Яна Титова – Под тихое мурчание... (страница 13)

Полуянова, тем временем, подошла к кассирше и протянула ей пару купюр:

— Два по полчаса. Один — для новичков.

Кассирша молча кивнула, и Таисия подвела Егора к самому дальнему от двери компьютеру.

— Извини, — сказала она, — здесь нельзя открыть почту. Если захочешь кому-нибудь написать, это сделаю я, а ты мне продиктуешь письмо.

Грушев еще раз окинул кафе взглядом. Итак, кроме него, здесь был один парень и три женщины… а еще два кота, рыжий и черный, спавшие на мониторах, за которыми никто не сидел. Черный кот свесил через весь экран свой пушистый хвост, а рыжий — не менее пушистую полосатую лапу. Если бы Егор попытался отпихнуть Таю от ее компьютера, когда она уже зайдет в его почту, и отправить кому-нибудь сообщение… Молодой человек недовольно тряхнул головой. Дурацкая идея. Пока он будет писать, да пока сообщение будет отправляться, эти люди его скрутят и свяжут подручными средствами, а кошки наверняка им помогут. И что он может написать своим знакомым? Что его держат в городе, который находится неизвестно где?

— Я для начала только красноярские новости гляну, — сказал Грушев и уселся за крайний компьютер.

Таисия устроилась за соседним столом и сразу же открыла один из почтовых сайтов, после чего, как заметил краем глаза Егор, начала читать чье-то длинное письмо. Сам же молодой человек, как и сказал, для начала открыл сайт с новостями Красноярска и стал просматривать раздел «Происшествия» за последние три дня. Он не ожидал, разумеется, что его исчезновение станет главной сенсацией, но предполагал, что хотя бы пару строк в хронике происшествий ему уделят — однако, как оказалось, ошибся. О нем в новостях не упоминалось вообще, и это выглядело странно: Илья ведь должен был заявить в полицию о том, что его напарник пропал, чтобы отвести от себя подозрения. Или он решил выждать несколько дней, чтобы Егора стало еще сложнее найти? В принципе, если бы он обратился в полицию не сразу, это выглядело бы вполне естественно — мало ли по каким причинам с коллегой-дальнобойщиком была потеряна связь, может, у него просто телефон «сдох»?

«Видимо, именно так Илюха и решил, — подумал Грушев. — Надо будет еще через день-два новости глянуть — тогда, наверное, в них что-нибудь будет…» Он открыл сайт своей теперь уже бывшей фирмы — на нем тоже ничего не изменилось, они с Серегиным по-прежнему числились ее соучредителями. Заглянул в ЖЖ Серегина, но в него Илья писал редко, и за время отсутствия Егора новых записей тоже не появилось.

Грушев откинулся на спинку стула — больше ему делать в сети было вроде как нечего. Разве что заглянуть в дневники и соцсети к приятелям — но они наверняка еще не заметили его отсутствия, а написать им ему все равно не дадут. И опять же, к ним может случайно заглянуть Серегин…

Молодой человек покосился на Таисию: она, закусив губу, с сердитым видом молотила пальцами по клавиатуре. Не удержавшись от любопытства, он наклонился в ее сторону, чтобы присмотреться к ее монитору, и удивленно вскинул брови — писала девушка по-английски. При этом не сбиваясь и не задумываясь, чтобы подобрать нужное слово — она явно знала этот язык очень хорошо. Сам Егор английский знал только в пределах школьного курса, так что Тая могла не опасаться, что он поймет, о чем она пишет. Хотя девушка, похоже, не пыталась ничего скрыть — дописав еще пару фраз, она отправила письмо и повернулась к Грушеву, заметив, что он смотрит на нее, но не рассердившись.

— Эта наглая, бессовестная, воображающая о себе невесть что паршивка у меня еще попляшет! — объявила Полуянова, выходя из почты и закрывая все окна на мониторе.

— Я не знаю, о ком речь, но не хотел бы оказаться на месте этой дамы, — усмехнулся в ответ Егор.

Таисия польщенно фыркнула.

— Эта дама, — сказала она, — а точнее, нахальная бесстыжая девица, работает в японском кошачьем питомнике. Если хочешь, могу про нее рассказать. Только скажи сначала, ты все, что хотел, посмотрел?

— Ну да, — кивнул Грушев.

— Тогда пошли — скоро ужин начнется, — девушка встала со стула, и Егор последовал ее примеру, тоже закрыв все окна на своем компьютере.

Вскоре они вышли на улицу и направились обратно в пансионат. С черного бездонного неба начал падать снег — мелкие снежинки кружились в воздухе, плавно опускаясь на землю. Грушев посмотрел на фонари — под каждым из них эти снежинки, освещенные особенно ярко, напоминали стаи крошечных роящихся насекомых, мошек или ночных мотыльков…

— Эта Юрико — всего лишь простая ветеринарша, она совсем недавно работает в своем питомнике, но именно ее начальство посылает на все выставки и конференции, из-за ее смазливой физиономии, — рассказывала Полуянова с таким презрением в голосе, что можно было не сомневаться — с японской коллегой ее связывает давняя «заклятая дружба». — И сейчас именно ей поручили готовить все для выставки, которая будет в их кошачьем городе — о чем она тут же побежала хвастаться всем и каждому! В том числе и мне, — Таисия фыркнула, как рассерженная кошка. — И она уже заранее уверена, что их питомник победит, представляешь!

— А когда будет эта выставка? — спросил Егор, не отрывая взгляда от роящихся снежинок.

— Планируется в феврале, — ответила его спутница.

— И вы повезете туда своих кошек?

— Ну да, повезем самых лучших, тех, кто особенно хорошо умеет лечить. Не всех, конечно, только нескольких — остальные будут и дальше работать с пациентами. Котят тоже возьмем, чтобы обменять их там на японских. Будет скрещивать их породы с нашими.

— Так ты тоже туда поедешь? — уточнил Грушев, почему-то почувствовав, что ему совсем не хочется расставаться с этой девушкой, пусть даже это должно было произойти не прямо сейчас, а через пару месяцев.

Полуянова покачала головой:

— Я туда летала в прошлый раз, два года назад. В этот раз на выставку пошлют других наших сотрудников, тех, кто еще не был в Японии. Но, в общем-то… — она посмотрела на своего спутника, и ее раздраженное из-за ссоры с японской коллегой лицо внезапно расслабилось и стало спокойным и даже, как ему показалось, радостным. — В общем-то, это, может быть, и к лучшему…

Глава VIII

Кабинет директора пансионата и кошачьего питомника тоже выглядел самым обычным образом. Стол, заваленный бумагами, старинная подставка для перьевых ручек, из которой торчали обычные шариковые, шкаф с множеством картонных папок… Компьютер, впрочем, на столе тоже имелся, и Егор, увидев его, мысленно хмыкнул: главному руководителю и здесь полагались кое-какие привилегии, он мог позволить себе не таскаться в интернет-кафе.

Самого руководителя и хозяина кабинета на месте не было. Таисия привела туда Грушева и попросила его немного подождать, после чего выскользнула за дверь и, как всегда, неслышно, куда-то убежала. Молодой человек, пожав плечами, уселся на скрипучий мягкий стул напротив директорского кресла и принялся со скучающим видом разглядывать стены кабинета. «Если они проверяют, не начну ли я сейчас совать нос в компьютер или в бумаги, то они наивные дураки, — вертелась у него в голове насмешливая мысль. — И думают, что я такой же дурак, что я не догадаюсь, что здесь может быть камера…»

Ничего похожего на видеокамеру он, правда, нигде не заметил. Хотя теоретически она вполне могла быть спрятана в какой-нибудь из толстых папок или в коробках, стоящих на шкафах. Присмотревшись, Егор заметил на одной из коробок темное круглое пятно — оно запросто могло быть дыркой, за которой скрывался объектив камеры, хотя проверить это можно было, только забравшись на стол и приблизившись к коробке. Так что водитель решил на всякий случай считать это пятно глазком камеры и даже не смотреть в его сторону — пусть все думают, что он ни о чем не догадывается.

Между тем, проходили минуты, а хозяин кабинета все не появлялся. Грушев еще раз окинул безразличным взглядом стол и шкафы и, поднявшись со стула, подошел к окну. Ему открылся почти такой же вид, как и из окна выделенной ему комнаты, с той лишь разницей, что директор пансионата обитал на третьем этаже и оттуда была лучше видна улица, по которой Егор с Таей ходили накануне в интернет-кафе. В остальном же молодой человек увидел уже знакомую картину: двор и аллея, занесенные снегом, выпуклый круглый сугроб, под которым, вероятно, скрывалась клумба, множество кошачьих и человеческих следов… Черно-белый кот, вприпрыжку несущийся по аллее, явно куда-то спешивший…

Проследив взглядом, как этот кот промчался по засыпанной снегом клумбе и перепрыгнул через одну из скамеек, Грушев отошел от окна и снова уселся на стул. Вряд ли местные его оставили одного, чтобы проверить, не страдает ли он излишним любопытством. Было бы так — они бы уже давно убедились, что он не будет шариться в чужом кабинете, и пришли бы туда. Похоже, все было проще: персонал приюта, разводившего кошек — животных, которых невозможно было приучить к дисциплине — и сам был не слишком дисциплинированным. Включая даже самого большого начальника.

Егор вернулся на стул, посидел еще немного, поглядывая на часы, а потом подошел к двери и выглянул в коридор. Там никого не было, если не считать бегущего по ковру черно-белого кота — вроде бы того самого, которого молодой человек пару минут назад видел из окна. Решив, что он подождет еще пять минут, а потом пойдет искать Таисию — а если из не запертого кабинета что-нибудь пропадет, то пусть директор-раздолбай винит в этом только себя — Грушев снова плюхнулся на стул и принялся следить за секундной стрелкой своих часов.