Яна Ветрова – Путь Холлана (страница 11)

Мальчишка терял силы, и Холлан бросился на помощь. Противник Базиля увернулся от очередного удара, меч мальчишки просвистел у его лысой головы, и Базиль по инерции наклонился вбок. Культист воспользовался этим и нацелил свой короткий меч в грудь мальчишке, но, заметив Холлана, резко повернулся в его сторону. Он не успел подставить меч под удар наёмника, и всё было кончено. Базиль без сил рухнул на землю, а Холлан пошёл на последнего противника.

Культист начал отступать. Он приставил меч к горлу монашки, а свободной рукой держал её за талию. Она тихо вскрикивала на выдохе и плакала.

– Отпусти её, – произнёс Холлан, медленно приближаясь.

– Пустота ждёт, – дрожащим голосом сказал мужчина и отступил на шаг.

Он был лысый, как все поклонники Пустоты. Они часто наносили татуировки в виде листьев и цветов, и этот мужчина не был исключением – сплетение чёрных веток вилось от нижней челюсти до лба, захватывая скулы, а верхние листья, узкие и острые, напоминали рожки.

Холлан медленно опустил меч на землю. Он приподнял руки и сделал ещё шаг вперёд.

– Не подходи! – выкрикнул культист, и монашка испуганно взвыла, закрыв глаза.

Культист дёрнулся вбок, споткнулся о корень и повалился на спину, увлекая за собой визжащую женщину. Как только они рухнули на землю, монашка вывернулась из рук культиста, а Холлан подскочил к мужчине, ногой выбил у него из руки короткий меч и подобрал его.

Культист попытался отползти, но Холлан пнул его в плечо и приставил меч к горлу.

– Холлан! – закричал подбежавший Базиль. – Он же безоружен!

Наёмник не обратил внимания на мальчишку. Он разглядывал татуировки мужчины.

– Пощади, брат, – проговорил культист, склонив голову набок, и его глаза внезапно заполнили слёзы. – Пощади, именем Илисара молю!

Холлан отшатнулся, как от удара. Время словно остановилось, вывернулось наизнанку и заволокло всё вокруг алой пеленой. Холлан размахнулся и ударил мужчину рукояткой меча по голове.

Глава 6. Как старые сказки

– Холлан! Ну постой! Холлан!

Наёмник шёл напролом через заросли, не разбирая пути. Базиль догнал его, положил руку на плечо и тут же отпрянул, встретившись взглядом с мужчиной.

– Вернись к монашке, дай ей воды и свяжи нашего нового друга, – произнёс Холлан.

Его голос звучал глухо и монотонно, как будто мертвец решил поговорить с живыми из могилы. Базиль кивнул и бросился назад.

Холлан посмотрел на чужой меч в своей руке, не понимая, как он там оказался. Размахнувшись, он одним движением срезал несколько веток, ударил снизу по невысокому деревцу. Верхушка с шелестом повалилась, но не достигла земли, запутавшись в ветвях соседних деревьев.

Холлан с отвращением отбросил меч и взлохматил волосы. Он знал, что сейчас будет – за двадцать лет мысли привыкли бежать по одной и той же дорожке. Сначала имя, потом его лицо, потом обрывки воспоминаний, складывающиеся в сцены из прошлого, которые он с упорством топил в алкоголе. Сейчас бы выпить! Всё бы ушло, схоронилось под ворохом опавших листьев двадцати прошедших лет. Холлан прижал лоб к дереву. Кора была старая, колючая, она местами отслоилась и обнажила гладкий серый слой. Холлан дышал: раз – вдох, раз, два, три – выдох, как старик Акрус учил.

– Акрус бы сейчас плюнул мне в лицо, – прошептал Холлан и оторвал голову от ствола.

Мысли перестали прыгать, наёмник потёр щёку, подобрал меч и вернулся туда, где оставалась брошенная им компания.

Базиль оттащил три тела в сторону, отдельно сложил оружие. Последний оставшийся в живых культист уже пришёл в себя. Он сидел спиной к дереву, руки его неуклюже обнимали ствол и были накрепко связаны. При появлении Холлана он вскинул голову. На лысине сбоку запеклась кровь. Монашка, держась за шею, стояла поодаль и не отрывала взгляда от убийцы.

Холлан подошёл к мальчишке.

– Я что тебе сказал?

– Я раньше никогда… Я…

– Что я сказал?

Мальчишка опустил голову и пробормотал:

– Один противник – одна стрела.

– Почему?

– Лучше ранить двоих, чем убить одного и дать второму шанс убить тебя, – сдавленным голосом проговорил Базиль и отвернулся от тел, а потом вдруг встрепенулся, оглянулся на трясущуюся монашку и прошептал: – Там и правда… все мёртвые?

– Да. Но ни одной блондинки.

Базиль выдохнул и несмело улыбнулся. Холлан проверил рану на руке мальчишки – царапина, но все же промыл самогоном. Вдохнув резкий запах спирта, наёмник закрыл фляжку. Не сегодня.

– А что с этим будем делать? – спросил Базиль, осторожно натягивая рукав, чтобы не сдвинуть повязку.

Холлан присел перед культистом на корточки. Мужчина прижался к дереву и дышал коротко, сдавленно. Он был немного старше Холлана. Наёмник дотронулся лезвием меча до левой щеки культиста, и тот послушно повернул голову.

Тот, кто делал татуировки, был или неопытен, или неаккуратен. А может, ему просто было всё равно. За ветвями и листьями можно было рассмотреть частично перекрытый старый рисунок. Побледневший, менее чёткий, чем другие, но всё ещё узнаваемый.

Базиль переводил взгляд с лица культиста на щёку Холлана.

– Стрела вниз, – проговорил наёмник, – знак мира. Какая же отчаянная смелость нужна, чтобы перебить знаки племени.

– Смеёшься надо мной? – прошептал культист. – Неужели ты сам лучше? Я знаю, что змея на твоей шее скрывает чёрный ромб.

– Разве рабам рисовали стрелы на лице? – спросил Холлан и показал мечом, чтобы культист повернулся другой щекой.

Мужчина несколько секунд колебался, а потом повернул голову и следил, как меняется выражение лица наёмника. Тот внимательно изучал переплетение листьев и веток, и с каждой секундой становился всё мрачнее. Наконец, Холлан встал и бросил:

– Ублюдок.

– Что? – удивлённо спросил Базиль, который всё это время стоял рядом.

– Обе наконечниками вниз, – сказал Холлан, отворачиваясь от культиста.

– И что? Что это значит? Ну Холлан, скажи!

Холлан поднял меч и примерялся к разлапистой еловой ветке.

– Это значит… – Холлан размахнулся.

Вж-жик! – ветка рухнула на землю.

– …что эта тварь…

Вж-жик! – за первой последовала вторая, третья. Наёмник убрал меч в ножны.

– …двадцать лет назад была лекарем.

Наёмник потащил ветки к телам культистов. Базиль поражённо взглянул на лысого мужчину, который опустил голову и глядел в траву.

– А это зачем?

Холлан поднял тело одного из культистов за руки и кивнул Базилю на ноги. Вместе они переложили его на еловые лапы.

– Придётся по одному, – пробормотал наёмник.

– Холлан, – начал было Базиль, но наёмник не дал ему спросить снова.

– Там земля мягче.

– Что?! – взвизгнула монашка.

Холлан уже успел позабыть о ней – она сидела тихо, а её коричневое платье почти сливалось со стволом дерева. Наёмник вздохнул:

– Ты же сестра последней милости.

Монашка хмуро смотрела на него и молчала.

– Вы же сами говорите, как там? Что каждый может рассчитывать на последнюю милость?

– Каждый достоин последней милости, – тихо сказала монашка, а потом вновь повысила голос: – Но я не буду хоронить убийц!

– И не надо, – мягко ответил Холлан, – этим займётся наш недостойный друг.

Холлан срубил ещё ветви, и они с Базилем оттащили тела к костру. Монашка сначала пошла с ними, но ещё издали увидев поляну, остановилась как вкопанная и так и стояла вдали, пока Холлан не провёл мимо неё культиста. Тогда она, словно очнувшись, вскрикнула и отшатнулась, но всё же последовала за ними на поляну.