Яна Усова – Землянка в школе навигаторов (страница 9)
Трин, вошедшая в трюм и услышавшая наш разговор, улыбнулась и сказала:
– Лани, маяк – огромная станция, там всегда требуется персонал. Инженеры, обслуживающие установок жизнеобеспечения станции, суперкарго, медики, охрана, пилоты, учёные… Ты можешь выбрать любую из этих профессий и поступить на службу. Но учти – на маяках бывает очень опасно, поэтому ты должна уметь за себя постоять. Хочешь на маяк – выбери профессию, связанную с маяками, и научись владеть оружием.
Я кивнула.
***
– Северюшка, – обратилась я к спасённому на Земле котёнку, – пойдём в парк, будем медитировать. Кажется, это второй предмет, по которому у меня нет плохих отметок.
Невероятно, но никто ничего не сказал мне, когда я притащила за пазухой котёнка с Земли. В первые секунды после телепортации на «Комету», когда зрение еще не восстановилось, из—под моей куртки раздалось громкое «Мяу».
Я проморгалась. Всё же телепортация – удивительное дело. Сначала яркий свет пробивается сквозь зажмуренные веки, потом чешется всё тело – даже зубы и волосы. И лишь потом можно открывать глаза.
Лиг, Трин и Хэн, встречавшие меня в трюме, бросились ко мне.
– Лани, у тебя что—то болит? Ты ранена? На тебя напали?
– Не-е-ет, – протянула я, не понимая их тревоги.
– Мяу! – раздалось под курткой.
– Твой организм издаёт странный звук, раньше такого не было!
Лиг, не обращая внимания на мои протесты, принялся оттягивать мне веки, ощупывать уши. Он надавил мне на челюсть так, что она автоматически открылась, заглянул в рот. Поднял мои руки и, убрав свои, наблюдал, как они плавно опустились вниз.
– Мяу! Мяу! Мяу! – испуганно пищал котёнок.
– Твой желудок! – воскликнул Лиг! – Это же коллапс желудка человека!
– Чего?! – испугалась я. Всё же, как я успела узнать, элефины – самые лучшие медики во Вселенной. Хотя чувствовала я себя прекрасно. Живот точно не болел.
– Мелания, раздевайся, живо! – Прекрасный эльф из сказок преобразился и стал тираном. Он орал на Трин и Хэна: – Трин, помоги ей раздеться! У Лани серьёзные проблемы! Хэн, в трюме слишком холодно, Лани нужно тепло, тащи амниотическую капсулу в жилой отсек! Бегом, бездранкзовый засранец!
– Мяу-у-у! – снова истошно завопил котёнок.
– Стой! – Теперь истошно завопила я и расстегнула куртку. Сунув руку за пазуху, достала котёнка. Он, оказавшись на моей ладони, стал тыкаться носом в пальцы и пищать.
– Мяу-у-у! Мяу-у-у! Мяу-у-у!
Хэн протянул к котёнку огромную четырёхпалую ладонь. Глаза волумца горели таким щенячьим восторгом, что я не посмела не передать котёнка ему. На дрожащих лапах, тот потыкался носом в ладонь Хэна, лизнул его большой палец, свернулся клубочком и… замурлыкал.
– Коллапс неизвестного организма! – испуганно воскликнул Лиг. – Нужно…
Напряжение окончательно покинуло меня, и я засмеялась.
– Неизвестный организм родился меньше недели назад. Он испуган, но, кажется, нашёл защиту и тепло.
Хэн пальцем-сарделькой осторожно гладил котёнка между ушей.
– Я тоже хочу, – заявила Трин, и серый мурчащий комочек перекочевал к ней.
Я посмотрела на озадаченного Лига.
– Он согрелся, но я не уверена, что он здоров…
От улыбки Лига я в очередной раз впала в эйфорию. Ничего не могла с собой поделать.
– Я ксеномедик, а не ветеринар, – почесал затылок Лиг. – Но попробую осмотреть его. Этот вид похож на наших киксов.
– У вас есть кошки? – удивилась я.
– У нас есть киксы, – поправил меня Лиг.
Котенок был голоден, но здоров. Лиг, проконсультировавшись с ксеноветеринаром, нашёл во всекосмической сети подходящий корм.
Котёнок оказался кошечкой. Когда она открыла глазки, то я увидела, что они тоже серые. Хмурые. Как холодный северный вечер.
На Франгаг мы прилетели не в столицу, а в небольшой уютный городок на северо-западе основного континента планеты. Нас встретили красные черепичные крыши, белёные стены домов, палисадники. Вот никак эти виды не вязались с высокими технологиями внеземной цивилизации. Я бы сказала, что оказалась где-нибудь в Польше или в Германии. Наш путь лежал к окраине города. Там, на берегу озера, расположилась большая усадьба, рядом – хвойный лес. На территории усадьбы я разглядела несколько спортивных площадок, качели, горки, разнообразные турники. Повсюду цвели клумбы, стояли уютные скамейки.
Сопровождала меня не Трин, а госпожа Одалинн нье' Вардис.
– Лани. – Трин обняла меня на прощание. – Линн – попечитель дома ребёнка, где ты будешь жить. Здесь ты всему научишься, здесь тебе помогут с выбором будущей профессии.
А ещё она сообщила, что на моё имя заведён счёт и на него, пока я учусь и осваиваю профессию, будут поступать кредиты.
– Зачем мне? – удивилась я, забыв поблагодарить.
– Император счёл возможным так отблагодарить тебя за помощь в поимке похитителя.
Лиг обниматься не стал (а мне бы хотелось), он лишь пожал мне руку.
– Уверен, у тебя всё получится. Кстати, я вбил свой номер в твой комм, если что-то понадобится – пиши.
Я мгновенно покраснела.
– Госпожа нье' Кудюже, – обратилась госпожа нье' Вардис к женщине в строгом платье и с такой же строгой причёской, – наша новая воспитанница, Мелания Васькина.
Мою фамилию она произнесла так с ударением на последнюю «а», так что она прозвучала так, будто я какая-то княжна или графиня.
Госпожа нье' Кудюже оказалась управляющей детским домом.
Гравипереноска с котёнком поплыла за мной в помещение – у инопланетян продуманы вот такие мелочи, облегчающие жизнь.
Я зависла на пороге комнаты. Своей собственной! В этом детском доме у меня была своя комната, небольшое окно выходило на озеро.
Позади раздалось покашливание.
– Лани, – это управляющая попыталась обратить на себя внимание, – всё хорошо?
Я кивнула. А женщина прошла в комнату и остановилась посредине.
– Я покажу, как тут всё устроено. Попечитель сказала, что мир, из которого ты прибыла, немного отстаёт в технологиях от нашего.
И тут я снова зависла. У меня были свой собственный санузел, свой небольшой шкаф, свои стол и стул. В шкафу лежала и висела одежда, стояла обувь, а в душе нашлись нужные гигиенические средства.
– Как часто воспитанники должны делать уборку? – обернулась я. Старшие дети детского дома на Земле сами мыли свои спальни. Делали мы это через день.
Брови госпожи нье' Кудюже поднялись в удивлении.
– Уборка делается ежедневно, её проводят боты, пока воспитанники на занятиях.