Яна Ветрова – Птичья Песня (страница 50)

Плоская чаша исчезла, как и травы и прочие магические принадлежности, только на деревянном полу остались прожженные каплями пятна. Я поставила кружки на столик перед Робином, который углубился в книжку в болотно-зеленой обложке. Джей, сидевший за письменным столом, не оборачиваясь, сказал:

– Убери все это.

Я сгребла яблоки и деньги в подол футболки, и тут только почувствовала, как от меня воняет псиным одеялом.

Кеды, к которым я воспылала несправедливым отвращением, отправились в комнату под кровать, деньги я убрала в коробочку на кухне, а яблоки разложила на столе. Я только успела принять душ, как меня снова позвал колдун.

Натянутая улыбка в сочетании с красным белком глаза делала лицо Джея похожим на жуткую маску. Он сунул мне в руки пачку конвертов, в этот раз без инструкции, и приказал вернуться, как только я доставлю все письма, нигде не задерживаясь. Понятно, я под своеобразным домашним арестом. Как скажете, господин колдун.

Робин сделал последний глоток чая, положил книжку на стол и сказал:

– Я пойду с тобой.

У двери он обернулся и попросил Джея:

– Не предпринимай ничего без меня, ты понял?

Ответом ему была тишина.

Глава 10. Раз и два

Стоило нам выйти на улицу, Робин задал вопрос, которого я опасалась.

– Зачем тебе понадобились деньги?

Я поразмыслила, что бы соврать, но ничего не придумала:

– Чтобы попасть домой.

Робин остановился и взял меня за плечи:

– Рина, мы отправим тебя домой, но нужно подождать. Джей не может сейчас переходить через миры, а я не могу отлучиться из города. Меня вызывал король. Кто-то поднимает волны протеста против горцев, тут и там слышны разговоры о том, что мы не должны были соглашаться на перемирие двенадцать лет назад и надо взять реванш… В общем, подожди немного, мы работаем над этим.

Я не ответила. Легко сказать «подожди», когда ты занят делами в участке и не вынужден жить в одном доме со взрывоопасным колдуном. Откуда мне было знать, что они и правда собирались отправить меня домой.

Некоторое время мы шли молча.

– К чему его обязывает клятва? Я думала, она только меня обязывает, – наконец подала голос я.

– Самому наказывать тебя, – резко ответил Робин, – а не сдавать в полицию.

Я поморщилась, но Робин не заметил.

– Наш дражайший учитель, если кто-то из учеников неправильно выполнял поручение или сбегал без спросу в город, приказывал остальным мальчишкам избить его, а сам на это время блокировал связь.

Думая о Джее, я спросила:

– Руки пачкать не хотел?

– Не совсем. Связь между учителем и учеником предполагает большую ответственность с обеих сторон… И если учитель ударит ученика, то сам не только почувствует ту же боль, но у него еще и появится след от удара на том же месте, потому что за все проступки учитель отвечает в той же мере, что и ученик.

– Но со мной-то это не работает?

Робин вздохнул и огляделся вокруг, как будто впервые видел зеленые холмы и сверкающие на солнце крыши домов.

– Джей против того, чтобы я тебе слишком много рассказывал, – наконец сказал он и стал внимательно изучать фасады зданий.

Ну еще бы! Если колдун соберется-таки вернуть меня домой, то сотрет память, как и обещал. Чем меньше я знаю, тем проще стирать. Но Робину я ничего не сказала – расстроится же, а потом начнет убеждать, что без лишних воспоминаний я только счастливее стану, прямо как Лора и ее мать.

Мы вместе дошли до Эллы, но больше не разговаривали. Робин перевел мне адреса на конвертах и показал, куда идти, а сам направился к старой тюрьме. Я была рада, что начальник полиции отправил патрульного Кирка разбираться с бумажной работой – иначе мне пришлось бы с опаской заглядывать за каждый угол. Арестовывать меня не за что, но я бы предпочла избежать новой встречи.

У меня оставалось еще два конверта, один обычного размера, другой тяжелый и пухлый. Я уже посетила странную бабушку, которая охала и ахала, читая письмо, а потом оставила меня на полчаса на улице дожидаться, пока она напишет ответ. Затем я вновь побывала у бледного господина О-Ули, который вскричал «Какая наглость!», но нацарапал что-то на обратной стороне письма. Еще трое порвали конверт, не читая, а один мужчина в коротком вишневом халате и белых лосинах испепелил письмо. Но такими фокусами меня было уже не впечатлить. Я все еще пребывала в роли идеальной служанки, поэтому растянула рот в улыбке, пожелала мужчине прекрасного дня и театрально поклонилась. Мужчина, чье лицо от злости приобрело цвет его халата, громко хлопнул дверью, а я только усмехнулась. Мне больше не было страшно. Я столько боялась, что исчерпала весь свой страх.

Предпоследний адресат жил за пределами городской стены, и я бродила по незнакомым улицам, как в старые добрые времена. Можно было попросить Звездочку, но мне хотелось потянуть время перед возвращением к колдуну. Я спросила хмурую женщину с корзиной, полной свежевыстиранного белья, где находится нужный мне дом, и она указала на узкий переулочек, после которого от площади с колодцем следовало свернуть налево.

Как только я вышла на площадь, ко мне подбежала черная кошка разбойничьего вида, потерлась о ноги и поспешила к открытой веранде таверны, у входа в которую болталась вывеска с золотой курицей. За одним из столиков сидел Сет. Он был одет просто, но элегантно. Слегка расширяющиеся рукава светлой рубашки как будто говорили: смотрите, я следую модным тенденциям, но у меня есть свой стиль. Увидев меня, Сет отложил газету и встал, приглашая присоединиться. Если прогулку по улицам еще можно будет оправдать тем, что я заблудилась, то объяснить посиделки за чашечкой кофе я колдуну не смогу.

– У меня мало времени, – извиняясь, сказала я. – Ты не знаешь, где находится дом Красных тюльпанов?

– Работа? – понимающе улыбнулся Сет. – Это совсем рядом. Ты не будешь возражать, если я пройдусь с тобой?

Я не возражала. Сет оставил на столе несколько монет и присоединился ко мне.

– Эй, – позвал он кошку, – далеко не убегай.

Кошка засеменила рядом.

– Как ее зовут? – спросила я.

– Табуреткам не дают имена, – усмехнулся в ответ Сет, и я запнулась о неровную каменную кладку.

Мужчина объяснил:

– Это моя сай. Да, знаю, не принято давать им тела других живых существ, но так уж вышло.

Он, словно извиняясь, развел руками.

– Я уже слышала эту фразу.

– Про табуретку? Так говорят детям, чтобы они не привязывались к сай.

Стена нужного мне дома была расписана красными тюльпанами, поднимавшимися к крыше, как языки пламени. Дверь открыл молодой мужчина с сединой в висках, сразу же вскрыл конверт, очень обрадовался выпавшей оттуда книге и без вопросов заплатил требуемую сумму.

Сет дождался меня, и некоторое время мы шли молча. Я угрюмо перебирала пальцами деньги в кармане. Наконец, мужчина нарушил тишину.

– Рина, я не хочу ходить вокруг да около… Ты выглядишь как человек, которому лучше все сказать напрямую. Я прав?

Я с удивлением взглянула на него. Может быть и прав. Пока в этом мире все только и делают, что играют в игры и недоговаривают. Я осторожно сказала:

– Думаю, да.

Сет удовлетворенно кивнул.

– Я уже сказал, что нам, колдовскому сообществу, очень любопытно знать, что делает господин ан-Тарин уже больше двух месяцев с тех пор, как вернулся. А что еще любопытнее, так это как именно он умудрился выйти из зеркал до срока. Вероятно, ты знаешь, что тринадцать лет назад Совет приговорил его к сорока годам в зеркальном зале. Ты знаешь, за что его осудили?

– Ну… – протянула я, – он использовал запретную магию.

– Да, но не только за это. Он кое-что украл.

От удивления я фыркнула. Этот борец за честность что-то украл?

– Не веришь, Рина? Понимаю, – серьезно сказал Сет.

Мы уже вернулись в пределы старого города и медленно приближались к Элле, чтобы затем свернуть к Чернильной реке. Кошка-сай то бежала впереди нас, то исчезала в кустах. Стало жарко, и я обмахивалась оставшимся конвертом.

– Совет так и не смог ничего доказать. Они обыскали все, до чего смогли дотянуться, даже тень мира, но так и не нашли то, что он украл.

Я закатила глаза. Ну конечно, мой новый знакомый вроде бы говорит напрямую, но не говорит конкретно. Хочет, чтобы я первая задала вопрос.

– И что же он украл? – несколько раздраженно спросила я.

– Терпение, Рина, терпение! – очаровательно улыбнулся Сет. – Я никоим образом не оправдываю Совет, но они решили, что будет безопаснее запереть ан-Тарина в зеркалах. Мы были на грани войны, а такой артефакт, как драконий коготь, попади он к горцам, мог уничтожить наши шансы на победу.

Так вот к чему были все эти книги о драконах! Значит, Джей действительно его украл. Наверное, успел спрятать в доме, прежде чем его схватили. Ведь туда никто не мог зайти, дом был заморожен, пока Джей не вернулся. Я притворно возмутилась:

– Как же это так, без доказательств запереть человека на сорок лет?

– Я повторю: Совет я не оправдываю, но Джей был как бельмо на глазу у достопочтенного колдовского сообщества – плевал на запреты, использовал все виды магии, приносил из других миров потенциально опасные, неизученные артефакты, пропадал в тени мира…