Яна Титова – Под тихое мурчание... (страница 27)

Довольный своей изобретательностью, молодой человек поехал дальше по залитой теплым золотистым светом улице мимо других кафешек и магазинчиков, каждый из которых тоже подготовился к приближающимся праздникам. Витрины и окна встречали прохожих снежинками, искусственным инеем и тщательно нарисованными морозными узорами, перила на крыльцах обвивали колючие зеленые ветки, рядом с некоторыми дверями стояли маленькие искусственные елочки, сплошь завешенные разноцветными игрушками и блестящей мишурой… Первое время, когда Егор только начинал знакомиться с городком, все эти маленькие домики, скамеечки возле них и прочие красоты казались ему чересчур «игрушечными» и порой вызывали раздражение, но теперь он как будто привык к местным видам и, пожалуй, даже начал относиться к ним симпатией. И это было еще одним тревожащим его «звоночком» — стоило ему представить себе большой город с широкими улицами и несущимися по ним на полной скорости машинами, и он чувствовал, что ему не так уж и хочется туда возвращаться.

Свернув в очередной переулок, Грушев сбавил скорость — впереди была школа, в которую он привез новогодние украшения и подарки, и на дорогу могли выскочить резвящиеся и не видящие ничего вокруг дети. Они вообще доставляли шоферу больше всего проблем, в отличие от кошек, которые во множестве бродили по улицам и по крышам домов, но никогда не выбегали на проезжую часть, а переходили дорогу только по переходам и на зеленый свет.

Егор заехал в небольшой школьный дворик, припарковался у самого входа в здание и, подойдя к одному из окон на первом этаже, два раза стукнул в стекло. Появившееся в окне недовольное лицо завхоза тут же расплылось в улыбке — Егор уже как-то привозил в эту школы какие-то продукты, и его здесь помнили. Следующие полчаса они с завхозом и парой пойманных за школой с сигаретами старшеклассников разгружали машину, стаскивая в актовый зал многочисленные коробки, а потом Грушев снова сел за руль и рванул с места, торопясь приехать к питомнику до ужина и позвать Таю в кафе.

Его план удался — девушка как раз заходила в пансионат с сумкой-переноской, из которой доносилось недовольное мяуканье одного из ее подопечных, и к предложению поужинать в кафе отнеслась вполне благосклонно. Договорившись встретиться с ней на выходе из питомника через час, Егор вприпрыжку бросился к себе в комнату — надо было привести себя в порядок после длинного рабочего дня. Не то чтобы ему нужно было для этого так много времени, но почему-то теперь, после того, как Таисия согласилась встретиться с ним в неформальной обстановке, молодой человек разволновался, и ему стало казаться, что он может ничего не успеть и опоздать к назначенному времени. А такая перспектива стала вдруг сильно пугать его, и чем дальше, тем больше он переживал, что или опоздает, или во время встречи что-нибудь пойдет не так.

Однако поначалу все шло просто отлично. Они с Таиской доехали до кафе по заснеженным и по-прежнему залитым ярким и теплым светом улицам и сели за столик в углу, на котором официантка тут же зажгла маленькую витую свечу, опоясанную хвойной веточкой с искусственными красными ягодами. Им принесли кофе с пирожными, и Полуянова заулыбалась, глядя на венчающую ее десерт — маленький кубик бисквита с кремовой прослойкой — крупную клубничину. За окном медленно кружились хлопья снега, по кафе разгуливала пушистая белая кошка, со стороны соседних столиков порой доносился негромкий веселый смех…

А Егор с Таисией разговаривали. Обсуждение приближающегося Нового года длилось недолго: девушка поделилась с другом своими проектами игр для детей разного возраста и для взрослых, и Грушев, мгновенно забыв о своей нелюбви к шумным сборищам, заверил ее, что это отличные идеи и что он с удовольствием поможет ей организовать их. Потом разговор как-то плавно перешел на другие праздники, но вскоре Егор повернул его на более интересующие его темы, которые он хотел обсудить еще до поездки в Туруханск за Шоном.

— Тая, скажи, почему все-таки в легендах рассказывается о гигантских котах-баюнах? — спросил он свою подругу. — Я правильно понимаю, что раньше они были более крупными, а потом измельчали?

— Ну, существует версия, что в легендах баюнов иногда путали с крупными кошачьими хищниками, — ответила девушка. — С тиграми там, львами, ирбисами…

— Что-то не сходится, — прищурился шофер, прихлебывая кофе. — Баюны, как я теперь знаю, живут в самых северных лесах, почти на границе с лесотундрой — так? Но крупных кошачьих хищников в этих местах не водится, самые большие из них — рыси.

— Баюнов могли путать и с рысями… И просто преувеличивать их размер, — уклончиво ответила девушка и, как показалось Егору, поспешила перевести разговор на другую тему. — Ты вот недавно прочитал про жар-птиц — их легенды тоже сильно приукрашивают, они на самом деле не сияют, как солнце, на них вполне можно смотреть.

О жар-птицах Грушеву тоже хотелось узнать как можно больше с того самого моменты, как он узнал об их существовании, так что гигантские коты-баюны были временно забыты.

— Про жар-птиц я собираюсь дальше читать, — сказал молодой человек, но буду рад, если ты мне про них тоже что-нибудь расскажешь. Как-то не верится мне, что в реале еще и такое существует… Ты сказала, что питомник, где их разводят, находится где-то недалеко?

— Да, примерно в двухстах километрах на север, — улыбнулась Тая. — Если хочешь, я весной постараюсь выбить тебе разрешение, и мы туда съездим.

— А мне его дадут?

— Должны будут дать, если я попрошу. В конце концов, меня в этот раз не берут на выставку баюнов в Японию. Могу я получить за это хоть какую-то компенсацию?

Япония и ее кошачий питомник тоже были темой, интересовавшей Егора, но расспрашивать свою подругу об этом ему сейчас не хотелось. Он уже был научен горьким опытом, что разговор с Таей о японских коллегах непременно перейдет на одну из этих коллег, ветеринаршу Юрико, с которой Полуянова уже много лет соперничала и которую при каждом удобном случае принималась ругать всеми известными нехорошими словами. В другое время Грушеву не стал бы мешать подруге выпустить пар, раз уж Юрико так ее раздражала, но на свидании такие разговоры были малость неуместны.

— А в Таиланде есть какие-нибудь сказочные существа, которые на самом деле не сказочные? — спросил он, уводя разговор от «опасной» темы.

Эта уловка сработала — как оказалось, о своей исторической родине Таисия тоже могла говорить много и долго.

— Таких животных там нет, — ответила она не без некоторой грусти, — но зато там даже самые обычные, всем известные животные кажутся сказочными. Мне мама много о них рассказывала — о змеях, например, о бабочках и о других насекомых…

Вскоре рассказ о тайской живности перешел в воспоминания Таи о ее родных и об их жизни в Таиланде.

— Новый год там отмечают в апреле, он длится целых три дня, — рассказывала девушка, делая маленькие глотки слабого и щедро разбавленного сливками кофе. — И все эти три дня люди поливают друг друга водой — дома, на улице, где угодно… Когда отец впервые прилетел на Пхукет, чтобы познакомиться с мамой в реале, это было как раз во второй день Нового года, и его первым делом окатили водой местные прохожие. Он собрался было их побить, но мама его удержала и сумела ему объяснить, что это такая традиция.

Таисия вздохнула и мечтательно закатила глаза.

— В этом году у меня вряд ли получится к ним съездить, но к следующей весне я точно накоплю денег и увижу тайский Новый год собственными глазами, — добавила она, и Егору показалось, что в уголках ее глаз блеснули слезы.

— Скучаешь по родителям? — спросил он. — Вы же переписываетесь постоянно…

— Это другое, — снова вздохнула его подруга. — Мы с осени не виделись, я уже забываю, как их голоса звучат, как они улыбаются… А еще я хочу познакомиться в реале с мамиными родителями и увидеть океан, искупаться в нем… Да просто пожить там, где всегда жарко и не надо тепло одеваться!

— Да, это было бы здорово, — понимающе кивнул Грушев, бросив взгляд на идущий за окном снег. — Пусть у тебя все получится!

Про себя он подумал, что не отказался бы слетать в Таиланд вместе с Таисией, в том числе и для того, чтобы познакомиться с ее родными, но говорить об этом на первом свидании, пожалуй, было рановато. Даже если учесть, что ему больше не был запрещен выезд из города кошек, он не был уверен, что жителей секретного города так легко выпускают из страны. Хотя руководство питомника и даже рядовые его сотрудники, как минимум, ездили в Японию и Ирландию, а родители Таисии еще и в Таиланд, но это еще не значило, что ему самому будет так просто получить загранпаспорт. Об этом стоило, пожалуй, узнать — потому что мысль о том, чтобы побывать в Таиланде вместе с Полуяновой с каждым мгновением казалась молодому человеку все более привлекательной. Да, он бы совершенно точно не отказался уехать куда-нибудь вместе с ней — хоть в Таиланд, хоть куда поближе… Но не навсегда. Только на время — чтобы потом все-таки вернуться в город кошек. На эти узкие улочки, в это уютное кафе, в питомник, где их ждали бы хвостатые подопечные…

Тая в третий раз печально вздохнула, доела последний кусочек бисквита и сунула в рот специально отложенную в самом начале на край блюдца ягоду, а потом сделала последний глоток кофе. Грушев, уже давно проглотивший собственное пирожное, понял, что вечер подошел к концу, и ему тоже стало грустно. Он бы не отказался посидеть в кафе еще немного, поговорить еще о чем-нибудь, возможно, все-таки сказать девушке, что ему хотелось бы отправиться в путешествие вместе с ней… А еще он был бы не против съесть что-нибудь более сытное, чем кусочек бисквита размером со спичечный коробок, внезапно подумалось молодому человеку. «Приеду в питомник — и надо будет заглянуть в столовую, — решил Егор. — Ужин, скорее всего, уже закончился, но там наверняка еще что-нибудь осталось!»