Яна Завгородняя – Параллельное пересечение (страница 29)
— Вот так незаметно мы стали друзьями, — девушка смущённо отвела прядь волос за ухо.
— И, судя по всему, твоему парню придётся с этим смириться.
После его слов Даша изменилась в лице. Оно снова осунулось, уголки рта поползли вниз, вернулась бледность, взгляд стал пустым и направился в никуда. Она ничего не ответила, не хотела отвечать. Болезненное воспоминание всплыло в голове во всех деталях, в тот же миг к горлу подкатил комок.
— Артём, ты извини, я немного устала, — выдавила она из себя упавшим голосом.
Он понял всё без слов, поднялся со стула, подошёл к девушке и взяв её за руку, проговорил:
— Даша, — он дождался, когда она поднимет на него взгляд, и продолжил, — просто знай, что всегда можешь рассчитывать на меня. Прилечу по первому зову.
— Спасибо, — тихо ответила девушка, забирая руку. Она была не в настроении затевать новую игру, но Артём и сам ни на что не рассчитывал.
Они прошли в коридор. Ветрова старалась сохранять вид радушной хозяйки, с трудом натягивая улыбку. На самом же деле в тот момент ей всё было не в радость — хотелось просто остаться одной и забыться домашними делами. Тем не менее она очень искренне поцеловала своего нового друга в щёку, невольно ощутив прилив волнения от прикосновения к гладко выбритой щеке, но волнение тут же схлынуло и даже не воскресило в памяти их более страстный поцелуй.
Когда дверь за ним закрылась, Артём поспешно сбежал с лестницы. Оказавшись в машине, он лёгким движением сунул в ухо гарнитуру, ткнул на нужный номер на экране смартфона и стал медленно выезжать на дорогу.
— Здорово, брат, — донёсся из наушника голос Саши Красина.
— Привет. Как сам?
— Ничего. На работе кисну.
— Звоню отчитаться — Дашу привёз.
— Красавчик. Спасибо тебе. Как она?
— Слушай, я об этом хотел поговорить. Ты парня её знаешь?
— Да лучше бы не знал.
— Чего так?
— Начальник наш. Бабник, Даше врёт, прячется с шалавой своей по кабинетам. Только это между нами.
— Не вопрос.
— Его с поличным никто не ловил, — продолжал Саша, — аккуратно работает, но подозрения вполне обоснованные. Даше пытались намекнуть — обижается. Или сама не видит или не хочет замечать. Короче, жопа.
— Ясно. Ну слушай, раз между нами, то и ты никому, — Артём умолк, входя в поворот. — Он, похоже, чего-то натворил. Когда о нём зашёл разговор сегодня, она с лица сошла. Думал, расплачется, но удержалась.
— Вон чего. Ладно, скажу Алёнке, чтоб не беспокоила. Завтра она собиралась к ней заскочить — скорее всего Дашка молчать не будет. Она ничего не говорила? В понедельник выйдет на работу?
— Да, планировала.
— Алёнка если что-то расскажет, сообщу тебе.
Артём усмехнулся.
— Что бы я без тебя делал?
— Обращайся. Лады, у нас совещание. До связи, — попрощался Красин.
Через полчаса Артём подкатил к калитке дома, расположенного в центральном районе. Красивое бирюзовое здание, украшенное белыми колоннами и горельефом с атлантами, которые держали на своих могучих спинах балконы, составляло историческое наследие города. Квартира в этом доме досталась ему в наследство от деда. Тому — от его деда и так далее, до основателя фамилии — одного из военачальников при императоре Александре первом, который прославил свой род на много поколений вперёд доблестными победами во времена нашествия Наполеона.
Оказавшись в квартире, мужчина небрежно скинул с себя обувь. Несмотря на последний месяц лета, было ещё довольно жарко и его голубая рубашка кое-где прилипала к вспотевшему телу, открывая вид на широкие плечи и мышцы груди. Артём сбросил её и включил кондиционер. Некоторое время он так и стоял, положив руки на пояс, наслаждаясь потоками прохладного воздуха, идущего из-под потолка, затем вынул из заднего кармана джинсов смартфон и упал на мягкий диван, стоявший посреди просторной комнаты.
Здесь было очень уютно. Светлые стены, кое-где украшенные белыми и бледно-зелёными плитками декоративного кирпича, увеличивали пространство и без того обширных апартаментов. Немногочисленная мебель из светлого дерева гармонично дополняла интерьер и добавляла ощущение уюта. Зеленоватые шторы и белый тюль под ними на широких окнах были задрапированы замысловатыми узорами, что наводило на мысль о дизайнере интерьера, который явно приложил руку к созданию всей этой красоты.
За то время, что Артём позволял себе праздное лежание на мягком диване, он нашёл кое-что в телефоне. Взгляд его теперь сосредоточенно, даже с какой-то жадностью изучал то, что видел перед собой. Он смотрел на Дашу. Она заливисто смеялась со снимка, глядя на фотографа. Девушка была само очарование, светилась счастьем и жизнелюбием, в её пышных волосах, уложенных в аккуратную причёску, замерли солнечные блики, что создавало местами рыжие всполохи на каштановых локонах, а карие глаза сияли чарующим янтарным блеском. Мужчине стоило большого труда оторваться от её лица.
«Этот мудак пожалеет о том, что стёр улыбку с твоих прекрасных губ» — пронеслось в голове парня.
Глава 18
Даша сидела на кресле в гостиной и зашивала котика. Ей дорог был этот плюшевый антистресс, который пережил с ней общажное студенчество, переезд в другой город, ремонт в их собственной долгожданной квартире и недавнюю аварию. Девушка даже слегка заморочилась со своим покалеченным другом — она вытряхнула из него синтепон, аккуратно выстирала в тазике, прогладила утюгом и набила снова. Почему-то после всех проделанных манипуляций оказалось, что наполнителя поубавилось или подушка растянулась. Тем не менее Даша вынуждена была купить ещё мешок синтепона, чтобы вернуть котику прежний облик. Теперь она ловко орудовала иголкой, утопая в объятиях любимого кресла, и размышляла о том, что готова ко всему. Она чувствовала себя на удивление бодро, несмотря на то что утром следующего дня её ожидал тяжёлый разговор с начальником. Она твёрдо решила увольняться из фирмы потому, что постоянно видеть рядом человека, который причинил ей боль, она была не в силах. С её опытом и квалификацией девушка не сомневалась в том, что без проблем найдёт работу, когда придёт время.
Звонок домофона отвлёк её от мыслей. Даша отложила кота, воткнув иголку в плюшевое рыжее ухо и спешно направилась к двери, шаркая на ходу пушистыми сиреневыми тапочками. В трубке раздался звонкий голос Алёнки, а после того как Ветрова нажала заветную кнопку, хватило нескольких секунд, чтобы Дёмина оказалась на пороге.
— Ничего себе, — удивилась Даша, — у тебя где-то вертолётик привязан? Наш лифт так быстро не ездит, как ты бегаешь.
— Я просто очень соскучилась! — выпалила Алёнка, скидывая кроссовки и бросаясь в объятия подруги. — Как ты? Ничего не болит? — она уже осматривала Дашу со всех сторон.
— Ничего не болит. Проходи. Чай будешь? — Даша поманила её за собой на кухню.
— Давай, — Алёнка быстро затараторила. — Мне тут бабушка передала для тебя пирожки, — она поставила большой пакет на свободный стул и принялась вынимать по порядку объёмные свёртки. — Этот с мясом, вот этот с рыбой или с капустой, не помню. Этот с вишней, а этот вот с щавелем. — К концу монолога весь стол был заставлен едой. Даша перевела удивлённый взгляд с пирогов на довольное лицо Алёнки.
— Алён, — протянула она. — Да как же я одна всё это съем? — даже при её любви к еде и пирожкам Алёнкиной бабушки, в частности, Даша не могла представить, как бы управилась со всем этим гастрономическим богатством в одиночку.
— Ничего, — отмахнулась Дёмина. — Сегодня я тебе помогу, а потом что-нибудь придумаешь. Приглашай гостей. Тёма наверняка любит с мясом, — она подмигнула. — Ну накрайняк, мужика своего покормишь, а то ходит злой.
Даша ничего ей не сказала и отошла, чтобы налить воду в чайник.
— Как у вас дела? — спросила она, присаживаясь напротив. — Вы к бабушке вместе с Сашей ездили?
— Да! Ему так понравилось у неё. Помог дров наколоть, воды из колодца натаскать, забор починил, но, правда, потом разошёлся, возомнив себя деревенским тружеником и хлебнул ледяной колодезной водицы. Естественно, заболел. Ходит, кашляет теперь.
— Больничный брать не стал?
— Нет, говорит, незачем, просто застудился, — Алёнка перевела дух и продолжила. — Слушай, мне или кажется, или правда что-то странное происходит. Скажи, пожалуйста, то, что наш обожаемый Константин Алексеевич в последнее время рычит на сотрудников, как-то связано с тем, что тебя Артём из больницы забирал? Просто я уже не знаю, что думать и спросить не у кого. Вы поссорились, что ли?
За то время, пока Алёнка формулировала вопрос, Даша испытала напряжение всех мышц тела одновременно. Она знала, что рассказать придётся, а потому, с полнейшей серьёзностью заявила:
— Мы расстались, Алён.
Дёмина выпучила глаза. Чайник давно закипел, но ни до него, ни до пирогов никому уже не было дела.
— Вы что? — уточнила Алёнка. — Но почему? Ты же его так любила.
— Я думала, обрадуешься.
— Нет, я рада. Это правда, уж прости, но почему? Из-за чего? И когда? Ты ничего не рассказывала.
— Мне было не до разговоров, сама понимаешь.
Даша поднялась с места и стала заваривать чай. За это время она поведала Алёнке о том, что произошло две недели назад и о том, что на обратном пути после всего пережитого до кучи она ещё и в аварию попала. Всё то время, пока она разливала по чашкам чай и раскладывала по тарелкам кусочки пирога с щавелем, Дёмина то и дело округляла рот в беззвучном ахе, не находя себе места от нараставшего возмущения.