Яна Уварова – Алиса в стране принуждения. Игрушка для бандитов (страница 4)

Он тянет в сторону ремень, со звоном расстегивается пряжка.

Ошарашенно хлопнув ресницами, я отклоняюсь назад. Лихорадочно соображаю, в какую сторону мне отползти.

Мерзавец возвышается надо мной громадной скалой.

А если без шуток. Со слов подруги, она не просто так согласилась свидетельствовать против него. Он поступает очень скверно, в том числе и с девушками.

Прямое доказательство – то, что он собирается заставить меня сделать.

На моих глазах он достает огромного размера ствол и я вскрикиваю. Мотаю головой, думаю о том, что я сильно погорячилась, согласившись заменить Алису.

В глазах мужчины вспыхивает нечто плотоядное, убийственное, от чего меня словно бьет током.

Дергаюсь в сторону, но он хватает меня за подбородок.

– Не тяни время. Ты хотела загладить вину, – он удерживает мой взор, а ощущение такое, будто в меня впиваются сотни иголок.

– Хотела…

– Ну так докажи. Сделай так, чтобы мне понравилось.

А вот с этим могут быть проблемы.

Сглотнув колючий ком, все же пытаюсь быть честной с ним.

– Просто я…, – осекаюсь, не в силах произнести. Опасливо опускаю глаза на возбужденную мужскую плоть.

– Я слушаю, – он наклоняет голову набок. Уголок губ дергается в оскале, не предвещая мне ничего хорошего.

– Я никогда этого не делала.

Бровь мужчины вопросительно поднимается.

На мгновение виснет тяжелая, гнетущая пауза.

Неожиданно наше взаимное молчание разрывает его громкий смех.

Непонимающе моргаю. Почему его это веселит? Или он привык к тому, что не успела девушка появиться в этом гребанном мире, так она уже профессионально умеет мужчин ублажать губами?

– Ах ты маленькая дрянь, – почти ласково улыбается он, опускаясь на корточки рядом.

Он такой огромный, что мне все равно приходится вскинуть подбородок, чтобы заглянуть в его жестокие темные глаза.

– Я не понимаю, что я сделала не так. Ай!

Вскрикиваю от того, как сильно его рука сжимает мое плечо. Кажется, еще немного и сустав затрещит.

– Я ненавижу, когда мне лгут, – вкрадчиво и тихо произносит Марат.

– Но я не лгу.

– Лжешь. Ты отлично берешь в рот. Я то знаю, – и снова слова звучат спокойно, почти беззвучно, но от них у меня звенит в ушах. – Ты делала это не один раз и у тебя охуенно получалось. Вопрос – для чего ты сейчас устраиваешь шоу?

Я впадаю в ступор. Кожа лица пылает как от жара огня.

Сама атмосфера накаляется и воздух электризуется. С каждым вздохом чувствую, как легкие сдавливает.

– Я не понимаю, о чем вы? С чего вы вообще это взяли?

Снова пауза и только частые удары моего сердца оглушают.

– Охренеть, – Марат оскаливается. – По твоему это смешно?

– Ч-что именно?

Мы смотрим в глаза друг другу и мне уже реально начинает казаться, что есть нечто, о чем мне неизвестно.

Почему он смотрит на меня в упор и не узнает?

– Я напомню, – бросает мне в лицо и резко поднимается на ноги.

Вот черт. Налитая кровью головка члена оказывается в считанных миллиметрах от моих губ.

– Говоришь, сожалеешь о содеянном? Вот твой шанс отработать. Тебя же за этим сюда притащил мой брат.

Растерянно моргаю. Вздрагиваю от каждого слова, чувствуя себя на грани пропасти, в которую вот-вот упаду.

– В остальном ты мне нахрен не нужна. Пусть с тобой разбирается Эмир.

Эмир?

Упоминание его брата действует на меня как серная кислота, в которую меня закинули. Эмир затеял эту авантюру ради Марата. А если я не нужна Марату в качестве игрушки, меня ведь и убить могут или обратно отправить Решетову. Тогда все пропало.

Вдох, выдох.

Облизываю пересохшие губы. Во рту стоял привкус металла.

Подняв голову на Марата, вижу, как в его глазах вспыхивает животный голод.

Кончиками пальцев сминаю гладкую ткань его брюк.

Лицо пылает от стыда, сердце бьется на разрыв.

Я почти прикасаюсь губами к головке его плоти, кончика носа касается мускусный запах.

Странно, безумно и непривычно.

Меня ломает и рвет на части. С трудом пропускаю воздух через легкие.

– Я не могу, – жалобно произношу раньше, чем успеваю сообразить. – Правда, не могу.

На лице Марата расцветает хищная улыбка. Опасная и полная ярости.

Он резко сжимает мои волосы на затылке, наматывая на кулак.

Я с писком сжимаюсь. Меня пронизывает ледяной страх перед этим мужчиной.

Наклонившись близко к моему лицу, он хрипло шепчет мне на ухо, опаляя горячим дыханием:

– Раньше ты с удовольствием брала у меня рот и умоляла взять тебя. А теперь ты решила изображать из себя святую невинность. Какая же ты дрянь.

От потока грязных слов меня передергивает, но в сознание вцепляется главное. Самое начало. Что значит «раньше ты с удовольствием брала у меня в рот»?

Что происходит?

Марат внезапно наклоняется еще ближе, хотя куда уж ближе. Касаясь кончиком носа моей шеи, он жадно вдыхает мой запах.

Отстраняется. Хмурится.

– Хватит, – говорит словно самому себе, а не мне. За шкирку поднимает меня, кивает в сторону. – Раздевайся, ложись на стол и раздвинь ноги.

Глава 5

Стою на месте, растерянно хлопаю ресницами, как будто не веря в происходящее. Мотаю головой, стараясь прийти в себя, но ощущение ужаса и безысходности не отпускает. Марат скользит по моим чертам цепким взглядом, словно изучая каждый сантиметр моего лица.

Внезапно он рывком прижимает меня к себе. Сильные руки впиваются в мои плечи, горячее дыхание обжигает кожу. Легкие наполняет аромат виски и дорогих сигарет с чем-то горьковатым и древесным.

Стыдно признаться, но этот запах кажется невероятно приятным и пьянящим.