Яна Усова – Землянка в школе навигаторов (страница 15)
Зал быстро заполнялся, и я рассматривала прибывающих мальчишек и девчонок. Некоторые из них казались старше, чем я. Но, как я поняла, поступать можно было бесконечное число раз. Пытаться снова и снова, пока не поступишь. Но в целом это стараются делать до восемнадцати-двадцати лет, чтобы учиться со сверстниками.
Вот появились ректор номер один и ректор номер два – так я мысленно называла господина нье' Тарку и госпожу нье' Товен.
«Парадный мундир» – так определила я их одежду. На груди у обоих – разные звёзды, вытянутые по вертикали ромбы и какие-то пуговки с разным количеством дырочек.
– Та самая Льета, которая без оружия отстояла учебный маяк! —шептали мальчишки, восхищённо глядя на ректора номер два.
– В жизни он ещё красивее, чем на головидео, и ведь до сих пор любит свою жену! – раздавались возгласы девчонок при взгляде на ректора номер один.
Я вздохнула.
Господин нье' Тарку подождал, пока все успокоятся, и поприветствовал нас.
– Уважаемые абитуриенты, ваше прибытие сюда – это уже огромный шаг в вашей жизни, новые большие возможности, – говорил он, – и я уверен, что каждый из вас использует шанс поступить в школу навигаторов на все сто процентов. Успехов вам!
Его поддержала госпожа нье' Товен:
– В следующие несколько дней напрягите все свои силы, полностью соберитесь, пройдите сквозь трудности. Я знаю, вы добьётесь своей цели. Школа навигаторов ждёт вас!
Мы не сдержались и захлопали в ладоши. Ректор нье' Тарку подождал, когда аплодисменты смолкнут, и представил нам двух мужчин и одну женщину:
– Господин нье' Ходсек, господин нье' Руави и госпожа нье' Ери будут следить за дисциплиной на экзамене. А теперь я традиционно прошу выключить все планшеты и коммуникаторы. Для тех, кто это не сделает добровольно, через несколько минут в зале включат глушилки.
Ректоры покинули зал. А невысокий полный виг, кажется, господин нье' Ходсек, сообщил:
– Когда зажжётся экран, вам необходимо ввести свои имя, фамилию и нажать кнопку «Начать экзамен». На экзамен отводится четыре часа. Через четыре часа все мониторы погаснут.
Руки вспотели, и я уставилась на пока ещё тёмный экран монитора, стоявшего передо мной. Отчего-то вспомнилось, что я не сказала Лигу, что сегодня у меня первый вступительный экзамен.
Зажёгся экран, я ввела имя и фамилию, а вот нажать кнопку, обозначавшую начало экзамена, боялась. Вдохнула, выдохнула – и нажала страшную кнопку.
Первые задачи не то чтобы были сложными – тот, кто освоил школьный курс математики, мог решить их, не напрягаясь, если только от волнения совсем мозги не откажут. На эти задачи я потратила около полутора часов. И вот я прочла первую задачу повышенной сложности. И поняла, что попалась. Попалась на том, что заучивала решения многих сложных задач, не думая. А теперь, когда мне выпала совсем ни на что не похожая задача, я сразу зависла. Глядя сквозь монитор, перебирала в уме всё, что знала – формулы, законы, принципы. Ничего не подходило.
Я таки нашла задачу, отдалённо напоминавшую те, что я заучила. Попробовала решить, но с наскоку не получилось. Минут сорок я возилась с решением, пока не получила вполне себе удобоваримый ответ. И всё же за правильность решения я не ручалась.
Вернулась к первой задаче. Вспомнился некий парень с псевдонимом Гений (скромняга), он советовал: «Если не можешь увидеть решение, попробуй смоделировать его – нарисовать. А потом меняй модель под условия задачи». Он привёл наипростейший пример. Два путешественника подошли к реке. У берега стояла лодка. Лодка вмещала только одного человека. И тем не менее путешественники смогли переправиться в этой лодке через реку и продолжить путь. Как это могло произойти? Гений выложил один рисунок, на котором оба путешественника стояли на одном берегу рядом с лодкой, и второй – где оба путешественника стояли на разных берегах. Таким образом, один путешественник, переправившись на лодке к другому берегу, пригнал эту лодку другому путешественнику. И ведь в задаче не было сказано, где находились путешественники относительно лодки. Такое решение не противоречило условию.
Этот Гений приводил ещё несколько примеров, уже более сложных, но их я глянула мельком, подумав, что парнишка красуется…
Я принялась рисовать на экране кривые и прямые – именно о них говорилось в задаче. Что было хорошо, на этом экране кривые и прямые не приходилось перерисовывать, а можно было вращать пальцами под разными углами. Проговаривая про себя условие задачи, я замерла.
Внезапно вспомнилось, что такой тип задач Гений называл нестандартным.
Я осмотрелась: ребята, как и я, сидели перед мониторами, преданно глядя в них. Кто-то шевелил губами, кто-то лохматил волосы в задумчивости, один мальчик кусал кончик воротника рубашки.
Мимо неспешно прошла госпожа нье' Ери. В гравипереноске завозилась Северина. Я нигде не могла ее оставить – пока не сдадим первый экзамен, в комнаты временного общежития нас не заселили бы.
Следующую задачу решить тем же методом не вышло бы просто потому, что это была задача другого типа – задача с неопределённым условием.
У таких задач ответ не определён. Чаще всего ответом бывает некое числовое множество.
Выявление затянулось. Я вздрогнула от раздавшегося голоса господина нье' Ходсека:
– До окончания экзамена осталось тридцать минут.
Я тоскливо посмотрела на все три задачи повышенной сложности, в правильности решения которых была не уверена, нажала кнопку «Завершить экзамен» и, подхватив свои вещи, двинулась за гравипереноской.
Общежитие располагалось на втором этаже, и там оказалось довольно тесно. Заглянув в одну из комнат, предназначенных для девочек, и убедившись, что обе двухэтажные кровати заняты, я двинулась дальше по коридору. Иногда заглядывала в двери. Ближе к концу коридора обнаружились и свободные места.
– Привет, – поздоровалась я, – примите новенькую?
Девушки, лежавшие на кроватях, посмотрели на меня и ничего не ответили. Пожав плечами, я закинула сумку на пустую верхнюю кровать и выпустила Северину из гравипереноски. Она, недовольно мяукнув, потянулась, выпустила когти в одеяло. Две соседки, ранее занявшие нижние койки, недовольно поморщились.
– Разве устав школы разрешает брать с собой питомца? – спросила одна из них. – Да ещё такого странного.
Я быстро нацепила поводок, подхватила Северину на руки и шагнула к двери.
– Я не нашла информации о запрете, – как можно дружелюбнее сообщила я и покинула комнату.
До прогулки по парку предстояло выяснить, когда будет ужин. Обед мы пропустили из-за экзамена.
***
Нервничая, что оставляю Северину в незнакомом месте, в спальне общежития, я побежала на завтрак, после которого нас ждал экзамен по физике. Двери я плотно закрыла и не беспокоилась, что моя кошка сбежит – ещё в доме ребёнка она поняла, что не стоит выходить без хозяйки.
Четыре часа экзамена пролетели как четыре минуты.
Нажала кнопку «Завершить экзамен» и помчалась в общежитие. Чем ближе я к нему подходила, тем беспокойнее мне становилось. А когда я поднялась на второй этаж, поняла, что половина подростков, приехавших поступать, стоят у двери моей комнаты. Оттуда раздавались крики:
– Лови! Лови его!
– Ай, оно меня поцарапало!
– Бей его! Палкой!
Я растолкала ребят и застала кошмарную картину: трое парней гоняли Северину по комнате, она шипела и царапалась, когда кто-то из ребят пытался стукнуть её палкой.
Увидев меня, Северина прыгнула со шторы, на которой висела чуть ли не под потолком, мне на руки. Она дрожала. Мгновенно воцарилась тишина.
– Берегись! – закричал кто-то над ухом. – Оно ядовитое!
Кто-то снова попытался стукнуть моё самое родное существо палкой.
И тут я заорала:
– Сами вы ядовитые! ЭТО. МОЙ. ПИТОМЕЦ! А вы чуть не убили её!
– Но Гирига сказала, что в комнату пробралось дикое животное. Оно укусило её, и рука распухла.
– Что за Гирига? – Я, сузив глаза, всматривалась в окруживших меня ребят.
– Я Гирига нье' Паруш, – задрала нос та самая девочка, которая спрашивала вчера, позволяет ли устав школы брать с собой на экзамен питомца.
Я знала, что Северина не пойдёт к незнакомым. Если она цапнула эту девчонку, значит, та сама её спровоцировала.
Ярость охватила меня, и я, подхватив под мышку Северинку, со всей силы залепила этой козе пощёчину. Достала из сумки поводок, снова растолкала толпу и бросилась вон из общежития. Возвращаться не хотелось, но ведь я несла ответственность не только за себя, но и за свою кошку, а это значило, что надо вернуться в общежитие, накормить и напоить её, а потом придумать, как сходить на ужин. Оставить питомицу в комнате я не могла.
На входе в общежитие нас ждал господин нье' Ходсек.
– Следуйте за мной, абитуриент Васькина.