Яна Сова – Шрамы прошлого (страница 3)

– Ну не знаю. Многие люди отрывались тогда на полную катушку. Джаз-бэнды, вечеринки, танцы! – Мелинда с мечтательным видом заглянула парню в лицо. – Готова поспорить, в ресторанах ты надолго не задерживался.

– Кто-то у нас просто любит смотреть красивое кино и верить всему, что показывают.

Мелинда легонько ткнула его локтем в бок.

– Да-да, я уже много раз слышала истории о том, какой ты старый и консервативный. Не прикидывайся, Мортис, мне прекрасно известно, что ты без ума от новых коллекций Тома Форда, техники «Эппл», дорогих машин и прочих благ цивилизации. Ты не такой уж дремучий, каким иногда пытаешься казаться.

Молодой человек театрально закатил глаза.

– Ладно, сдаюсь. Парк аттракционов так парк аттракционов.

Мелинда гордо вздернула подбородок.

– Так-то лучше.

Сразу после завтрака Аллан второпях набил черный дипломат документами, нежно поцеловал девушку на прощание и уехал в Кристал. Смирившись, что очередной день придется провести в компании компьютера, конспектов и прогрессирующего безумия, Мелинда с тоской пошла готовиться к онлайн-занятиям, обычно отнимавшим добрую половину дня. Когда встал вопрос о ее рабочем месте, Аллан предоставил Мелинде прекрасно оборудованное помещение и уйму свободного времени, которое она всецело посвящала саморазвитию. Всю неделю девушка занималась по скайпу в просторном кабинете на втором этаже дома.

По идее, Мелинда должна была сходить с ума от счастья, потому что наконец-то имела в своем распоряжении все, о чем так страстно мечтала: крутую технику, финансовую возможность для реализации творческих проектов и море книг в симпатичных новеньких изданиях. Обрушившиеся на нее блага казались приятным бонусом, однако Мелинда резко перестала видеть в них смысл: все, чем девушка буквально жила раньше, потеряло ценность и не питало ее радостью. За последний год девушка написала лишь пару-тройку приличных сцен и добила злосчастную концовку конкурсной работы, которую по итогу сочла невероятно идиотской и никуда не отправила.

Иногда у нее появлялось желание творить, но стоило сесть за компьютер и открыть чистый лист, как она тут же закрывала файл. В голове больше не возникали интересные задумки, а прежнее стремление поступить в университет на профессию кинорежиссера как будто испарилось. Прошлогодняя трагедия нанесла Мелинде серьезную рану, так что, кроме мыслей о прошлом и сомнений в настоящем, в ее душе больше не осталось места ни для чего другого.

Когда в конце августа Аллан спросил, чему именно она хотела бы посвятить грядущий год, Мелинда впервые за восемнадцать лет жизни не знала, что ответить. Раньше девушка бы со знанием дела заявила, что станет заниматься подготовкой к экзаменам, а свободное от учебы время посветит сценаристике и изучению будущей профессии. Но сейчас она понятия не имела, какие цели перед собой поставить. Чтобы не расстраивать Аллана, Мелинда, стараясь подавить мерзкий голос у себя голове и попутные галлюцинации, все же нашла силы брякнуть первое и самое очевидное, что пришло ей в голову: «Сперва хочу окончить школу».

На вопрос: планирует ли она поступать в университет и готова ли в случае чего рассмотреть вариант дистанционного обучения, Мелинда ответила неоднозначное: «Посмотрим». Несмотря на убедительный тон и легкую улыбку, Аллан заподозрил неладное и, как оно обычно бывало, почувствовал себя виноватым.

Мелинда не совсем понимала, отчего парень испытывает подобные чувства. В конце концов, именно он обеспечивает безопасность и делает все ради того, чтобы их жизнь была комфортной. Пускай молодые люди не покидали поместье без крайней нужды, у них имелось все необходимое. Если Аллан пустит бизнес на самотек, то в ближайшее время об этом прознают другие вампиры. Очень властные и радикальные, они не поленятся нагрянуть в поместье и раскрыть их тайну.

Аллан рассказал, что вампирских семей живет в мире предостаточно, но между собой общины контактируют нечасто. Исключением стали Мортисы, издавна поддерживающие беспрерывную связь с еще одной семьей, которая по иронии судьбы оказалась одной из самых влиятельных на земле. С Форбсами Мортисы связаны не только бизнесом, но еще и кровно. Мать родных братьев и сестры Аллана принадлежала к семейству Форбс, а значит, все они приходились ближайшими родственниками. Форбсы беспокоились за Мортисов и, узнай они о том, что сотворил Аллан, убили бы его на месте не раздумывая.

Обидное прозвище «заморыш» Аллан получил из-за своей матери, которая, в отличие от Сэди, не принадлежала к аристократической знати. Когда Густав Мортис женился на Элеоноре Бран и она родила ему мальчика, почти все члены семейства Форбс были в ярости. Они осуждали поступок Густава, обвиняя, что он очернил кровь своего рода и привел на свет ребенка, достойного их круга лишь наполовину. С детства слушая перешептывания у себя за спиной, Аллан знал, что вместе со своим именем, данным ему в честь великого поэта, он получил при рождении и нелепое прозвище. Только благодаря Себастьяну Форбсы, скрежеща зубами, принимали Аллана, потому что знали: стоит лишиться расположения Мортисов, и бизнес пойдет прахом. Когда Аллану пришлось экстренно браться за управление сложным предприятием, оказалось, он такой же талантливый бизнесмен, как и старший брат: Форбсы ничего не заметили. Они оставались довольны результатами сделок, и именно это по сей день обеспечивало Аллану и Мелинде относительную безопасность.

Сейчас в приоритете молодых людей имелась цель: как можно дольше сохранять иллюзию стабильности, чтобы детально продумать побег и дальнейшее существование. Аллан создавал счета в банках и покупал недвижимость на фальшивые имена. Мелинде парень также сделал фальсифицированный кейс документов, где значилось ее новое имя и возраст: Мелисса Коннор, двадцати одного года от роду. По причине, что Мелинда Джонс была официально мертва (спасибо провалившемуся плану Себастьяна), создание новой личности стало первоочередной необходимостью. По идее, Аллан запросто мог купить девушке фальшивый школьный аттестат с оценками, а впоследствии и диплом университета, однако Мелинда отказалась. По крайней мере, получать образование она собиралась собственными силами.

Приличную часть приобретаемых домов, машин и акций Аллан записывал на имена таинственных, существующих разве что только на бумаге, личностей, а на вопросы Мелинды, зачем он с такой импульсивностью скупает все подряд, отвечал, что за отведенное время должен создать хорошую подушку финансовой безопасности. Решив воспользоваться фанатичным шопингом Аллана, она попросила выкупить их с мамой старый дом на севере, перешедший в собственность банка. После того как Клару Дэвис признали без вести пропавшей, а ее дочь погибшей, огромный кредит на жилище оказался не выплачен и наполовину, поэтому банк изъял дом и выставил на продажу. Мелинда не желала лишаться последнего «мостика», напоминающего о прошлой жизни, отчего отказ Аллана причинил ей новую порцию боли.

«Мелинда, все в городе убеждены, что ты мертва. Ты ни в коем случае не должна рушить эту иллюзию, ради своей же безопасности и душевного спокойствия этих людей».

Конечно, Мелинда признавала его правоту, однако в душе сгорала от желания отправиться на малую родину и хотя бы разочек взглянуть на знакомые улицы, сходить в школу, постоять за прилавком магазина «Бытовые товары и все для дома», побывать в своей спальне и перебрать любимые книги… Но это было невозможно: ее реальные желания превратились в несбыточные мечты, от которых девушке пришлось отказаться.

Онлайн-учебу Мелинда не бросала по трем причинам: во-первых, она поставила себе железный ультиматум: получить диплом об окончании старшей школы не позднее этого года. Во-вторых, обучение помогало отвлечься от дурных мыслей и демона в голове. В-третьих, только так девушка могла создать перед Алланом видимость, что она в порядке и продолжает двигаться к мечте, которая в действительности умерла вместе с ее настоящим именем и прежней жизнью.

Сегодня первой лекцией стояла ненавистная математика. Именно такое чувство Мелинда испытывала, когда садилась слушать лектора и начинала конспектировать информацию, которую он смаковал два невыносимых часа. Тема урока звучала особенно уныло: «Иррациональные и тригонометрические уравнения». От усталости у Мелинды закрывались глаза и клонило в сон, как бы то ни было, черная шариковая ручка не переставала царапать бумагу и вырисовывать цифры и латинские буквы, складывающиеся в нудные условия и решения задач.

Когда лекция закончилась, Мелинда захлопнула крышку ноутбука и облегченно выдохнула. Взглянув на настенные маятниковые часы, она с радостью обнаружила, что до начала следующей лекции остается еще двадцать минут. Из ящика стола девушка выудила пачку сигарет и зажигалку, затем поднялась со стула и подошла к приоткрытому окну. Закурив, она стала всматриваться в пейзаж: яблоневый сад, высокий забор и растущий позади него зеленый океан величественных деревьев. Яблоневый сад, за которым уже целый год никто не ухаживал, пробуждал в душе девушки смешанные чувства. С тех пор, как уехала Вуди, за деревьями совсем перестали следить. Мелинда никогда не питала слабости к садоводству, а Аллану было совсем не до этого.