Яна Усова – Навигаторы. Адмирал имперского флота (страница 8)
– Да почему же? – Камень передал волну удивления от Дина.
– Я не доверяю тебе, – вернула я ему его же фразу и нехотя пояснила: – Если ты всё же дознаватель Потрошителя, у меня будет шанс скрыться. И я не буду бояться засады за каждым планетарным спутником или астероидом.
На моих словах о Потрошителе парень скривился, и от него пришла волна злости.
Да, мой небольшой белый камень в мочке уха служил отличным подспорьем в деле транспортировки грузов.
– Но я лечу с тобой!
У меня уже начал складываться план, как проникнуть с билагой в Бутылочный Войд.
И я очень надеялась, что Ири мой план не понравится.
Глава 2
Дин Ири (Адмирал Вэрдиан (Дин) нье' Товен, Потрошитель)
Под ноги упали разноцветные тряпки.
– Переодевайся, Дин, сегодня ты – Великая Ш’Ашерра, звезда сцены, – заявила Кимири.
Но дело есть дело. Наши агенты разрабатывали семерых преступников, постоянно заглядывавших в кабак «Грязная шлюха Шилье», и девица Уортс оказалась одной из ниточек, ведущих к серванским контрабандистам. Я обещал ублюдку, который на долгие годы оставил отца не способным к самостоятельному передвижению, что найду его и уничтожу. Обещания надо держать!
Аналитики, психологи и тактики изучили информацию, которую мы нашли о Кимири Уортс, и пришли к выводу, что она очень разборчива и за первый попавшийся заказ не возьмётся. Доказательств того, что именно она провернула ту знаменитую доставку (по сути, кражу) дайчат, обнаружить не удалось. Впрочем, возможно, только благодаря ей популяция этих зверушек теперь неуклонно растёт.
Разрабатывать Кимири Уортс рекомендовали мне лично. Выяснилось, что я тот тип мужчин, с которыми её изредка видят. Вот только эта информация не вязалась с тем, что Уортс крайне редко вступает с кем-то в связь и на смазливую мордашку залётного парня никогда не поведётся. Для достоверности мне создали целую несуществующую биографию. Мол, я бывший учащийся военного заведения, меня выгнали с позором, я занялся грузоперевозками, но оказался очень азартен – проиграл свой транспортник на Хейране.
Аналитики сообщили, что она берётся за незаконные перевозки только в одном случае – если её вынудят. Поэтому восемь последних месяцев разведка вигов осторожно, не торопясь, перехватывала у Уортс заказы. Иногда мы действовали грубой силой, заставляя некоторых заказчиков отказываться от контрактов. Мы сделали всё, чтобы Кимири Уортс оказалась практически нищей. И вот тут явился я, дразня её своими «легкодоступными» кредитами и смотрящий на неё влюблёнными глазами. Нам требовалось посадить её на крючок, будь это деньги или секс.
Девчонка оказалась не такой уж и загадочной. Очень быстро купилась на мой дурашливый вид. Но вот что совсем не входило в мои планы, так это то, что меня так к ней потянет. Меня, адмирала императорского флота, того, кто истребил не один десяток пиратских и контрабандистских группировок, потянуло к контрабандистке, хоть и очень привлекательной.
Я помню, какую эйфорию испытал, когда коснулся нежных, податливых губ. Странное чувство охватило меня, захотелось оградить эту практически незнакомую женщину от любых невзгод, от всего мира, чтобы заботиться о ней, оберегать. Я вдруг подумал, что у нас будет не меньше троих детей. В тот момент я даже не вспомнил о любви всей моей жизни – о принцессе Трин нье' Риолин-Ринд. Уже парализованный, лёжа во флаэре, я подумал, что Уортс не только парализовала меня, но ещё и чем-то одурманила. Ну не мог я испытывать то, что почувствовал, целуя её! Это какой-то препарат!
***
Я с самого детства любил Трин. Теперь такую далёкую и холодную. Но такой холодной моя принцесса, девушка с пронзительными, как у матери, синими глазами, была не всегда. Когда-то давно мы дружили с юной принцессой. Меня неизменно приглашали на её дни рождения. Когда маму вызывали во дворец (император лично интересовался делами школ навигаторов), меня всегда отправляли к Трин, и она была рада меня видеть! Искренне рада! Но потом её зачем-то отправили в частную закрытую школу, и теперь я видел её два-три раза в год и только на официальных мероприятиях. Она стала молчаливой. Вежливо улыбалась, когда я говорил ей комплименты, и старалась отделаться от меня при любой возможности. Я не понимал происходящего. Думал, возможно, когда принцесса поступит в школу навигаторов, всё изменится.
Мы мечтали о школе, когда нам было по двенадцать лет, говорили о ней, гуляя по дорожкам у императорского дворца. Но пришёл срок, и я поступил, а она – нет. Она была всё так же заперта в своей частной школе.
Недавно я, улучив момент, застал её одну. Она сидела на скамейке в саду.
– Трин, поговори со мной, – попросил я. – Почему ты так отдалилась?
Она подняла на меня ярко-синие глаза и спокойно ответила:
– Наверное, я выросла, Вэрдиан.
Я присел рядом с ней, поцеловал её пальцы.
– Я всё также тебя люблю, Трин, дай нам шанс!
Трин поднялась со скамейки и двинулась в сторону дворца.
– Всего доброго, Вэрдиан!
Это холодное прощание ошарашило меня, и я совершил глупость – догнал её, схватил за талию и попытался поцеловать. В ту же минуту я отлетел от Трин – меня свалил наземь сильный удар в скулу. Трин хмуро посмотрела на меня, потёрла кулак. А я офигел.
А ведь когда-то… когда нам было по четырнадцать, она совсем не возражала против моих поцелуев или объятий. После самого первого нашего поцелуя я понял, что никогда не смогу отпустить её. Я осознал, что хочу быть достойным своей принцессы. Чтобы никто не смог ткнуть в меня пальцем и сказать, что её брак со мной – жуткий мезальянс, ведь мои родители не аристократы.
Уже тогда я ловил завистливые взгляды юношей-придворных. В моменты, когда мы, держась за руки с Трин, возвращались с прогулки. Когда Трин смеялась над моими шутками или рассказами о жизни на маяке родителей. И когда я приносил ей напитки или мороженое.
***
Я вернулся мыслями к происходящему. Кимири насмешливо посмотрела на меня.
– Ну давай, Ири, докажи, что ты не ищейка Потрошителя, что ты сам заинтересован в доставке билаги. Давай, подыграй мне. Если ты этого не сделаешь, я вышвырну весь твой груз за борт и тебя с ним в придачу.
– Не сможешь, детка! – фыркнул я. – Я обезвредил все твои бластеры!
Она улыбнулась, достала из кармана ограничитель, который я пару часов назад, пока она не видела, установил на её оружие, и наставила на меня раструб бластера, сменив режим с поражающего на парализующий.
– Проверим?
Пришлось поднять руки и обезоруживающе улыбнуться (спасибо, нье' Моттекс).
– Ладно, ладно…
Я поднял тряпку, покрутил в руках.
– Это что? Платье?
– Угу.
– Я не надену это!
– Разрываем контракт? – оживилась Кимири.
– Ещё чего!
– Тогда надевай, будешь помогать перевозить запрещённый груз.
– Не буду!
– Виниакийские пограничники уже засекли нас. Минут через сорок они будут тут. С таможенниками. Нам нужно замаскировать груз.
– Я думал, ты знаешь безопасный обходной путь!
Она огрызнулась:
– Прежде чем тащить свой груз в Бутылочный Войд, поинтересовался бы сначала сам, есть ли обходные пути. Так вот, я тебе говорю, что их нет. А поэтому через двадцать минут ты должен быть одетым и накрашенным в трюме. Будем развлекать таможенников твоим пением.
Она протянула мне небольшую сумку.
– Косметичка. Если что-то разобьёшь или рассыплешь – убью.
– Сс-с-суч… – не сдержался я.
– Мы ещё можем повернуть обратно, – ласково прервала меня Уортс. – Одно твоё слово… – Она выжидающе уставилась на меня.
– Я не стану разрывать контракт.
Она, пожав плечами, ушла в сторону трюма. Мне вдруг вспомнились факультативы по дипломатии. Их у нас вело совершенно невообразимое существо, и нет, это был не метаморф.
***
На первой лекции по сценическому гриму к нам вышла потрясающей красоты девушка. Гуманоид, на голове – по двое ушей с каждой стороны. Одна ушная раковина чуть меньше, вторая, задняя – больше, но располагается почти сразу же за первой. Розовые полноватые губы призывно блестят. Широкие, сильно раскосые глаза ярко-зелёного цвета смотрят лукаво. Чёрные ресницы подрагивают, будто на ветру, тёмные, почти чёрные, отливающие зелёным волосы, распущены, только пряди у лица небрежно забраны назад.