Яна Вуд – Когда земли окутает мрак (страница 9)

Угой сдвинул брови.

– Это я и намерен выяснить.

– Мы обследовали там каждый клочок земли, – пророкотал Рорг.

– Быть может, вы что-то упустили, – упрямо отозвался Угой. – И они упали в расселину. Или лед вместе с ними откололся от берега. И они мерзнут теперь где-нибудь на льдине, ожидая подмоги. Как бы там ни было, они могут быть еще живы. Потому я намерен немедля отправиться на поиски.

– Я с тобой, – сказал Йэол.

Гэдор кивнул.

– Мы тоже пойдем.

– А как же еда? – голодно протянул Мар. – Харпа намедни говорила об отдыхе у огня…

– Мы сюда пришли не животы набивать, – холодно отозвался Угой.

– От моих людей пойдет Рорг, – сказал Берог. – Он покажет, где мы обычно ловим рыбу.

– Я тоже пойду, – заявила Варга.

– Думаю, Рорга будет довольно, – качнул головой Берог. – Я считаю, люди давно замерзли. Но все равно желаю вам удачи. Возвращайтесь скорее. Вас будет ждать и горячий ужин, и теплые постели.

– Это прям-таки вдохновляет, – пробормотал Мар себе под нос.

– Кого как, – хмуро отозвался Угой.

V

Йэол сказал правду: с рассветом не рассвело. Однако стало все-таки посветлее. Как будто солнце взошло, но его не было видно из-за густых темных туч. Снег падать не спешил, словно весь высыпался накануне.

С севера нерукотворной городьбой деревню окружали невысокие черные скалы. Миновав их, путники вышли на белоснежную пустошь, омываемую ледяным северным морем. Уступчатые гряды и холмы из снега поднимались из нее, точно обледенелые останки чьих-то исполинских тел.

– Здесь мы обычно рыбачим, – проговорил Рорг.

Путники огляделись. Прибрежные земли были совершенно пусты.

– Птиц не видно, – хмуро заметил Йэол. – Странно это.

– Может, их разогнала непогода? – предположил Мар.

Рорг пожал плечами.

– Да кто его знает. Но намедни мы тут всё исходили вдоль и поперек.

– Чу́дно, – отозвался Угой. – Исходим снова. – И уверенно двинулся вперед.

Они изучали пустошь медленно и дотошно. Заглянули за каждый холм, осмотрели дрейфующие льды – насколько хватало глаз, – никого. Только жгучий холод и мертвенная тишь.

С восточной стороны темнели частые белые пики.

– А там что? – спросил Гэдор.

– Бесконечные Льды, – ответил Рорг. – Как далеко тянутся – никому неведомо. Оттого и название. Звери туда не заходят. Мы обычно тоже. Немудрено потеряться.

– Надо проверить, – уверенно сказал Угой.

– На что? – Рорг скрестил на груди руки. – С чего им туда отправиться?

– Не знаю, – пожал плечами тот. – Может, спрятаться хотели.

– От чего? – нахмурился оборотень.

– Хотя бы от непогоды, – ответил номаэт и, пропустив мимо ушей недовольное ворчание Рорга, двинулся вперед.

Остальным не осталось ничего иного, как последовать за ним.

Гэдор обернулся к Харпе.

– Не помешало бы путь помечать, чтобы не потеряться.

– Легко! – белозубо улыбнулась та и играючи вспорола когтями лед.

Льды громоздились над путниками подобно древним полуразрушенным строениям. Ледяные башни, мосты, арки – всё это напоминало некий странный ледяной город, по неведомой причине покинутый обитателями много лет тому назад. Кривые улицы множились, сходясь в не менее кривых перекрестках.

– Нужно разделиться, – сказал Угой. – Эдак мы бесконечно будем тут бродить.

– Неплохая идея, – ответил Гэдор. – Мы втроем, – он указал на Хейту и Мара, – заберем влево. Вы тогда вправо, – кивнул он Харпе и Брону.

– Хорошо, – согласился Угой. – А мы пойдем прямо, как и шли.

– Иди с оборотнями, – ответил ему Рорг. – Я за двоих сойду.

Угой пораздумал и кивнул.

– Ладно. Идем осторожно. Глядим в оба.

– Как далеко идти? – вопросил Брон.

– Пока не найдем, – ответил тот и двинулся вперед.

Снег сипло хрустел под ногами. Ледяной воздух обжигал лица. Проходы то теснились, грозя сдавить путников железными тисками, то расходились вширь, пугая безмолвием и белизной.

Угой шел первым. Время от времени он останавливался и выкрикивал имена пропавших номаэтов, но ответом ему всякий раз была мертвенная тишина.

Харпа шла следом. Один раз ей даже удалось вскарабкаться на высокий ледяной уступ, и она долго простояла на нем, вглядываясь в даль.

– Никого! – наконец с досадой изрекла она. – Эти Бесконечные Льды и впрямь тянутся до самого горизонта.

Брон замыкал ход. Оборотень старательно принюхивался, надеясь учуять номаэтов, но тщетно. Пахло только холодом, тот упрямо лез в нос и сбивал с толку. Брон приникал к каждой льдине, обнюхивал каждый выступ, порой припадал к земле, но чуял лишь своих спутников.

Вдруг он замер, втянул воздух, покрутил головой.

– Эй, ты чего? – недоуменно поглядела на него Харпа.

Оборотень не ответил, лишь свернул в очередной ледяной проулок и продолжил медленно идти, пригибаясь к земле. Харпа свистнула номаэту.

Через некоторое время Брон замедлил шаг, присел и стал рыться в снегу. Вскоре он извлек из него темный кожаный мешок, молча протянул Угою.

Тот от волнения изменился в лице.

– Наш мешок, номаэтский.

Брон снова запустил руку в снег. Угой принялся лихорадочно копаться в мешке. Лицо мужчины приняло озабоченное выражение.

– Ничего не пойму, – пробормотал он.

– В чем дело? – вскинула брови Харпа.

– В мешке теплая одежда и еда, – пояснил он. – И всё, что нужно, чтобы зажечь светильник. Со всем этим можно продержаться на морозе не один день. Возвел ледяной дом… Хотя к чему возводить? Нам по пути попадалось столько ледяных гротов, где можно легко укрыться от снега и ветра. Зачем было выбрасывать эти вещи?

– Это не всё, – обронил Брон.

В руке у него лежало тяжелое заледенелое копье. Угой перенял его. На лице его читалось глубочайшее недоумение.

– Что могло заставить номаэта бросить копье – верную защиту от любой напасти? – оторопело проговорил он.

Все трое переглянулись. Ответа ни у кого не нашлось.