Яна Ветрова – Плотоядные мыши (страница 1)
Яна Ветрова
Плотоядные мыши
Клетки с мышами стояли на втором этаже рядом с комнатой Кевина. Мыши шуршали круглосуточно (и это было одной из причин, чтобы не держать их в спальне сына), поэтому сначала никто не обратил внимания на то, что этой ночью звуки стали более громкими и… странными, а потом прекратились.
Сара почистила зубы и ополоснула лицо ледяной водой. Марк, ее бойфренд, уже умылся. Сара улыбнулась, подумав о нем. Наконец-то нормальный (нормальный!) парень, простой, понятный, никаких безумных идей, работает в автосервисе. А сейчас он готовит омлет и кофе. Сара вытерла лицо и пошла будить сына. Но перед его комнатой она остановилась. Мышей в клетках не было.
Ей сразу не понравились эти мыши. Кевин принес двух белых мышей с маленькими красными глазками из лаборатории отца. Арчибальд Смит любил эксперименты. Иногда это было даже хорошо. Если бы не его эксперименты, Кевин бы не появился на свет. Но часть его экспериментов выходила за рамки закона и морали. Сколько раз Смита ни арестовывали, он всегда выходил сухим из воды благодаря своим влиятельным клиентам. Кевин был не единственным удачным экспериментом своего отца.
Сначала мышей было две. Но примерно через неделю, утром, когда Сара шла будить Кевина, она услышала доносящийся из клетки тонкий писк. Мышей было уже семеро. Пришли друзья Кевина и забрали трех мышат, таких же белых и красноглазых. На всякий случай Сара рассадила оставшихся мышей в две клетки, но это не помогло. Через неделю их был уже десяток.
‒ Разве так бывает? – спрашивала Сара подругу, работавшую в зоомагазине.
Та пожимала плечами и говорила, что Сара просто неправильно рассадила мышей по клеткам. Ей было плевать на животных.
Мышей становилось все больше, они росли быстро и уже через пару дней были похожи на взрослых. Однажды Кевин уехал к другу на день рождения и остался там ночевать. Марк поднялся на второй этаж с пластиковым мешком для мусора. Сара не смотрела. Она только слышала отчаянный писк и чертыхания Марка. Он закопал мешок на заднем дворе.
‒ Эта тварь чуть не откусила мне палец! – он с удивлением качал головой, забинтовывая прокушенный насквозь мизинец.
Остались только две мыши. Это были те самые первые мыши, они были чуть крупнее остальных. Сара подбросила Марка до больницы, а мышей повезла к ветеринару на стерилизацию. Но это не помогло. Утром мышей стало четверо. Они шуршали, попискивали и смотрели своими маленькими злыми красными глазками. Ветеринар клялся, что самка еще вчера не была беременной. Кевину они сказали, что отдали мышей в зоомагазин.
Через три дня Сара заглянула во двор. Яма была разрыта, мешок разорван и пуст. «Наверное, соседская собака», подумала она.
В клетках, стоящих бок о бок на столике в коридоре, копошилось уже девять мышей. Сара взяла себя в руки и достала записную книжку. Это был крайний вариант, но другого выхода она не видела. Она набрала номер бывшего мужа. К трубке долго никто не подходил, Сара уже отчаялась, но тут раздался щелчок, и до боли знакомы голос произнес:
‒ Да?
‒ Арчи…
‒ Что тебе нужно? – усталость и разочарование. – Кевин не был у меня в прошлые выходные. Ты запретила ему? Не думаю, что тебе нужно напоминать, но суд разрешил…
‒ Он был у друзей. Не важно, послушай, ‒ Саре было тяжело спокойно разговаривать с этим человеком. – Те мыши, которых ты дал Кевину…
‒ Что? Какие еще мыши?
‒ Две мыши-альбиноса, Арчи, ‒ Сара начала терять терпение.
‒ Что за чушь, какие мыши?! Сара, ты пила?
Сара закрыла глаза. Нет, нет, нет. Давно уже нет. Она выдохнула, вдохнула.
‒ Нет, Арчи. Месяц назад, как раз после своего дня рождения, Кевин был у тебя, помнишь? Ты тогда отправил его домой на автобусе, ‒ она процедила последние слова сквозь зубы, не сдержалась. Обычно Смит подвозил сына на машине прямо к дому.
‒ Да, помню, он устроил мне скандал. Никакого воспитания. Я уверен, что ему было бы лучше со мной, особенно учитывая твое… хм, пристрастие к определенного сорта напиткам.
‒ Это в прошлом! ‒ Сара сорвалась на крик. ‒ Может, лучше поговорим о твоих арестах?!
‒ Ты за этим позвонила? У меня полно работы.
Сара, успокойся! Вдох-выдох.
‒ Я позвонила, потому что те мыши, о которых я начала говорить, те белые мыши с мерзкими маленькими глазками, с этими чертовыми извивающимися хвостами, они размножаются!
‒ Да неужели?
Сара ясно увидела, как он приподнимает правую бровь и ухмыляется. Высокомерный ублюдок.
‒ Арчи! Это твои лабораторные мыши. У них на животах под шерстью синие значки. Они размножаются, Арчи, с жуткой скоростью. И Кевин сказал, что ты отдал их ему с условием, что он их никому не будет отдавать!
Когда Смит наконец ответил, от его голоса у Сары побежали по телу мурашки.
‒ Сара, я попрошу тебя сделать одну вещь. Посмотри, какие именно значки нанесены мышам на животы.
‒ Я и так помню – буква «С», а под ней точка. Арчи?..
‒ Сара, срочно, слышишь меня, срочно, немедленно, сейчас же. Бери этих двух мышей и вези их ко мне.
‒ Почему бы тебе не приехать самому?
‒ И привезти с собой всю лабораторию? – опять этот чертов сарказм. – Нет времени, приезжай.
Он бросил трубку.
Хорошо, так уж и быть, я привезу тебе твоих чертовых мышей! Сара вытащила из шкафа коробку из-под обуви и вышла в коридор. Мыши сидели, не шевелясь. Это было странно. Девять пар красных глаз неотрывно смотрели на нее. Сара быстро, с отвращением, схватила за хвост сначала одну, потом вторую большую мышь и кинула их в коробку. На всякий случай она кинула туда же двух мышей поменьше.
Сара закрыла коробку, перевязала веревкой и бросила на переднее сиденье рядом с собой. Ей хотелось положить коробку в багажник, но она решила не спускать с нее глаз – вдруг мыши прогрызут картон и вылезут, как их потом искать по всей машине?
Последний раз она видела его год назад, в суде. Они поженились сразу после школы, это никого не удивило, хоть и считалось, что такие куколки, как Сара, не имеющие, к тому же, особых амбиций, должны выбирать в мужья кого-то более представительного и перспективного. Стоит заметить, что тогда, почти восемнадцать лет назад, Арчибальд Смит не был лишен обаяния, а его перспективность проявилась позже, когда он за три года окончил университет, получил докторскую степень и стал заниматься собственными исследованиями. Начали появляться первые клиенты. Уже через пять лет после свадьбы они смогли купить дом. Сара ни в чем себе не отказывала, одно омрачало ее жизнь – все ее подруги, рано вышедшие замуж, уже родили ребенка, а некоторые и двоих. После двух неудачных беременностей Сара стала пить. Только спустя десять лет брака у них родился Кевин. А потом Сара узнала, что Арчи тайно подсыпал ей в еду свои экспериментальные лекарства. Она уже в достаточной степени его ненавидела, чтобы не почувствовать хоть каплю благодарности.
Смит похудел, стал еще больше сутулиться, чем до суда. Мятая одежда висела на нем – он никогда не заботился о гардеробе. Блеск же в глазах никуда не исчез.
Он выхватил коробку у Сары из рук, поставил на стол и развязал веревку.
‒ Ты сказала, что их гораздо больше.
‒ Ты сказал привезти только тех двух.
‒ Ты привезла четырех.
Волна ненависти накрыла Сару. Одно дело говорить с этим человеком по телефону, совсем другое – стоять рядом с ним и выслушивать традиционные речи о том, что она ничего не может сделать правильно.
‒ Кстати, должен тебе сообщить, что есть риск, что наш сын вырастет преступником. Он украл этих мышей. Теперь я вспомнил – из-за них-то он и устроил скандал. Случайно услышал, как я приказал ассистенту уничтожить их. Не представляю, как он до них добрался. Это все твое воспитание, я предупреждал судью, я предвидел такое развитие событий.
‒ Заткнись.
‒ Твой алкоголизм, а потом еще и связи с ненадежными мужчинами, буквально отбросами! Кто этот, как его… Макс, механик, кажется? Я бы его и на порог не пустил.
‒ Заткнись! – Сара не выдержала и изо всех сил ударила бывшего мужа.
Он на секунду потерял равновесие и сбил коробку с мышами. Они тут же бросились в разные стороны.
‒ Черт! – Смит успел схватить одну мышь покрупнее. – А-ах! Черт возьми, ну и зубы! Джейкоб! Дж… Я же его уволил… Сара, уйди, ты что, не видишь, что от тебя только хуже?!
Сара сидела в машине и грызла ногти на левой руке. Правая болела от удара. Ублюдок! Она приняла молчание в телефонной трубке за беспокойство о сыне, но нет, Смит просто пытался справиться с раздражением. Кевин был полным разочарованием для Арчи. Он был весь в мать – веселый, легкомысленный. Смит использовал любой шанс, чтобы «сделать из него человека». Он встречался с сыном раз в неделю и почти весь день держал его в своей лаборатории, читал лекции, заваливал учебниками, даже давал задания на дом. Несмотря на все это, Кевин любил ездить к отцу. Ему нравились жидкости в колбах, разноцветные порошки в банках. Джейкоб, ассистент Смита, иногда показывал ему фокусы – засыпал белый порошок в прозрачную жидкость, и та сразу же меняла цвет. Но больше всего Кевин любил лабораторных животных – крыс, мышей, кроликов. До последнего времени он не знал, чем заканчивается для них большая часть экспериментов.
Прошло несколько дней, всё было спокойно. Оставшиеся пять мышей тихонько шуршали в своих клетках. Кевин действительно украл мышей прямо из-под носа у Джейкоба. Сара решила позвонить ему и извиниться, ведь из-за Кевина его уволили. Сначала Джейкоб только смеялся и поражался смелости мальчика, но при упоминании о мышином потомстве внезапно стал серьезен.