Яна Ясная – Игры с огнем (страница 9)
Я старался держать себя в руках. Заставлял себя помнить, что подо мной не просто упругое жаркое тело, в котором мне так охренительно хорошо, что вбиваю член не в тугие мышцы. Что подо мной бьется от восторга чистейшая мстительность, изощренный разум и несгибаемая воля хитрой, злопамятной ведьмы. Пытался сдерживать себя этим – но лишь заводился еще сильнее.
Кейт подо мной толкнулась, выпрямляясь, поднимаясь на колени. Прижалась ко мне всем телом, такая податливая, так доверчиво открытая. Положила ладошки на мои руки, лежащие на ее груди. Погладила мои пальцы. Потерлась ладонями о кисти, стиснула запястья…
Я почувствовал, что мой член, который я так и не вынул из нее, снова стал каменно твердым. И она стиснула его мышцами, и принялась слабо двигаться, словно легко танцуя под нежную, неслышимую музыку, оглаживая себя моими руками. Гладя, лаская мои пальцы и кисти. Стиснула одной рукой собственную грудь, прогнулась навстречу этому движению, одновременно сверху, на груди, и снизу, в себе. Я плавно качнул бедрами, и она тут же вписала это движение в свой ритм, делая круговые движения вокруг моего члена. Потянула одну мою руку вниз, туда, где меж гладких скользких губок прятался клитор. Я поймал его пальцами, играюще, дразняще коснулся – и она со всхлипом выгнулась мне навстречу, подала бедрами, пытаясь ускорить темп.
Нет уж! Я строго прикусил ее ушко – плавно, значит, плавно! И она покорно обмякла, вернулась к прежнему скользящему танцу на мне, прижимаясь как можно теснее. Одновременно руководя мной и отдаваясь мне, подчиняясь мне целиком и полностью…
Я чувствовал, как она мягко, но тесно сжимает меня, как мой член двигается у нее в глубине, заполняя ее всю, растягивая, упираясь в горячую преграду… Так медленно, так мучительно, так прекрасно!
Я испытал короткое острое разочарование, когда Кейт перестала ласкать себя сквозь меня, закинула руку назад, и вцепилась в волосы у меня на затылке, потянула, и еще потянула, и сладко-болезненно дернула, и это тоже было хорошо, почти так же хорошо, как когда ее рука лежала поверх моей ладони…
И эта расслабленная доверчивость Сеймур снова снесла мне крышу. Я сгреб ее в объятия, стиснул, как в тиски, и вцепившись зубами в то место, где плечо переходит в шею, стал вколачиваться в нее бешено и яростно, с ликованием чувствуя, как она моментально принимает и этот темп, и отвечает мне с не меньшей яростью. Когда день померк, и моей башке снова взорвались звезды, я точно знал – в этот раз они взорвались не для одного меня. Еще никогда я так ярко, так остро и так полно не ощущал судорог удовольствия моей партнерши!
Люблю разминку! Здесь всегда какая-то движуха, свалка, что-то происходит… Драйв!
То кого-то помнут в свалке, а потом все дружно клянутся, что нечаянно, но рожи у всех слишком довольные, то лопнувшим зарядом кому-то снесет косметический морок, а из-под него у самодовольного красавчика вылезут прыщи, то еще что-нибудь веселое.
К примеру, на четвертом курсе, мы тогда занимались спортивными нагрузками вместе с третьекурсницами, какой-то придурок повадился на разминке, особенно в свалке, лапать девчонок, а вычислить его не удавалось – во-первых, разминка это и так толчея, а свалка и подавно, попробуй, разбери, у кого шаловливые ручонки чешутся, а во-вторых, он какой-то хитрый отвод применял.
Удить рукоблуда решили на живца. Наживкой выбрали первую красавицу курса, Беату Рив. Алетта добыла сногсшибательное белье, поверх него натянули футболку на размер меньше, чем нужно, спортивные штаны заменили на шорты. Эдна, одна из облапанных девушек, выделила из своих запасов легкий гламор на ароматической основе. Честно говоря, от того, что вышло в результате, даже у меня, девушки, что-то екало.
На стратегические части тела Беате поставили защиту, а на защиту навесили кто во что горазд, я тоже причастилась – хоть мне внимания извращенца и не перепало. Старшая сестра другой пострадавшей, выпускница, помогла все это скрепить.
В час «хэ» на спортивные занятия пришли даже те, кто имел освобождение.
Что характерно, тренер, обычно безошибочно определявший наличие посторонних конструктов на студентах, и считавший это попытками мухлежа, доспехов Беаты «не заметил».
По свистку разминка стартовала, все принялись делать вид, что азартно ловят заряды, а Беата – ловить рыбу, и «рыба» клюнула.
В общей свалке наш друг протянул грязные, как и его мысли, руки к прелестям наживки, и…
Мы навалились сверху всем девичьим коллективом, наплевав, кто там в какой команде, не давая ему разорвать контакт и прекратить действие чар.
Не знаю, что там придумали другие, а я выбрала простые и доходчивые судороги. Опять же, не знаю, как там с чужими заклятиями, а мое – сработало.
Впрочем, тогда много что сработало – из лазарета он вышел почти спустя неделю, а от косоглазия полностью до сих пор не избавился.
И дорогой артефакт, рассеивающий внимание, из списанных военных, нелегально купленный им летом у кого-то из знакомых, не помог – личность виновного установили еще на поле, и от линчевания толпой разъяренных ведьм его спасло только вмешательство тренера.
Словом, разминка всегда радовала общественность чем-нибудь эдаким.
Но сегодняшняя превзошла многие ожидания. Феррерс сломал Итану Брауну руку и два ребра.
Обалдеть.
Хотя, куда уж больше?
Нет, Феррерс делал вид что все вышло случайно. Что произошедшее – лишь попытка помешать гостю столкнуться с перенасыщенным снарядом, готовым к взрыву.
Тренер ему, кажется, даже верил…
Но я-то видела насквозь эту лицемерную скотину!
И все равно, стычка в душевых стала для меня сюрпризом.
Феррерс был зол. Браун определенно на него плохо влиял – настроение у придурка с самого приезда шельгарцев было хуже, чем у меня при месячных.
В первый момент я испугалась, что двумя сломанными ребрами сегодня дело не закончится, и мои бедные косточки продолжат список – но обошлось. Благо, злость у Феррерса быстро перерастала в либидо, а мои собственные критические дни еще не начались.
Из душевой я выходила на подгибающихся ногах, и виной тому были вовсе не натруженные колени…
Ладно, это все конечно очень хорошо, а в отдельных случаях даже и изумительно, но когда уже гости дорогие уедут?
А то я до конца их визита, если так и дальше пойдет, могу и не дожить.
Одна надежда, скоро у выпускных курсов начнется подготовка к экзаменам, а у всех остальных – к итоговым контрольным работам. К этому моменту наших обменников точно должны вернуть, а шельгарцев – забрать.
Глава 5
Утомительная неделя, полная злых стычек, побегов в самые людные места и моего раздражения, которое пробивалось из-под заклятий школьной медсестры, наложенных, дабы призвать к порядку подростковые и менструальные гормоны, эта отвратительная, толкающая меня к разрушениям и смертоубийству, неделя подошла к концу.
И вплотную приблизился мой день рождения.
Начался он с подарков, и самым первым его вручило мироздание: с утра, сев на кровати, я прислушалась к себе и не ощутила желания одновременно заплакать, съесть шоколадку, забиться в самый темный угол и прокрутить на фарш все человечество в целом и отдельных его представителей.
Славься, мир!
Эти дни наконец-то закончились!
С облегчением и улыбкой до ушей я рухнула обратно на кровать, и тут-то на меня сверху свалился второй подарок, на сей раз от мамы.
Энциклопедический справочник по теории сопряжения заклинаний, лично мной выбранный пару месяцев назад, в нарядной оберточной бумаге, приятно и увесисто шлепнулся на живот, взорвавшись блестками, конфетти и серпантином.
Под хихиканье проснувшихся соседок, я села, отплевываясь от попавших в рот бумажек и нежно обнимая свою драгоценность. Развеяла поздравительную мишуру, и сконцентрировавшись на нужном заклинании, выдохнула. Вздох превратился в рой золотистых искорок, и я сказала ему:
– Спасибо, мама! Ты самая лучшая, я люблю тебя!
Искры осыпались с нежным звоном, с тем, чтобы в этот же самый момент возникнуть наяву перед моей кровной родственницей, и терпеливо дождаться, пока она проснется и примет сообщение.
Соседки, чинно дожидавшиеся, пока я обменяюсь нежностями с поздравителем первой очереди, сочли, что проявили достаточно деликатности, и с жизнерадостным ревом «С днем рождения!», залпом выстрелили в меня новой порцией поздравительного конфетти. Я ответила, и мощный заряд разноцветных блесток осел на вероломном противнике.
Сборы на завтрак протекали с визгом и смехом, прыжками по кроватям и обстрелом друг друга подушками и салютами. А на занятия мы пошли, так и не сумев удалить из особо труднодоступных мест блестки и кружки конфети…
По дороге в кабинет магической теории, Гвен шепнула мне на ухо:
– Рива бутылку чудесилки притащила, после ужина будем праздновать!
Я растерялась – как-то не ожидала, что девчонки так расстараются. Теплый комок, затаившийся где-то у солнечного сплетения с утра, и не думал растворяться.
Сегодняшняя лекция куратора была посвящена типам магических связей. Высшие и низшие, между человеком и животным, человеком и человеком, животным и животным. Стихийные и сознательные, наведенные и самозародившиеся, полезные, зловредные, нейтральные. Партнерские и рабские, служебные и частные, односторонние, двусторонние, парные, групповые…