Яна Завгородняя – Дочь алхимика на службе у (лже)дракона (страница 5)

– Сейчас перекусишь и пойдёшь мыться, – наказала Арга. – Вещи твои я стирать не стану потому, что стирать там нечего – сплошные дыры. Возьмёшь мою одежду, и завтра мы вместе отправимся в замок.

Калли изумлённо уставилась на неё.

– Вы отведёте меня?

– А ты как думала? Решила, что туда всех без разбора пускают? – она выглянула из-за плеча девушки, ловя взглядом дочь, которая появилась в дверях. – А теперь выпей кофе и иди. Ванна уже готова.

Каллиопа была счастлива наконец-то привести себя в порядок. За время пути она успела привыкнуть к своему состоянию, а потому не без сожаления наблюдала за тем, как дети Арги шарахались от неё, прикрывая носики. В сенях она, наконец, скинула с себя одежду и чуть не заплакала от счастья, опустившись в широкий таз с горячей водой. Некоторое время девушка заставляла себя не заснуть, откинувшись на жёсткий бортик. Иногда она отирала рукой лицо, чтобы хоть немного взбодриться, но тело, довольное происходящим, уже готово было отдаться дремоте.

Дома у них с отцом была баня. Калли вспомнила, как маленькая выбегала из парной, не в силах вытерпеть неистовый жар. Сагиил тогда ловил её на бегу, укладывал себе на колени и принимался лупить веником. Под истошные визги он поучал девочку тому, чтобы привыкала к парной, что банное марево— лучшее лекарство от всех болезней. Она обижалась, но всякий раз прощала отца, осознавая в свои ещё совсем юные годы его правоту и желание уберечь её ото всего. Уберечь себя ему не удалось, а потому печаль вскоре завладела девушкой, и она позволила себе слёзы скорби о потере, которую так и не оплакала.

Окончив мытьё, она вышла из ванной в одежде, которую ей выдала Арга. Густая копна длинных каштановых волос была окутана свободным капюшоном просторного, светлого платья, кожа румянилась, а зелёные глаза блестели чистотой и ясностью, словно драгоценные камни. В таком виде двушка показалась из сеней, сразу же обратив на себя внимание всех обитателей дома. В какой-то момент звенящую тишину нарушил стук деревянной лошадки об пол. Это изумлённый Арман уронил игрушку, которую вырезал для сестры.

Первой пришла в себя Арга.

– Арман, дорогой, сходи к госпоже Тавлии, возьми у неё десяток яиц, она мне обещала ещё на прошлой неделе, – приказала мать голосом, не терпящим возражений. – Иди-иди, говорю, – пришлось слегка подтолкнуть изумлённого парня, который не отводил глаз от гостьи, жадно разглядывая её.

Когда Арман, поминутно озираясь на Калли, наконец, покинул дом, Арга махнула ей, чтобы садилась за стол. Раздав всем своим дочерям работу, чтобы тоже не мешались под ногами, она села напротив девушки с малышом на руках и строго глянув на неё, заговорила:

– А теперь рассказывай, – приказала она. – Кто ты, зачем пришла сюда и для чего тебе нужно попасть в замок правителя?

Калли немного испугалась её властного тона.

– Вы же не думаете, что я ведьма? – спросила она, округлив глаза.

– Не думаю, – согласилась женщина. – Но содержимое твоих сумок показалось мне слишком уж странным для молодой девушки. – Арга подвинула ей тарелку с гороховой кашей.

Калли закусила губу. Эта добрая женщина сделала для неё уже слишком много и была вправе знать, что происходит, а потому Калли решила всё рассказать ей:

– Мой отец много лет вёл переписку с важным учёным, который живёт здесь, – начала она, помешивая кашу. – Они обсуждали, как вынуть металл из камня и делились своими открытиями. Перед смертью отец завещал мне отыскать этого учёного и попроситься к нему на службу. Отец говорил, что он крайне нелюдим и недоверчив, но если я покажу ему письма, он всё поймёт и примет меня, как родную дочь.

Арга озадаченно приподняла бровь.

– Ты сказала, важный учёный? – спросила она. Калли кивнула. – Прости, но мне ничего о нём не известно. Назови хотя бы имя.

– Олгас Табиб, – ответила девушка. – Он служит при дворе правителя Эгриси.

С минуту Арга смотрела на неё в упор, после чего неожиданно громко расхохоталась в голос.

– Прости, – она с трудом переводила дыхание, откинувшись на спинку стула. – Но кто тебе сказал, что наш Табиб важный учёный? Он, скорее, великий сумасшедший и как мы тут его молитвами ещё не взлетели на воздух – одним богам известно. Фух, ну, насмешила.

Калли озадаченно уставилась перед собой.

– Но отец говорил мне, что Олгас Табиб – умелый врач, а ещё, что он строит машину, которая полетит на собственных крыльях. Я сама читала его письма.

– Перестань, – отмахнулась Арга. – У всего должно быть своё место в мире, и нечего летать, если рождён бескрылым. Ох, Каллиопа, этот твой Олгас Табиб – та ещё кость в горле. Он склочный, неуживчивый, и я тебе искренне сочувствую.

Девушка совсем сникла. Сердобольная Арга не могла долго на это смотреть. Решив сжалиться над Калли, она продолжила:

– Каллиопа, не переживай. Если не получится сработаться с Олгасом, я помогу тебе устроиться. Со мной не пропадёшь, – она горделиво выпрямилась.

Калли попыталась ответить как можно менее скорбным голосом. Грядущие перспективы радовали её всё меньше.

– Вы слишком добры ко мне Арга.

– Люди должны помогать друг другу, – твёрдо проговорила женщина. – Как иначе выжить? Всё, давай кушай и ложись спать, а то на тебя жалко смотреть.

За обедом Арга рассказала Каллиопе о своей жизни, о том, что она вдова и по мере сил главной прачки замка пытается обеспечивать семью всем необходимым. Женщина ничуть не лукавила, говоря о помощи. Она и впрямь могла устроить Каллиопу на работу, но девушке, при её способностях, меньше всего хотелось всю оставшуюся жизнь заниматься стиркой. Старший сын тоже помогал семье. Арман оказался талантливым художником. Он вырезал из дерева игрушки, предметы быта и продавал их на ярмарке. Изделия его пользовались спросом, отчего парень всякий раз возвращался с торгов довольно быстро и с пустым лотком под мышкой. Всё то время, что Калли находилась в их доме, парень украдкой посматривал на неё и всякий раз смущённо краснел, когда та ловила его взгляд.

На другое утро, когда Каллиопа и Арга собирались в путь, девушка подошла к нему и присела рядом на скамье. Парень, который ни на минуту не выпускал из рук ножа и деревянной болванки, даже вздрогнул от неожиданности.

– Ты делаешь очень красивые игрушки, – искренне похвалила его девушка, разглядывая вереницы деревянных лошадок, собачек, кошечек, козочек и птичек, расставленных вдоль широкой настенной полки.

– Спасибо, – буркнул парнишка, краснея по самые уши.

– Возьми, – Калли раскрыла ладонь и протянула ему несколько небольших разноцветных камешков. – Это красители. Надо растолочь их в порошок и смешать с маслом. Тогда получится жидкая краска, и ты сможешь наносить её на свои изделия.

Парень даже рот раскрыл от изумления, не зная, что сказать. Арга была уже тут как тут.

– Каллиопа, ты сошла с ума! – изумилась женщина. – Это же ляпис-лазурь! Она немыслимых денег стоит! Ты можешь продать эти краски как есть и жить целый месяц, ни в чём себе не отказывая. Нет, мы не можем их принять, – она порывисто отодвинула её руку от Армана, лицо которого в ту же секунду изобразило отчаяние.

– Зачем я буду продавать их кому-то, если они могут пригодиться вам? – недоумённо спросила девушка. – Вы сделали для меня столько добра. Позвольте отблагодарить.

Арга глянула на заметно погрустневшего сына.

– Я давно хотел попробовать делать росписи, матушка, – смиренно проговорил он. – Но краска и впрямь очень дорогая. Особенно синяя.

– Игрушки с росписью можно будет продавать дороже, – добавила Калли. Теперь они вместе смотрели на женщину умоляющими взглядами.

Арга поставила руки на пояс и недовольно поджала губы.

– Хорошо спелись, я смотрю, – она оглядела обоих. – Ладно, я согласна. Но впредь не разбазаривай столь ценные предметы – мой тебе совет, – она погрозила пальцем Калли. – А теперь, если ты готова, пошли. Проведу тебя к твоему важному учёному.

Калли поднялась с места и переглянувшись со счастливым Арманом, направилась следом за женщиной. Парень больше не смущался. Теперь весь облик его источал восторженную благодарность. Задержись девушка у них ещё, возможно, он успел бы влюбиться в неё по уши.

ГЛАВА 5 Дорога к замку

– Арга, – обратилась к женщине Калли, когда обе уже преодолели половину пути, – о каком драконе все говорят?

Тележка с бельём, которую Арга тащила за собой, резко скрипнула остановившись.

– Ты совсем дикая, я смотрю, – недовольно высказалась прачка, – кто ж не знает дракона Савлия? Он наш защитник. Покой в этих землях – его заслуга, ведь вряд ли найдётся сумасшедший, который рискнёт сразиться с ним.

Она снова зашагала вперёд. Калли семенила следом и некоторое время вглядывалась в каменный профиль женщины, ожидая хоть каких-то пояснений.

– Где он живёт? – спросила девушка, испытывая неловкость. С каждой минутой она всё больше убеждалась в том, что Арга верит тому, что говорит.

– Вон там, – прачка махнула рукой в сторону горного перешейка, который виднелся из-за края крепостной стены. – Нам всем очень повезло. С юга Эгриси охраняет бездна Мерек, а с северо-запада – горные владения дракона. Редкие земли могут похвастаться миром без войн на протяжении многих лет. Мы живём, как в раю. Тем не менее за всё надо платить, и мы смиренно воздаём нашему защитнику за те блага, коими обязаны ему, – женщина заметно поникла.