Яна Тарьянова – Ватрушка для Тимохи (страница 13)

В квартиру к медведице Вероника проникла без труда – та почему-то обитала в жилище гролара, а гролар переехал к Зорьке. Как будто другого места не нашлось! Бальзамом на сердце было то, что из кухни открывался прекрасный вид. Вероника полюбовалась чаепитием в квартире Зорьки, убедилась, что волк действительно грызет кусковой сахар, села на пол и превратилась. Медведица тихо сползла по стене, привалилась к холодильнику и вопросительно посмотрела. Вероника такое поведение одобрила – не вопит попусту, умеет ждать – и мысленно записала медведицу в союзницы.

– Они тебя не обижают?

Другого вопроса для начала светской беседы не нашлось, но медведица не удивилась, ответила тоже шепотом:

– Нет. Принесли тефтели и мороженое. А вы кто? Из прокуратуры? Или из соцзащиты?

– Вероника Домбровская, искусствовед. Я ваша соседка. Живу в доме на холме. Осматривала подземелья, вышла из какого-то люка. Решила со всеми познакомиться, узнать, как идут дела.

Медведица нахмурилась. Вероника почувствовала, что близка к провалу – первый вопрос был слишком странным для соседки, впервые выбравшейся из подземелий. Неловкую паузу прервал медвежонок, притащивший в кухню разводной ключ. Медведица отобрала у ребенка железяку, пристроила на комод и представилась:

– Меня зовут…

Имя Вероника не расслышала – Зорька чихнул так, что звуковая волна сбила с деревьев подгнившую черешню и зеленые абрикосы. Определенно мелькнуло «ва», и, вроде бы, «т» и «р». Вероника подумала, и избавилась от неловкости, подключив фантазию:

– Я буду звать тебя Ватрушка. Это так по-домашнему. Медведица и выпечка.

Медведица смутилась и шепотом сообщила:

– Я умею. И ватрушки, и творожный торт.

– Отлично!

Ватрушка могла сгодиться в качестве пекарши и шпионки. Вероника церемонно пригласила ее в дом на холме и получила ответ: «Я не знаю, смогу ли придти». Хотелось дотошно допросить, выяснить, откуда медведица здесь появилась и почему сидит взаперти. Вероника почти открыла рот, но вспомнила, что Ватрушка спросила, из прокуратуры она или из соцзащиты, и решила промолчать. Со временем все выяснится.

После предложения: «Если тебе что-то надо, скажи, я куплю и принесу» и вежливого отказа, Вероника попрощалась, пообещала зайти в ближайшие дни и превратилась. После дневного наблюдения из кустов у нее разыгрался нешуточный аппетит, а в медвежьей квартире вкусно пахло тефтелями. Но не объедать же едва знакомую медведицу и ребенка? Вероника, сглатывая слюну, направилась к люку. По пути она обдумывала важную проблему: где поужинать как можно быстрее, чтобы было вкусно и подавали большие порции? Город она знала плохо, до вселения в дом жила в гостинице с приличным рестораном, а последние три дня питалась консервами, которые уже закончились.

От голода она утеряла бдительность. Рывок, поднявший ее в воздух, оказался весьма и весьма неожиданным. Зорька, неизвестно с какой стати отирающийся возле лавочки, поднял ее за холку до уровня глаз и сказал:

– Вот оно что. А я думал – мерещится. Все подъезды обнюхал, заборы проверил, даже на КПП вертушку – на всякий случай. А ты возле дома шляешься, пользуешься тем, что следы медвежий запах перебивает.

Вероника висела смирно, пытаясь понять, можно ли извлечь выгоду из незапланированной встречи. Зорька ее не тряс, не орал, но, по наблюдениям, он проявлял не так уж много эмоций – чаще всего прятался за щитом непрошибаемого спокойствия. Этим и подкупил: Вероника эмоциональных альф перевидала чуть больше, чем надобно, театр драмы можно было собрать. Только в дом таких актеров приводить – увольте.

– Я тебя сейчас отнесу на гауптвахту, посидишь до утра. Объясняться будешь с командиром. Захочет – просто даст тебе пинка. Захочет – вызовет военную полицию.

Пришлось превращаться – отправляться в каземат без ужина Вероника не собиралась. Зорька разжал руку, опасаясь сломать ей шею. Вероника вцепилась ему в плечи, чтобы не упасть на землю. В результате они оба с шумом повалились в кусты.

«А говорят, что медведи плохо слышат. Или плохо видят? У этих двоих точно все в порядке и со слухом, и со зрением».

Первым заговорил гролар, почти по пояс высунувшийся из окна:

– Э-э-э… а кто это? Зорьян, кого ты привел?

– Я не привел! – возмутился Зорька. – Я ее поймал. Помнишь, я тебе говорил про запах? Это Вероника, мне не померещилось!

Вероника самую малость вылезла из-под Зорьки – тяжесть тела альфы была приятна – и громко сказала:

– Здравствуйте! Я ваша соседка Вероника Домбровская. Я живу в доме на холме. Гуляла, зашла навестить Зорьку и Ватрушку.

– Кого? – удивился гролар.

– Зорьку! – для наглядности Вероника подергала притихшего волка за нос. – И Ватрушку. Это вот та симпатичная молодая медведица. Мы с ней сегодня познакомились.

Гролар недоуменно хрюкнул.

– А еще, пожалуйста, – стараясь не кричать Зорьке в ухо, продолжила Вероника, – посоветуйте, где можно поужинать. Я не знаю города, недавно переехала.

– Я ее сейчас на «губу» отправлю, пусть с ней командир разбирается, – холодно сказал Зорька. – Выясняет, как она сюда пролезла, зачем и кому собирается об этом докладывать.

– Подожди, – гролар явно не успевал осмыслить происходящее. – Давайте начнем сначала. Зорьян, про запах ты мне говорил, помню. Вы знакомы?

Белая медведица, маячившая в другом окне, усадила медвежонка на подоконник, крепко обняла и заинтересованно ловила каждое слово.

– Мы соседи по деревне, – соврала Вероника, не давая Зорьяну заговорить. – Деревни рядом. Я с Зорькой познакомилась, когда он в отпуске был. А теперь я в Ключевые Воды переехала и мы снова соседи.

– В дом на холме?

– Да! Я три дня назад оформила его в собственность, пока осматриваюсь. Обретаю новых знакомых, навещаю старых. А вас как зовут?

– Тимофей, – ответил гролар. – Можно Тимоха. Можно – Мохито.

– Мохито! – выбрала Вероника. – Отлично звучит. Вам подходит. Вы такой брутальный! Если бы мое сердце не было отдано Зорьке, я бы вами увлеклась. Или нет. Нет, я бы не стала отбивать вас у Ватрушки, вы с ней идеальная пара.

Зорька фыркнул и сел.

– Ватрушка, кинь мне простыню или пододеяльник. Или полотенце. А то я лежу голая при двух одетых альфах. Неприлично.

Переплетение правды и лжи, вываленное на слушателей, укоренилось на благодатной почве и принесло сочные плоды. Судя по всему, гролару не часто льстили. Незамысловатый комплимент и объединение в пару с Ватрушкой ему понравились, и он вступился за Веронику, предложив обойтись без гауптвахты.

– Если она тут будет жить, то зачем торопиться? Завтра доложим, что в доме поселилась новая хозяйка, что есть подземный ход, который надо ликвидировать. Пусть сама к командиру подойдет в удобное время.

Вероника, получившая от Ватрушки махровое полотенце для прикрытия наготы, удовлетворенно кивала. С командиром она все равно собиралась беседовать в ближайшие дни, а подземные ходы пусть бетонируют, если припирает. Лазить по узким тоннелям, пачкаясь в земле – то еще развлечение. Приходить надо открыто, через ворота. Ей нужен официальный пропуск в часть. И она его получит.

Налаживание добрососедских отношений принесло внезапный бонус. Гролар спустился вниз, проследил, чтобы превратившаяся Вероника ушла в подземный ход, пообещал придавить крышку люка камнем – «вы же понимаете, не положено!» – а в качестве компенсации отправил к дому Зорьку, который покажет, где находится блинная.

В блинной бонус удвоился. Зорька покосился на толпу волков, гонявших чаи и игравших в нарды, и просидел рядом с Вероникой, пока та наелась. Волки дружно проявили заинтересованность, вызвавшую у Вероники раздражение – она не любила, когда в нее швырялись скомканными салфетками. Зорька не вмешивался, на лице крупными буквами было написано: «Ты сама в это ввязалась», но когда Веронику на выходе попытались ухватить за задницу, коротко и грозно рявкнул, отогнав назойливого ухажера.

Возле дома Зорька расщедрился на совет:

– Не ночевала бы ты здесь одна.

– Обидят?

– Не обидят, но напугают.

– Учту, – пообещала Вероника.

Сразу заснуть не удалось. Она прислушивалась к шорохам и скрипам – а их в разваливающемся доме было с избытком – прислушивалась к себе, анализировала ощущения. Чувство, что она приблизилась сразу к двум целям, согревало душу и нашептывало: «Все будет хорошо». Вероника отметила, что присутствие Зорьки в радиусе досягаемости спутывает мысли, мешает выстраивать многоходовые планы – временами запах волка слишком сильно будоражил, заставлял прилипнуть взглядом. А от созерцания появлялось желание привалиться волку под бок и сидеть рядышком, напитываясь спокойствием.

«Мне этого мало. Хочется молниеносной победы, Зорьки у своих ног. Заполучить, захомутать, а уже потом, имея его в собственности, просиживать в обнимку и разговаривать. В части полно пустых квартир, неизвестно, кто появится завтра в соседнем доме. Польстится Зорька на какую-нибудь несчастную волчицу, начнет опекать, а меня забудет».

Средство для штурма твердыни можно было приобрести – здесь, в Ключевых Водах, нашелся любопытный магазинчик, из-под полы торгующий темномагическими амулетами. Вероника приценилась к приманке для альф – плетеному кулону, похожему на крохотный ловец снов. Нити и перья были пропитаны травяным отваром, закрепленным заклинанием. По словам хозяйки, продемонстрировавшей Веронике плотно запечатанный прозрачный футляр, действие кулона в помещении на пару часов лишало разума и воли любого альфу-волка, заставляло думать только о сексе.