Яна Сова – Шрамы прошлого (страница 55)
Сморщившись и интенсивно помахав в воздухе рукой, Мелинда отогнала от себя тошнотворную дымовую завесу.
– Невероятно… – прошептал Тэрон с писаным удовольствием на лице. Лицо Мелинды непроизвольно исказилось в гримасе.
– Тебя же воротит от курения, – сказала она, наблюдая, как на губах Тэрона вырисовывается улыбка.
– Меня воротит от сигарет, но это – другое.
– Неоднозначная ты персона, Тэрон.
– Во мне нет неоднозначности, вампирка. В отличие от сигарет, в вампирской мяте нет ничего дурного. Она не приносит вреда.
– Полагаю, твои сегодняшние «дела» заключались в… этом?
– Ага, ездил в одно местечко. – Тэрон говорил с ней расслабленным и очень непринужденным тоном. – В вампирский квартал, кстати говоря.
Стоило парню произнести эти слова, и гримасу отвращения с лица Мелинды как ветром сдуло. Тема так называемых «вампирских кварталов» пленила ее с того дня, как она впервые о них услышала. Девушка с нескрываемым интересом уставилась на Тэрона, всей душой желая услышать продолжение.
– В Нью-Йорке их два, – добавил Тэрон, пригубив вина. – Один находится в Бронксе, другой в Стейтен-Айленде. Я был только в том, что в Бронксе.
– Я хочу там побывать. Отвези меня.
Внезапно Тэрон рассмеялся.
– Боги, зачем тебе это? – громким голосом произнес он, и на секунду в его речи прорезался грубоватый немецкий акцент, который, как поняла девушка, Тэрон пытался скрывать. – В твоем распоряжении весь Нью-Йорк, а ты просишь отвезти тебя в пристанище разврата и нищеты. Что с тобой, девочка?
– Мне интересно.
Тэрон покачал головой.
– Я пообещал Аллану не втягивать тебя в неприятности.
Мелинда громко фыркнула, отставила бокал на стеклянный журнальный столик.
– Тем не менее ты предлагаешь мне покурить вампирскую мяту.
Взгромоздив руку на плетеный подлокотник, Тэрон наморщил лоб и скептически посмотрел на нее.
– Ты даже не знаешь, о чем просишь.
Удивительно, но только Мелинда хотела возразить и напомнить Тэрону о том, что она тоже вампир, как он снова заговорил. Только на сей раз его голос звучал отстраненно и мрачно, в нем не было ни намека на иронию.
– Семь лет назад, в квартале на Стейтен-Айленд, произошел страшный случай. В Нью-Йорк приехала группа богатеньких вампирш-китаянок, которые выбрались отпраздновать помолвку одной из подруг. И что ты думаешь? Оказавшись в стране свободы и вечеринок, барышни захотели немного подурачиться и, по наводке одного из знакомых, ломанулись в квартал за чем-то веселящим. – Тэрон сжал губы в узкую полоску и, глядя в пространство прямо перед собой, покачал головой. – Короче, утром всех их нашли изнасилованными, с выколотыми глазами и отсутствующими конечностями. Одежда вместе с четырьмя парами отрубленных рук и ног были сожжены в десятке футов от них. Девушки были еще живы, кричали и звали на помощь всю ночь.
Мелинда открыла рот, глядя на Тэрона округлившимися глазами.
– Но… кто мог так поступить?
– Кровожадные обыватели квартала, кто же еще. Там водятся такие отпетые ублюдки, что тебе и в страшных снах не снились.
– Чем в итоге все это закончилось? – осторожно поинтересовалась Мелинда.
– Когда новость долетела до местного правительства вампиров, они единогласно пришли к выводу, что умертвить девушек – самое гуманное решение. – Тэрон вздохнул, едва сдерживая гримасу отчаяния. – Увы, но новые конечности и глазные яблоки не отрастают даже у вампиров. Им сделали инъекцию из элементов серебра, экстракта трупного цветка, ковыля и бизоновой травы. Иными словами, замиксовали все самое опасное для вампира и разбавили это адское варево лошадиной дозой снотворного, чтобы смерть получилась безболезненной.
– То, что с ними произошло… – Голос звучал тихо и сдавленно, от рассказа Мелинде сделалось не по себе. Пускай она не знала погибших девушек, в горле встал комок от жалости к несчастным. – Это чудовищно…
– Об этом я тебе и говорю. Поэтому никаких вампирских кварталов. – Взгляд Тэрона стал томным, а губы исказились в улыбке. – Ублюдки просто слюни пускают на милашек вроде тебя. А я, чтобы ты понимала, не хочу давать им такую возможность.
Мелинда хотела было ответить парню, чтобы впредь он даже не думал называть ее «милашкой», но Тэрон не дал ей и рта открыть. Он резко подался вперед и вытаращился на девушку таким ошарашенным взглядом, что ей стало не по себе. Желудок стянулся в тугой узел. Их лица находились в такой интимной близости друг от друга, что Мелинда заметила: в его глазах проскочили искорки испуга.
– Ты чего это? – С некоторой опаской в голосе поинтересовалась она, невольно подаваясь назад. – Чего уставился?
– Мелинда, твои глаза… – Парень сглотнул, и от этого напряженного движения его кадык судорожно поднялся и опал. – Точнее, твой правый глаз…
Внутри девушки начала зарождаться тревога, она рефлекторно прижала руки к лицу.
– Что с моим глазом?
– Он поменял цвет, – ответил Тэрон, вглядываясь еще пристальнее, отчего у Мелинды даже мысли не возникло обвинить парня в розыгрыше. – Черт возьми, твой правый глаз только что стал голубым, вампирка. Прямо как у меня.
– Какого черта… – Единственное, что смогла выдавить девушка, прежде чем вскочила на ноги и с бешено колотящимся сердцем бросилась в ванную. Тэрон подскочил и двинулся следом в направлении ее спальни.
– Тэрон, что с моими глазами?! – воскликнула она, с ужасом рассматривая свое отражение и краем глаза замечая за спиной мнущегося в проходе парня. – Что произошло?
– Я… Я честно не знаю, Мелинда, – ответил он. – Несколько дней назад мне тоже показалось, что твои глаза поменяли цвет, тогда-то я и спросил про линзы. Но потом все вроде стало нормально, твои глаза вернулись к исходному цвету.
– Чертовщина какая-то, – тяжело дыша, Мелинда отвернулась от зеркала, прислонилась к раковине спиной и зажмурила глаза, а когда открыла, Тэрон стоял всего в нескольких дюймах от нее. Она подняла голову и посмотрела в его встревоженное лицо, встретилась с взглядом его поблескивающих разноцветных глаз и с трудом смогла поверить, что на ее глаза стали такими же, левый – ярко-зеленый, а правый – голубой.
– Не переживай, может быть, это временное явление, – сказал он, отступив в сторону.
– Надеюсь, – с тяжелым вздохом отозвалась девушка.
Следующим утром Мелинда первым делом побежала к зеркалу, чтобы удостовериться, что с ее глазами полный порядок, и вчера у нее случилась очередная галлюцинация. Однако у девушки действительно появилась гетерохромия, и весь ужас крылся в том, что она понятия не имела, как на это реагировать. Раньше Мелинде всегда хотелось иметь в своей внешности некую изюминку, которая выделяла бы ее из толпы, помогала чувствовать себя не такой как все. Раньше ей казалось, что гетерохромия – отличный для этого вариант, но сейчас… Сейчас девушке было откровенно страшно. Когда она пришла на кухню и сообщила Тэрону новость, он лишь пошутил, что теперь они запросто могут создавать тайное общество вампиров с разноцветными глазами. Но Мелинда остерегалась, что столь внезапное изменение цвета глаз может служить сигналом серьезной патологии. Услышав ее заявление, Форбс рассмеялся, сказав, чтобы она не порола чушь.
– Какие патологии могут быть у вампира, Мелинда? – с насмешкой поинтересовался он. – Скорее всего, это побочный эффект обращения, или же я заразил тебя своей крутостью.
Чуть позже Тэрон объяснил, что иногда у вампиров могут происходить значительные изменения во внешности, и что самое удивительное, этому нельзя найти никакого объяснения.
Форбсу удалось успокоить Мелинду, но ближе к вечеру, когда они стали собираться на прогулку, девушку снова захлестнула паника. На улице как из ведра поливал дождь, и она быстро сообразила, что идти в шортах и топе не вариант. Пораскинув мозгами, Мелинда стала искать джинсы и толстовку. Девушка совершенно точно помнила, что вчера утром выкладывала чистые вещи из чемодана в шкаф, однако по какой-то причине на прежнем месте отыскать свой наряд не смогла. Мелинда в буквальном смысле перерыла всю комнату, и уже начала сомневаться в надежности памяти, когда решила заглянуть под кровать, так как допустила мысль, что могла нечаянно затолкать их туда вместе с чемоданом.
Девушка опустилась на колени, отодвинула чемодан в сторону и буквально опешила, потому что в самом углу у стены находился смятый мусорный пакет. Мелинда вытащила пакет из-под кровати, развернула целлофановые края и заглянула внутрь. От увиденного Мелинде на секунду даже показалось, что ее сердце перестало биться. Вперемешку с землей в пакете лежали ее скомканные, запачканные грязью вещи, в которых во сне Мелинда раскапывала архаичную могилу. Совершенно не понимая, какое объяснение можно дать своей находке, Мелинда затолкала вещи обратно, сотрясаясь от ужаса и удушающей паники. В последние дни в ее жизни произошло столько необъяснимых событий, поэтому Мелинда уже мало что понимала и практически ничему не удивлялась. Она решила, что разберется с этим попозже, когда вернется с прогулки и хорошенько подумает.