Яна Спасибко – Ты не поедешь на отбор! (страница 4)
Сестра всегда и во всем старалась со мной соперничать, и чем дольше я отказывалась принимать ее очевидные или не явные вызовы, тем сильнее между нами становилась пропасть. Наверное, я все же, как и отец, была больше привержена тому что семья — это мой оплот, а дом — место, где я всегда в безопасности.
По большому счету (да и по малому) нам с Лиз было нечего делить, слишком мы разные, у нас разные увлечения, мы делаем успехи в разных областях. Она — чаще проводит время с маменькой, я — с отцом.
Я никогда не получала какой-то поддержки от младшей сестры, но именно сейчас ее отстраненное злорадство ударило больнее всего.
Наплакавшись вдоволь, я не заметила, как уснула.
Утро мое началось еще до рассвета с требовательного стука в дверь — модистка в сопровождении маменьки пришли требовать моей крови.
Алая полоска на горизонте еще не давала ни света, ни тепла, но я отчетливо увидела в серых предрассветных сумерках на прикроватной тумбочке тарелку с уже начавшим черстветь кексом. Скорее всего, Алик пришел уже после полуночи, чтобы не дать старшей сестре умориться голодом насмерть. Такая забота вызвала на моем лице нежную улыбку.
В дверь снова забарабанили:
— Ана, немедленно открой! Мы очень спешим!
Я подскочила, и метнулась к двери, но опомнившись, схватила кекс. Нужно его спрятать — иначе маменька увидит — проблемы будут и у меня и у брата. Я заметалась по комнате, в панике пытаясь спрятать контрабанду, и не нашла ничего лучше, чем сунуть его себе под подушку — и вовремя.
Уставшая стучать в дверь маменька, распахнула ее настежь.
— Анна, сколько можно спать?! Ты что недавно легла? Посмотри на себя, какая ты опухшая! Упаси тебя Светоносный в таком виде ходить по королевскому дворцу! Охушки! Отец просил тебя за Лиз присмотреть, но чует мое сердце, что бедной девочке придется глаз с тебя не спускать, чтобы ты себя не опозорила! И ее заодно!
Я сделала кислую мину:
— Дайте хоть умыться…
Матушка посмотрела на Диву Лиору, и та, благосклонно кивнув, отпустила меня к умывальную, расположенную за большой ширмой в моей комнате. В большом кувшине всегда была чистая вода, так, что я смогла быстро ополоснуться, и накинуть на себя свежую сорочку.
Ворох одежды, который маменька с модисткой несли специально для меня был быстро разложен по кровати, и меня начали поочередно наряжать в каждое платье, окончательно подгоняя по фигуре.
— А можно ее посильнее в корсет затянуть? — Комментировала маменька. — А то уж больно она пухленькая, не чета столичным красавицам, те утонченные, светятся насквозь…
— Да вы что? — Лиора, подшивающая подол, резко выпрямилась. — Ничего она не пухленькая у вас, младшая, даже пошире в кости будет. Пышет здоровьем — это да, так это ж только плюс, здоровых деток рожать сможет. Если ее утянуть — фигура станет непропорциональной, она не сможет двигаться нормально…
— А и пусть. — В распахнутую дверь заглянула заспанная Лиз, разбуженная шумом. — А то слишком она у нас подвижная, может, станет поспокойней…
Лиора с осуждением посмотрела на нее.
— Досточтимые дамы. — Она посмотрела на маменьку. — Я бы попросила вас удалиться, мне нужно в тишине подумать о новом фасоне для девы Анны, у меня есть прекрасная идея платья для нее…
— А мы разве ж мешаем? — Искренне удивилась маменька, не привыкшая, что ее просят выйти в ее же доме.
— Мне — нет. А вот Дева Анна при вас как спицу проглотила. Мне нужно видеть как она ведет себя в непринужденной обстановке. — Объяснила модистка. И видя, что ее слова никак не откликаются в сердце моей матери, добавила: — Вы же хотите, чтобы она выглядела при дворе естественно, а не дергалась как деревянная марионетка?
Этот аргумент показался маменьке здравым, и она хмыкнув, уже начала подниматься и выходить, но Темный ее дернул взбить напоследок мою подушку.
Она с ужасом уставилась на приплюснутый кекс, с налипшей на него длинной черной волосиной, потом на оставленное им же шоколадное пятно на наволочке.
— АННА! — Раненым медведем взревела она. — Что это такое?? Я же запретила тебе ужинать, а ты под подушкой сладкое кушать изволишь?! Да ты скоро зад отъешь как… как…
— Как у вас, маменька? — Не выдержала я. Оправдываться, а тем более сдавать брата не хотелось.
— Ну знаешь!.. — Мама покрылась красными пятнами от гнева, а мне тут же стало стыдно за свою вспышку гнева. Она ж добра мне желает. Хоть и выражает это по своему.
Маменька, словно ее ошпарили кипятком, выскочила из моей комнаты, едва не сбив с ног стоящую в дверях сестру. Та, бросив в меня осуждающий взгляд, тоже скрылась за своей дверью, досыпать пошла.
В том, что отец уже через минуту будет знать о произошедшем, я не сомневалась. Как и не сомневалась в том, что взбучку он мне за это не устроит, и скорее всего, даже не скажет ничего. Но будет тааак осуждающе смотреть, что лучше бы кричал.
Модистка, сделала глубокий вздох и продолжила свою работу.
— Да, повезло вам с ними. — Раздалось откуда-то снизу, из-под моего подола.
— Вспылила я что-то… — Я досадливо закусила губу.
— Так и не переживате, это вредно для цвета лица. — Она закончила с юбкой, и принялась расшнуровывать платье, чтобы надеть на меня следующее. — Все время хорошей не будешь, тем более, вы ко двору едете. Там если зубы не показывать — сожрут и не подавятся. Нужно уметь отстаивать себя…
— Так маменька же…
— Я б на вашем месте переживала за то, что они вам нашили, пока вы лягушек изволили в пруду считать. — Тон модистки стал неожиданно строгим. — Вот не захотели участвовать в выборе фасонов, будете ходить теперь на каждое мероприятие, как облачко… Что ни платье — то свадебный торт, да простит меня Светлейший. Давайте хотя бы сейчас я покажу вам нормальные фасоны, а как приедете в столицу — там я вам их и отдам.
— Так можно было? — Я аж икнула от удивления.
— Я в основном именно так и работаю. И мне комфортней шить в своей мастерской, где все под рукой, и вам в столицу все это барахло с собой не тащить — оно уже ждет вас на месте. На моем приезде настояла ваша матушка. Ей всенепременно хотелось принять участие в пошиве. Вот что, давайте примерим последнее платье, и я схожу за каталогом… А заодно заскочу на кухню, попрошу принести для вас новый кекс. — Она улыбнулась, и заговорчески подмигнула мне.
Я не выдержала, и улыбнулась в ответ. И как я могла бегать и прятаться от этой святой женщины?
Пока я завтракала, во дворе, на который выходили наши окна, уже закладывали два экипажа.
— Почему два? — Тут же высказала я свое удивление. — Неужели мы в одном не поместимся?
— Пожелание вашей матушки. — Лиора сидела рядышком, с каталогом на коленях. — Дева Анна, не отвлекайтесь, посмотрите на эту модель. Фасон будет очень вам к лицу, цветовую гамму предлагаю сделать в спокойных голубых тонах.
Мой взгляд упал на простенькое платье, приталенное, но без излишнего утягивания.
— Мне нравится, но кажется, простоватым для двора.
— Все дело в ткани. Лучший шелк будет струиться и переливаться. Если его украсить еще чем-то получится…
— Вульгарно. — Согласилась я. — Да, мне оно определенно нравится.
Я очень придирчиво рассматривала каталог, выбирая только самое понравившееся — на уже пошитые платья отец потратил, наверное, целое состояние. Иное хозяйство могло бы несколько месяцев жить на такие деньги. Чует мое сердце, туалеты наши влетели родителям в копеечку.
Я встала и поставила тарелку с почти доведенным кексом на подоконник.
Да, это в духе маменьки — все должно быть дорого и богато, чувствую, действительно хорошего жениха они с Лиз на это не поймают. Меня кольнуло запоздалое понимание, что на мои плечи ложится обязанность отгонять от сестры разного рода охотников за приданым. Я, конечно, верю в то, что кто-то вдруг воспылает к ней жгучей любовью, но этого чувства я никогда в жизни не видела. А вот за всепоглощающей жадностью далеко ходить не надо — взять хотя-бы Маркуса с его маменькой.
— Анна, вы уверены, что вам больше ничего не приглянулось? — Окликнула меня Лиора. — У вас очень большой заказ, я одно платье могу пошить для вас бесплатно.
Я призадумалась. С одной стороны, заманчиво, конечно. С другой — приеду я с отбора — куда буду ходить в них? На пруд с Алоизом за лягушками? То-то они посмеются надо мной!
— Вот голубое пусть и будет.
— Вам совсем все равно как вы будете выглядеть на отборе? Да, принц — один, а вас — много, но ведь там будет много холостых женихов. Вы — девица симпатичная, обязательно приглянется кому-нибудь.
Я фыркнула.
— Пусть этот кто-то сам голову ломает, как мне приглянуться. Я не ставлю цели выходить замуж, думаю, брак — это вообще не про меня. — Я сама поняла, как высокомерно это прозвучало, и повернулась, чтобы посмотреть на Лиору. — Осуждаете меня?
— Ничуть. — Улыбнулась она. — Я понимаю вас как никто другой. Когда у тебя есть любимое дело, и ты готов отдавать ему себя всю, без остатка, весь остальной мир перестает существовать. Для меня это всегда было шитье, и я была уверена, что всю жизнь буду заниматься только этим, и замужней дамой никогда не стану. Но и на моем пути встретился мужчина, который разделил со мной любовь к костюму. И на вашем пути обязательно встретится. В столице полно образованных и прогрессивных людей, многим вы придётесь по нраву, и я уверена, что за вами будет стоять очередь из кавалеров — настолько вы необычна. Как жемчужинка. У вас глазки горят, этот внутренний свет ни с чем не спутать.