обычно выпить любят. А пьяный вор — он на что угодно способен. У моих соседей как-то квартиру такие вот грабанули, носки с батареи сняли, колбасу съели и, простите за выражение, нагадили в туалете.

Тут лохматый захохотал, откинув голову, а я почему-то отметила, что у него приятный смех. И одет он хорошо, даром что пьющий и вор…

— Да уж, хорошенькое впечатление я на тебя произвел. Сам виноват, мне бабка всегда твердит: алкоголь — это зло. Но я исключительно по праздникам, а так…

Договорить он не успел — хлопнула входная дверь. Я радостно подскочила и кинулась в прихожую встречать Ритку. Подружка явилась не одна, а в компании мужчины мечты. Заменитель Аникеева не мог похвастать бакенбардами и усами, а выглядел молодым, но стремительно лысеющим бизнесменом средней руки.

Имелось в наличии и небольшое пузцо, и пиджак с замшевыми локтями, и щегольские лаковые туфли. По крайней мере, он не выглядел алкоголиком и бандитом, что уже радовало.

— Ритка, где ты ходишь? — напустилась я на подругу, пока та пыталась представить мне своего спутника и одновременно стянуть с себя туфли. Всему вышеперечисленному мешал огромный букет роз, который она держала обеими руками. — Между прочим, у нас тут вор или даже кто похуже.

— Так сразу и вор, — обиженно отозвался из-за моей спины Антон, который, как ни в чем не бывало, выплыл с балкона вслед за мной.

Риткин спутник неожиданно кинулся к лохматому обниматься:

— Антоха, брат, ты как тут оказался? Я думал, ты домой умотал. Рассказывай!

Похлопав Антоху по плечам, он с такой радостью воззрился на нас с Риткой, словно этот Антоха был как минимум рождественским подарком.

На моем лице явственно читалось недоумение. Подружка тоже была не в теме:

— Я не совсем понимаю суть вопроса. Иван, объяснись, — потребовала Ритка, нетвердой походкой устремившись на кухню.

— Знакомьтесь, дамы. Это Антон, мой лучший друг и одноклассник. У него сегодня день рождения, — пояснил Иван.

— Ага. Ясно. Ох, Аська, ну ты и оторва! — погрозила мне пальцем Ритка, залпом выпив стакан воды и водрузив в графин свои розы. — А говорила, что домой одна пришла…

— Вообще-то, я одна и пришла. А тут этот. Одноклассник. Только что он тут делает, если квартиру сняли мы? Если честно, от всех этих загадок у меня голова кругом.

Тут Иван, который выглядел трезвее всех, принялся путанно объяснять то, в чем без полулитра разобраться просто не представлялось возможным. Впрочем, кое-что я уже и так успела понять. По случайному стечению обстоятельств Иван оказался тем самым Лямцевым, собственником квартиры, который сдавал ее в аренду. Антон — его товарищем, которому было разрешено периодически пользоваться квартирой, но который забыл, что восьмого марта все жилплощади были сданы. За что Иван очень сильно извинялся и, конечно же, обещал возместить нам все убытки и даже накинуть за моральный ущерб.

В доказательство он поцеловал Риктину ручку, а та милостиво кивнула. Еще бы, не ей достался весь этот кошмар с шевелящимся диваном.

— Прогуливаться да розы нюхать любой дурак может, — пробормотала я.

Видимо, весь мой вид выражал недовольство, потому что Иван, смутившись, предложил выпить шампанского за знакомство.

— Раз уж у нас тут все так хорошо разрешилось, может, мы…

— Неси! — бодро скомандовала Ритка, а Иван метнулся в коридор. Антон тем временем по-хозяйски достал бокалы из кухонного шкафчика, а я фыркнула:

— А бабка говорила, алкоголь — это зло!

— Рита, ваша подруга — неиссякаемый источник сарказма и житейской мудрости. К тому же красавица, как и вы. Очень рад знакомству.

Ритка захихикала, давая понять, что шутку и комплимент оценила, а я демонстративно отвернулась к стене. Настроения продолжать веселье не было, да и спать хотелось до чертиков, поэтому, пригубив из вежливости немного шампанского, я демонстративно стала зевать и коситься в сторону спальни.

Когда все мои намеки остались без внимания, мне осталось только сообщить о своем желании отправиться в объятия Морфея напрямую. При этом я многозначительно воззрилась на Ритку. Иван смутился и снова стал извиняться, а Антон продолжал нагло ухмыляться, разглядывая меня с ног до головы.

— Мы, пожалуй, пойдем, — убирая бокалы в мойку, виновато произнес Риткин кавалер, — Антон у меня переночует. Да, Антон? А вы отдыхайте, высыпайтесь, квартира в вашем полном распоряжении. Завтра созвонимся? — последний вопрос он явно адресовал Ритке, которая недовольно косилась на меня, но помалкивала.

Когда мужчины, наконец, покинули квартиру к моему облегчению, подружка зашипела на меня змеей:

— Вот вечно ты все портишь. Хорошие же мужики? Чем тебе Антон не понравился? Посидели бы, пообщались. Глядишь, и личную жизнь устроила бы.

— Только такого жениха мне и не хватало, — разозлилась я, уперев в подружку не менее гневный взгляд. — Так и скажи, что хотела поворковать со своим Иваном. И это после всего того, что я сегодня пережила. Ты как знаешь, а я завтра же утром сваливаю из этого городка. Хоть на поезде. Если хочешь устраивать свою личную жизнь — пожалуйста, только без меня. Все, я пошла спать.

— Да ладно, не куксись, — пошла на попятный Ритка. — Я же ничего… Может, оно и к лучшему? Пусть Иван думает, что я девушка приличная. Авось что и выгорит? Вроде мужик не бедный и галантный такой. Вдруг это мой шанс? Как он тебе?

Я подобрела и перестала фыркать. Укладываясь спать, мы обсудили Ивана, сойдясь во мнении насчет его очевидных достоинств, но на словах Ритки «а еще он никогда не был женат» я погрузилась в сон. Снилась мне почему-то собственная свадьба: я вся в белом, вокруг праздничная суета, а жениха почему-то все еще нет. Я вхожу в какую-то комнату, вижу его со спины: черный фрак, гладко зализанные назад волосы… Трогаю его за рукав, чтобы разглядеть лицо, он поворачивается и… я вижу нагло ухмыляющегося «диванного» Антона.

Наверное, я закричала во сне, потому что Ритка что-то пробормотала, а я подскочила на кровати, вытирая со лба холодные капельки пота.

— Приснится же всякая хрень, — пробормотала я и отправилась на кухню выпить воды. Во рту было сухо, как в пустыне, да и не мешало по пути заглянуть в туалет. Сделав пару глотков прямо из-под крана, я собралась в уборную, как вдруг со стороны прихожей послышался какой-то звук. Я замерла, решив, что мне послышалось, но тут звук несколько раз повторился: кто-то тихо, но упорно ковырял замок входной двери.

Почему-то первой мыслью стало то, что наглец Антон все-таки вернулся, наплевав на приличия. Наверное, из-за этого я совсем не испытала страха, а, скорее, пришла в ярость. Ухватив с плиты увесистую сковородку с толстой ручкой, я на цыпочках подошла к входной двери и стала сбоку. Как раз в этот момент замок еще раз щелкнул, и дверь стала медленно открываться.

Свет в коридоре не горел, и мне почему-то стало не по себе: ни дать ни взять сцена из фильма ужасов. Нет, каков наглец… А этот Риткин Иван что, не мог приструнить своего дружка? Или сам хорош? А что, такие с виду приличные парни в очках тоже могут удивить.