Яна Завгородняя – Идите в баню, князь тьмы (страница 8)

— Договорились! — Иветт от радости запрыгала на стуле.

— Понимаешь, Фида, — начала женщина, — мы все здесь принадлежим к разным расам. Я, к примеру, ведьма заклинатель, а секретарша моя — фея. Охранник на входе — оборотень, как и главный бухгалтер. У нас есть и вампиры, и тролли, даже русалки имеются, и мы иногда можем себе позволить расслабиться, — заключила она, встретившись с непонимающим взглядом Фиды.

— Ну то есть, жизнь в столице и жизнь в небольшом городе — это две разные жизни, — терпеливо продолжила она. — Там, откуда ты приехала, наверняка в основном обитают ведьмы и колдуны, — Фида кивнула. — Они создают семьи, рожают детей, — снова кивок. — А тут всё иначе. Мы существуем на пересечении миров, а потому ведьма и оборотень, или фея и тролль не могут создать семью, зато вынуждены круглый год работать бок о бок. А работа у нас нервная, напряжённая.

— Но ведь можно устроить менее откровенный корпоратив: в тир сходить, пострелять, или отлупить подушку с физиономией начальника, или посуду поразбивать, чтобы сбросить напряжение. Я знаю, что некоторые рестораны такую услугу предлагают.

— Дорогая, — перебила её Дафния. — Поверь, мы чего только ни пробовали. В прошлый раз тир после нашего прихода сложился, как карточный домик, а ресторан сгорел до последней ножки стула. У нас собраны существа с разным уровнем энергии. Кому-то достаточно разбить тарелку, а другие, и таких большинство, успокаиваются после нескольких часов непрерывных групповых оргий.

Обе девушки изумлённо раскрыли рты.

— У вас что, все холостые работают? — спросила Фида.

— Это одно из главных требований при приёме в штат. К нам никогда не придёт семейный волшебник или невеста дракона. Сама энергетика министерства притягивает трудоголиков, в чьи планы не входит семья и быт, готовых жить на работе. После наших корпоративов многие закрепляются в своём решении.

— Безумие, — проговорила Фида, откинувшись на стуле.

— А мне хотелось бы хоть раз, — мечтательно изрекла Иветт. — Как жаль, что мы с тобой родственники и меня не примут.

Дафния осуждающе цыкнула.

— Нет уж, дорогая. Теперь, когда Фида тебя вылечила, будь добра, найди себе хорошего волшебника и заведи нормальную семью.

Иветт закатила глаза.

— После неудачного опыта мне меньше всего хочется обжигаться снова. Лучше как-нибудь в нашу городскую баню наведаюсь. Там, насколько я знаю, царят не менее свободные порядки, чем в муниципалитете.

— Я тебе наведаюсь! — возмутилась Дафния.

— Здесь есть баня? — удивилась Фида.

— К несчастью, да, — недовольно скривилась женщина. — И не только. Большинство заведений в столице построено на свободе отношений между существами разных рас. К сожалению, многие падки на эту свободу, и не всегда удаётся отвести приличную ведьму от греха.

— Тётя, тебе ли меня судить? — возмущённо проговорила Иветт. — Запрещать мне ты тем более не можешь. За время своего уродства я изголодалась по мужскому вниманию и теперь не прочь оседлать какого-нибудь эльфа, напрыгаться на нём до изнеможения и выжать его до капли.

Даже повидавшая жизнь Дафния изумлённо вылупилась на племянницу. Фида же уронила на пол чайную ложку, и сама чуть не упала со стула. На мгновение мелькнула мысль, что зря она выпустила этого монстрика, вернув девушке привлекательную внешность.

— Мы пойдём, Фида, — проговорила Дафния, отодвигая стул и неуклюже хватая тяжело дышащую Иветт под руку. — Ещё раз спасибо тебе, дорогая. В ближайшее время жди хороших новостей.

Фида тоже поднялась, чтобы проводить гостей. Некоторое время она ещё смотрела им вслед, размышляя о том, что выбрала, возможно, не самый лучший город для начала своей трудовой деятельности.

Глава 11 Непристойное предложение

Мила, которая слышала весь разговор со стороны, потом долго ещё лежала в кресле, изображая поруганное целомудрие и недоумевая, как мир мог докатиться до такого, ведь во времена её юности никто не смел даже помыслить о походе в общественную баню ради сомнительных развлечений. Супруг всё это время стоял рядом со своей благоверной и кивал её речам, в то же время обмахивая Милу газетой. Зачем — непонятно. Повидавший жизнь и привыкший ко многому Римус, лишь отпускал скабрёзные шуточки, от которых звонко хохотала Рокси.

— Тут кто только ни жил до тебя, Фида, — рассказывал он. — Чего стоила демоница из этих, ну вы знаете их, — домовой пощёлкал пальцами по направлению супружеской пары.

— Инкуб, — скромно ответил Сигизмунд и тут же смутился, ощутив изумлённый взгляд жены. — Я читал в справочнике, — добавил он, желая отвлечь от себя внимание.

— Точно! — оживился домовой. — Так вот, эта демоница открыла здесь магазин игрушек для взрослых, — последние слова он проговорил сквозь зубы, ехидно улыбаясь и многозначительно прищуривая маленькие глазки. — И ведь я ничего не мог с этим поделать. Хозяин — барин. Главное, что она не устраивала здесь бордель, а с остальным можно смириться.

— Почему она уехала? — спросила Фида.

— Такие долго не задерживаются, — подключилась к разговору Мила. — Наверняка дали задание совратить очередного владельца корпорации, чтобы расстроить невыгодный брак, вот она и сорвалась. А магазинчик был так, временным увлечением.

Фида успела полюбить эти их разговоры. Ей нравилось, что для обитателей дома, как и для неё, столичные порядки казались дикостью. Римус хоть и пытался строить из себя циника, всё же таковым не был, и с ним всегда можно было поболтать по душам.

Трудиться ей не мешали, и вскоре, пребывая в уверенности, что всё обязательно образуется, девушка купила небольшой стеллаж в ближайшем мебельном, который должен был хорошо вписаться в проём между навесными полками за прилавком. Она решила сэкономить на доставке и теперь тащила на себе шкафчик, трепетно сжимая его в объятиях. За неимением свободных рук в конце пути пришлось открывать дверь магазина попой. Неуклюже протиснувшись в проём, она заволокла стеллаж и гулко выдохнула, утираясь от пота. Когда, хватаясь за спину на манер старушонки, принёсшей из лесу связку хвороста, она, наконец, распрямилась, девушка так и замерла в недоумении, всматриваясь туда, где возле её прилавка, облокотившись на него одной рукой, стоял мужчина в длинном чёрном плаще. Он наблюдал за Фидой, высокомерно вздёрнув бровь. Она узнала эту бровь, которая уже начинала раздражать.

— Вам что-то нужно, князь? — спросила ведьма, вешая на крючок у двери свой плащ. — Если вы пришли проверять, не торгую ли я из-под полы, то смею вас заверить, совесть моя кристально чиста.

— Мне нет дела до вашей совести, Фемида, — послышалось со стороны прилавка. — Я пришёл с другой целью. Во-первых, здравствуйте, — ехидно проговорил мужчина, дождавшись её сурового взгляда.

Фида кивнула нахмурившись. Оправив ладошками подол своего скромного платья, она немного приблизилась.

— И зачем же вы пришли?

— Как обстоят дела с заявкой в комитет? — ответил Жан вопросом на вопрос.

— Всё хорошо. Спасибо, что спросили. Я провела опись и сдала всё как положено буквально на днях. Остаётся только ждать.

Мужчина скрестил руки на груди и не отводя цепкого взгляда от девушки, продолжил:

— Вы полагаете, что дождётесь?

Фида, стараясь всем своим видом показать, как не вовремя он явился, стала изображать кипучую деятельность. Она даже достала рулетку, чтобы измерить полку, а затем нужный для неё проём. Асмодей её внимания не удостаивался.

— Я всегда стараюсь надеяться на лучшее, — проговорила девушка не оборачиваясь.

Жан ухмыльнулся. Сделав шаг по направлению к ведьме, он стал медленно приближаться. Фида подскочила на месте от неожиданности и даже выронила рулетку, когда прямо над её ухом раздался голос мужчины.

— Я знаю, за что вас выгнали из академии, Фемида.

При этих словах, бледнея на глазах, Фида обернулась.

— А вам не всё ли равно?! — крикнула она, встретившись со взглядом чёрных глаз, которые ещё больше оттеняли аристократическую бледность мужчины. — Зачем вы вообще лезете не в своё дело?!

Князь с завидным спокойствием провёл пальцем по поверхности стеллажа, после чего с некоторой брезгливостью отёр его о край плаща и, наконец, соизволил ответить:

— Почему же не моё? — он окинул разгневанную Фиду тягучим, изучающим взглядом. — Спешу напомнить, что вы всё ещё не получили субсидию. А получите вы её или нет, зависит от меня.

Асмодей коршуном нависал над хрупкой девушкой, тогда как гнев её заметно стихал, и на смену ему подступало чувство неловкости. Неожиданная и крайне неуместная мысль о том, что князь очень даже в её вкусе, заставила бедолагу окончательно сконфузиться. В ту же минуту по полу между мужчиной и девушкой проскользнуло что-то маленькое и юркое, вскарабкалось по платью Фиды и ловко устроилось на плече.

— Это снова вы? — недовольно пропищала Рокси, опоясывая тонким пушистым хвостиком шею девушки. — И что это вам, князь, наша Фида покоя не даёт? Влюбились, что ли?

Фида упала бы к ногам Жана без чувств, если бы в нужный момент не схватилась за край стеллажа. Она вся раскраснелась от стыда за свою помощницу:

— Рокси, — проговорила ведьма упавшим голосом, — господин Асмодей — глава муниципалитета и пришёл по делу. Оставь нас, пожалуйста.

Князь самодовольно улыбнулся. Его откровенно забавляло, что из-за него Фида всякий раз попадала в неловкие ситуации. Смущённые юные барышни вообще были редким явлением для столицы.