Яна Ясинская – Выбор Шатеры (СИ) (страница 42)
— Ты правда этого хочешь, Ада?
— Хочу! — страстно выдыхаю я, намереваясь набрать побольше воздуха в легкие, чтобы затем задержать дыхание… Но не успеваю, потому что…
— Будь по-твоему.
Прежде чем успеваю сообразить, что происходит, альтаирец резко притягивает меня к себе и властно целует. От прикосновения его губ по телу пробегает неведомая мне доселе дрожь. Словно по венам вместо крови пустили кипяток… Тело предательски капитулирует. Руки и ноги становятся ватными. Настойчивые губы альтаирца полностью выбивают из колеи.
Настойчивые и такие… родные.
Я никогда раньше не целовалась с мужчиной, наверное, поэтому так и растерялась… Да, я просто не была готова! Другого оправдания своему позорному поведению я просто не нахожу.
Не знаю, сколько проходит времени, прежде чем ко мне возвращается сознание. Я настолько возмущена и разгневана хамским поведением парня, что резко отталкиваю его и со всей дури влепляю пощечину, после чего бросаю в удивленное лицо сонный порошок.
— Драг недобитый!
— Что ты де…
Изумленный альтаирец отключается быстрее, чем успевает договорить фразу. Его синие глаза мутнеют и сонно слипаются.
Слава богу! Порошок подействовал! Толкаю обмякающее тело альтаирца на кровать. Не хватало только, чтобы он расшиб голову о каменный пол. Предпочитаю все же отвечать за воровство, а не за убийство иноземца.
Не теряя больше ни секунды, бросаюсь к сундуку. Да тут же куча драгоценностей! Жаль, все не вынести. Перерываю сундук до дна в надежде найти деньги. Внезапно внизу нащупываю знакомую резьбу. Ого! Двойное дно! Я видела похожие в Катаре. В таких обманках обычно прячут контрабанду. Ничего себе! Оказывается, альтаирец не так-то прост!
Наверняка там спрятаны деньги! Выкидываю все содержимое сундука на пол. Ловко вскрывая дредом двойное дно. Убираю крышку и…
Отказываюсь верить собственным глазам!
Нет. Это уже даже не смешно. Он что, меня преследует?!
Мое искреннее изумление и возмущение вполне можно понять, ведь на дне сундука лежит тот самый саркофаг, который я оставила в хранилище Бэра.
Чтобы убедиться в догадке, вскрываю саркофаг. Так и есть — у меня в руках вновь украденный мной же кристалл.
Ничего не понимаю. Как он мог попасть к этому высокомерному альтаирцу?! Глэдис же на моих глазах запечатывала сейф у Бэра!
Бэр… Мелкий толстый предатель! Конечно, это его рук дело! Он в сговоре с альтаирцем! Интересно, кто вообще этот парень и зачем ему понадобился кристалл? Вряд ли такому богатому человеку нечем заправлять свой звездолет.
Оборачиваюсь к безмятежно спящему парню. Осторожно подхожу ближе. Надеюсь, не проснется. Кто знает, как действует сонный порошок на альтаирцев…
Вглядываюсь в черты лица.
Это так странно… Такие знакомые черты.
Не могу понять, где я раньше видела его?
— Ты правда этого хочешь, Ада? — В моей памяти вновь звучит голос альтаирца.
Ада…
И тут до меня запоздало доходит, что с самого начала в этой «картинке» было не то… Я не говорила ему, как меня зовут.
По телу во второй раз за вечер пробегает холодная дрожь. Дышать становится тяжело. Пугающая догадка парализует.
Этого просто не может быть!
Это какое-то недоразумение!
Этот альтаирец… Это не может быть он!
Проселочная дорога. Вечерние огни соседской деревушки. Прохладный ветер в лицо. Если повезет, из-за поворота вот-вот вывернет повозка и какой-нибудь сердобольный поселянин согласится довезти меня до городка Сариты, откуда я точно смогу на попутках добраться до Адейры. По крайней мере в своих мечтах. Потому что в реальности я сижу на полу, забившись в угол в спальне альтаирца, и не свожу глаз со спящего парня.
Он или не он?
В голове не укладывается, что некогда худенький, болезненный, несуразный мальчишка мог вымахать в такого красавца-исполина. Но знакомые черты лица, эти бездонные синие глаза сеют в мою душу сомнение. Сковывают руки и ноги. Я не могу уйти отсюда, не узнав…
Он или не он?
С другой стороны, я просто отказываюсь верить, что передо мной Эван…
Мой добрый, великодушный мальчишка-альтаирец никогда бы не поступил со мной так грубо. Не сказал бы все те ужасные слова, что произнес этот незнакомец. А еще… Он никогда бы не осмелился меня так поцеловать. Ведь мы же друзья. По крайней мере были ими когда-то в Катаре.
Разум кричит, чтобы я, прихватив драгоценности, как можно быстрее сматывалась, но сердце… Даже если Эван и превратился в тирана, я должна предупредить, что император Дария хочет убить его.
Из открытого окна веет холодом. Сидеть и дальше на ледяном полу нет смысла. Только заболеть мне для полного счастья и не хватало. Отар побери этот сонный порошок! Не имею представления, как долго он будет действовать на альтаирца. Надеюсь, парень не проспит неделю. Так долго ждать его пробуждения я не смогу. Оставлю записку — и была такова. Хотя… Есть большой риск, что записка окажется не в тех руках. Нет. Лучше все же остаться. Еще немного подождать.
Но не на холодном полу. Встаю. Подхожу к террасе. Плотно закрываю двери, задергиваю шторы. Осматриваюсь. Можно, конечно, примоститься на кресле, но к утру у меня затечет все тело, поэтому…
Кровать широкая. Здесь хватит места и двоим. К тому же мне не впервой спать в одной постели с Эваном. В детстве, когда случалась гроза, а мне приходилось ночевать в доме священника, я всегда заваливалась к мальчишке-альтаирцу под бок. Эван тоже был не в восторге от дарийских гроз. Вдвоем бояться не так страшно.
С сомнением смотрю на спящего мужчину. Я все еще не могу поверить, что это Эван! Невольно разглядываю сильные, мускулистые руки… Жесткие губы, которые так нагло целовали меня. Кошмар!
Интересно, а сколько у него уже было девушек? Этот внезапный вопрос застает меня врасплох еще больше, чем догадка, что тиран-альтаирец и есть мой Эван.
«Не о том ты думаешь, Ада! Не о том!» — ворчу сама на себя, одновременно пытаясь ослабить корсет. И как только шатеры его постоянно носят? Дышать же невозможно!
До конца не раздеваясь, плюхаюсь на кровать рядом с альтаирцем. В комнате прохладно, так что накидываю на нас теплое одеяло. Прижимаюсь к парню — так теплее. Закрываю глаза. М-да… Мой побег из Руара в очередной раз удался на славу!
Едва уловимый запах мяты…
Моих сонных губ касается легкая улыбка. Это запах Эвана. Я не спутаю его ни с одним другим. Возможно, глаза сомневаются, но все мое тело, мое обоняние говорят, что это он. Мой мальчишка-альтаирец.
Я искренне на это надеюсь, потому что в противном случае утром меня ждет не слишком приятный сюрприз…
Он сидит на кровати, спиной ко мне. В белой рубашке с длинными широкими рукавами, присборенными на запястье.
Не повезло — альтаирец проснулся раньше. Спасибо, что после моей вчерашней выходки хоть не придушил меня спящую подушкой. Приподнимаюсь на локтях, зеваю.
— С добрым утром.
— Думаешь, оно доброе?
Может, я все же ошиблась, и этот незнакомец не мой друг детства?
— Эван…
Горькая усмешка.
— Надо же! Еще не забыла, как меня зовут.
Внутри все сжимается, как от боли. Похоже, от моего мальчишки-альтаирца мало что осталось в этом высокомерном самодовольном типе. Неприятно разочаровываться в людях, но ничего. Я как-нибудь переживу.
— У меня нет проблем с памятью.
Спрыгиваю с кровати, поправляю платье. Накидываю плащ, после чего подхожу к окну, резко раскрываю шторы. Тут же жмурюсь от яркого света. Отар меня разрази! Да уже почти полдень! Ну мы и дрыхнуть!.. Ладно, он под действием снотворного был, но я-то! Хороша! И как теперь прикажете незаметно выбираться из Руара?!
Осторожно высовываюсь в коридор. Не сдерживаю ругательства — возле покоев стража. Мимо воинов Руара незаметно днем точно не прошмыгнешь. Придется, видно, возвращаться к шатерам.
— Почему ты не ушла ночью?
Тихий голос альтаирца заставляет меня обернуться.
— Потому что запоздало сообразила, что высокомерный самодовольный деспот, валяющийся в отключке, — это ты, — отрезаю я.
— Это что-то меняет?
Еще раз выглядываю в коридор в призрачной надежде, что стражи ушли, но, увы, они там, похоже, застряли надолго.
Окончательно расставшись с идеей выйти незамеченной, расстроенно плюхаюсь в кресло. Снимаю туфли, демонстративно игнорируя альтаирца.