Яна Сова – Шрамы прошлого (страница 67)

Когда Тэрон и Мелинда сели в пикап и отъехали от мотеля, то практически сразу заговорили про Братство темной крови. Пускай в жизни девушки происходила еще целая туча громких событий, опасность нападения японских вампиров никуда не делась.

За Аллана она переживала гораздо меньше: во-первых, его благополучие больше не являлось заботой Мелинды, во-вторых, он был гораздо сильнее и опытнее. У Мортиса, в отличие от нее, водились большие деньги и куча недвижимости. В крайнем случае, парень мог спрятаться хоть на другом конце земного шара, прихватить с собой новоиспеченную семейку и жить беззаботной счастливой жизнью. Как бы больно ни было признавать столь горький факт, но отныне каждый из них существовал сам по себе.

Тэрон поспешил успокоить Мелинду, что, перебравшись в другой штат, они сбили врагов со следа, а к моменту, когда она съедет с пентхауса и порвет со всеми факторами, которые связывали ее с Мортисами, фанатики и вовсе не смогут ее отследить. Члены Братства попросту махнут на девушку рукой, поскольку в скором времени переключатся на кого-нибудь другого, более значимого и, по их мнению, опасного. Тэрон пообещал помочь найти безопасное жилье в Нью-Йорке, и сделать так, чтобы девушка чувствовала себя не только комфортно, но могла вести нормальную жизнь. Мелинде очень хотелось верить парню, поскольку в настоящий момент он являлся ее единственной опорой.

Через несколько часов, когда девушка обсудила с Тэроном большую часть проблем, растратила львиную долю энергии и сильно утомилась дорогой, ее начало клонить в сон. Мелинда изо всех сил старалась не поддаваться усталости, но получалось так, что чем больше боролась с коварным состоянием, тем тяжелее становились ее веки и наливалось слабостью тело. Прошел еще час, прежде чем она сдалась, склонила голову к окну и уснула.

– Мелинда…

Вместо очередного кошмара или странного путешествия с чужими мыслями, Мелинде пригрезилась кромешная тьма, в которой не существовало ничего, кроме обитавшего в ее недрах женского голоса, невидимого присутствия самой Мелинды и отдаленного журчания воды, напоминавшего рев низвергающегося водопада или бурное течение горной реки.

– Мелинда…

Как бы девушка ни силилась понять, кому принадлежат эти знакомые мягкие интонации, у нее ничего не получалось. Во-первых, голос казался каким-то тусклым и неясным, во-вторых, ощущение было схожим с тем, будто Мелинда видит на улице человека, его лицо кажется ей знакомым, но она никак не может вспомнить, где и при каких обстоятельствах они встречались прежде. Несмотря на то, что девушка находилась в весьма жуткой и неестественной обстановке, она не испытывала ни капли страха. Атмосфера этого места казалась стерильной, умиротворенной и очень безопасной.

– Мелинда, ты должна выслушать, что я собираюсь тебе сказать… – доносились до девушки слова, оказывавшие на ее душу успокаивающий, почти терапевтический эффект. – Пожалуйста, сосредоточься на моей речи, у нас катастрофически мало времени.

Девушка хотела спросить, кто с ней разговаривает, но обнаружила, что не имеет такой возможности, поскольку в этом сне была лишена собственного голоса. Мелинда могла только внимать говорящему с ней человеку, словно находилась по другую сторону телевизионного экрана и прослушивала давно записанное послание.

– Я пыталась связаться с тобой, Мелинда, но зацепившаяся за твое нутро сущность не позволяла выходить на связь через сны. С каждым днем она становилась все сильнее, подчиняла твой разум и делала его все более недоступным. До этого момента… Я не знаю, что произошло, и как долго это продлиться, но наконец-то я могу помочь. Этого мне достаточно.

Мелинда, прежде всего ты должна знать, что твоя судьба круто изменила ход, когда Аллан обратил тебя в вампира. Отныне ты не простая девушка, а нечто гораздо большее для всего сверхъестественного мира, который – будь уверена – обязательно захочет тебя заполучить, когда узнает о твоей истиной природе и способностях. Сейчас тебе необходимо знать, что даже у такого могущественного существа, как ты, есть слабые места. Из-за яркой ауры и магнетических импульсов, несколько месяцев назад к тебе притянулся паразитический дух-кочевник, существующий на нашей земле тысячелетия. А именно – древняя кровожадная ведьма, возжелавшая заполучить твое тело.

Не в силах обрести покой после смерти, неприкаянный дух женщины столетиями странствовал в поисках подходящего сосуда, пока не подвернулась ты… Сперва Нечестивая Анна являлась тебе как голос, позже смогла показываться в образах, а в конечном итоге окрепла и ворвалась в твое тело. Когда ты засыпаешь, просыпается коварная ведьма, и чем больше времени она проводит в твоем физическом обличье, тем глубже пускает свои корни. Твои глаза уже начали менять цвет, но скоро изменится голос, черты лица и все остальное, если ты не предотвратишь ритуал…

Голос завораживал Мелинду, заставлял слушать внимательно и не думать ни о чем другом. Девушка больше не предпринимала попыток угадать, чья личность скрывается за этим размытым мягким голосом, поскольку в данный момент важным было одно: она в опасности и ей хотят помочь.

Женщина говорила, что, когда Мелинда проснется, ей нельзя засыпать до тех пор, пока она не уничтожит руку колдуна Вильгельма и не наденет на себя цепочку с черным алмазом, за участь которой переживает Нечестивая Анна. Незнакомка сообщила, что, если демон доберется до амулета раньше, обратного пути не будет: чужая душа навсегда закрепится в теле Мелинды.

Амулетом во что бы то ни стало должна завладеть именно Мелинда – наложив таким образом запрет на использование своего тела. Так же женщина сказала, что в дальнейшем она ни в коем случае не должна его снимать, пока не найдет действенного способа навсегда отослать из себя паразита.

Когда Мелинда проснулась, в ее душе царила полная сумятица: она была очень встревожена, удивлена, напугана и в то же время безмерно счастлива. Девушка испытывала уверенность, что пригрезившийся сон – не плод ее воображения, и кем бы ни являлась бесплотная незнакомка, она желала ей добра, а самое главное – знала, как положить конец ее страданиям.

До «Мэдисон-Хаус» молодые люди добрались уже затемно, в начале девятого. Тэрон был жутко недоволен, что на такое важное мероприятие, как встреча с друзьями, придется изрядно опоздать, а Мелинда не могла перестать думать о том, что услышала во сне.

Оказавшись в пентхаусе, ее прошибло жуткое чувство: еще вчера она была твердо убеждена, что у них с Алланом все хорошо, а ее странные сны и видения – не более, чем плод травмированного воображения. Сегодня же выяснилось, что все, чем она жила и во что верила прежде, – лишь иллюзия, обман, распавшийся карточный домик. Пытаясь сохранять перед Тэроном невозмутимое спокойствие, она дождалась, пока он отправится в душ, а сама прошмыгнула в гостевую спальню, где хранились все атрибуты, которые приволокла в пентхаус ведьма. Девушка тихо затворила за собой дверь, включила свет и на цыпочках прошла к шкафу-купе, заглянула на верхнюю полку и обнаружила знакомый сверток из светло-серой холщовой ткани. Вытерев взмокшие ладони о джинсы, Мелинда обхватила сверток обеими руками и спустила на пол. Развернув края потертой материи, ее пробрал зловещий мороз, болезненно распространившийся по всей ее коже, словно разбежавшийся в разные стороны рой маленьких хищных сороконожек.

Как бы Мелинда ни старалась подбадривать себя мужественными мыслями, к горлу подкатила тошнота, стоило увидеть сухую трухлявую руку. А вишенкой на торте стала не пойми откуда взявшаяся черная многоножка, шныряющая между угловатых костлявых пальцев. Подавив испуганный возглас и зажав рот ладонью, другой рукой Мелинда небрежно сдвинула конечность в сторону, чтобы добраться до заветного драгоценного камня на золотой цепочке, поблескивающего на свету ярких потолочных ламп. Мелинда понятия не имела, что это за амулет и откуда он взялся, – женщина во сне такой информации не сообщила, а сама Мелинда, по очевидным причинам, спросить не могла – поэтому не без опасения подцепила цепочку указательным пальцем и пару минут помедлила, прежде чем подойти к зеркалу и надеть себе на шею.

Когда это произошло, девушка, вопреки своим ожиданиям, не почувствовала ничего необычного. Мелинда была практически уверена, что как только таинственный артефакт повиснет у нее на шее, она услышит в своей голове истошный крик пораженной демонической сущности, увидит, как яростно замигают потолочные лампы или почувствует на лице дуновение ледяного ветра, как часто изображают подобные сцены режиссеры хоррор-фильмов. Однако подобное развитие событий существовало только в ее воображении. На деле Мелинда испытала лишь слабую надежду, что амулет поможет.

Вспомнив, что у нее осталось еще одно незаконченное дело, Мелинда вернулась к руке. Понимая, что Тэрон не будет стоять под душем вечно, и в любую минуту может войти в комнату и застать ее врасплох, девушка отчаянно соображала, как избавиться от частички древнего зла. Не найдя более удачных вариантов, Мелинда снова опустилась на пол, встала на колени и выудила из свертка каменную ступу с пестиком. Взвесив чашу в руке, она предположила, что придумала весьма удачный вариант решения проблемы. Девушка свернула холщовую ткань, плотно закрутив и зажав концы у себя в руке, после чего принялась яростно бить каменной чашей по заключенной внутри конечности, превращая дряхлую кость в бесполезную кучу пыли. Решив, что дело сделано, Мелинда побежала на кухню за пакетом, бросила внутрь сверток и колдовские атрибуты, и завязала узлом. Пакет, в свою очередь, девушка сунула в рюкзак, чтобы впоследствии выбросить в мусорный бак, подальше от дома, где Мелинде предстоит ночевать по меньшей мере еще одну ночь.