Яна Розова – Седьмая жертва (страница 7)
– Девочки, вы же хотите зарплату? – ласково поинтересовалась у редакции Алла.
Решено было, что одна из теток-журналисток раздобудет контакты Видаля и, если он приедет в ближайшее время в город, то интервью будет взято.
Марина только вздохнула – ей от этого ничего не обламывалось. Она любила музыку, может, рок и не был самым обожаемым музыкальным направлением, но уж “Алхимика” она знала. Воспоминания, связанные с этой группой, правда, были не очень радостные, но что ж тут поделать? Ее бывший муж признался ей в любви под композицию “Ужас мухи в замкнутом пространстве”. (Очень символично!).
Годы спустя Марина с грустью вспоминала суету, предшествующую встрече с Олегом. Как так сплетаются нити судьбы, чтобы в результате два абсолютно чужих человека из разных миров вдруг могли встретиться и дать друг другу немного тепла?
Весть о приезде Видаля в Гродин принесла сама Алла. Оказывается, сказала она, заглянув в редакцию, он будет выступать со своей группой в День города, который празднуется, как известно, 18 мая. Концерт состоится на центральной площади Гродина в праздничный вечер, а интервью у музыканта можно взять на следующий день, в воскресенье. Она уже договорилась об этом с Ником Сухаревым, близким другом Видаля. В развлекательном комплексе Ника пройдет еще один концерт “Алхимика” – для друзей и самых преданных поклонников группы.
…Целую неделю все в редакции только и говорили что о Видале.
– Какой мужик, – ворковали тетки-журналистки. – Сорок лет, в самом соку! А глаза, какие красивые! А вот тут, – они листали фотоальбом “Алхимика” на официальном сайте группы, – смотри, какая у него фигура! Ну, красавец же!
Они читали и озвучивали на весь офис все, что касалось творческой биографии Олега Видаля. Но с еще большим ажиотажем разыскивали о нем слухи и сплетни. Оказалось, что их не так уж много. Был женат всего один раз, есть сын. Романтические увлечения свои не афиширует, если что и есть, то все это тайна, покрытая мраком. Даже друзья о нем говорят, что Олег – одиночка и в творчестве, и в личной жизни.
– Надеюсь, он не педик, – вздохнула одна тетка-журналистка.
– Да, – согласилась с ней вторая, – такой красавчик этот Видаль, что закрадывается мысль…
А вот Маринке рокер средних лет не казался таким уж красавчиком. Внешность, конечно, коммерческая, недаром он так за границей популярен. Но не совсем во вкусе Маринки. Черты лица у Видаля слишком брутальные: крупный нос, большой, четко очерченный, рот и нависающие над светлыми глазами брови. К тому же, ей нравились более крепкие мужчины и, если честно, помоложе. Такие, как Антон, ее бывший. Вот только был бы тот Антон человеком…
Интервью готовилась брать старшая из теток – Светлана, а вторая – Вика – уезжала на выходные в командировку. Леша нашел рекламодателя с побережья Черного моря, где тот рекламодатель построил пансионат, конечно же, люкс-класса. Правда, пансионатик торчал в степи, где не росло ни деревца, а до моря надо было идти добрых пятнадцать минут по раскаленной пыльной дороге, притом и пляж не был облагорожен. К тому же, в пансионате имелись крупные проблемы с водой, канализацией и охраной. Но рекламодатель на классе люкс все равно настаивал. По понятным причинам хозяин стремился продать путевки как можно скорее – до начала сезона, пока никто из отдыхающих еще не побывал в этом хилтоне и не поделился с друзьями своими впечатлениями.
В этом вопросе, уверял рекламодателя лукавый Леша, помощь рекламы, размещенной в журнале “Бизнес-леди”, неоценима.
Вечером 18-го мая Светлана позвонила Марине.
– Маришка, к Видалю ты пойдешь, – срывающимся от волнения голосом произнесла она. – Подготовь вопросы, я не смогу тебе переслать свои, я в больнице. Все договорено, фотограф предупрежден. В одиннадцать часов в кафе “Хемингуэй”. Это в комплексе “Джаз”, знаешь?
– Знаю, а что с тобой?
– Меня сбила машина, – расплакалась Света. – Перелом ноги. Глупость такая – прямо на тротуаре. Шла на концерт “Алхимика”, и вот…
Подробности несчастного случая Марина не удержала в голове и двух минут, слегка растерявшись, но и очень обрадовавшись: интервью с Видалем! Классно!
И как же хорошо, что она не поехала в село к маме и Ляле в эти выходные! То есть, она собиралась, но вечером в пятницу начался такой ливень, что не получилось добраться до автостанции.
В 2005-м Марина жила на съемной квартире, одна в маленькой, очень уютной однокомнатной малогабаритке в новом доме. Платила за жилье не так уж много – квартиру сдавала их родственница, к счастью, женщина нежадная. Она только просила поддерживать порядок, и Марина эту просьбу выполняла.
Накануне встречи с Видалем она почти всю ночь читала в интернете его интервью и разные публикации о группе “Алхимик”. Набралась всяких разрозненных впечатлений, но и собрала образ героя.
Не без труда Марина составила список вопросов для интервью. Казалось, музыкант ответил уже на все возможные журналистские подколы.
“– Что для вас стало главным событием в вашей жизни?
– Каждый альбом группы, каждый концерт – самое важное событие в жизни”.
“– Что вы чувствуете, когда выходите на сцену и вас восторженно приветствует несколько тысяч зрителей?
– Счастье”.
“– Что вы считаете самым главным мужским аксессуаром?
– Господи, вы серьезно об этом спрашиваете? Откуда я знаю?”.
“– Какой вы видите идеальную женщину?
– Я не задумывался над таким вопросом. Мне кажется, что бессмысленно искать кого-то идеального. Надо любить, что есть”.
“– Вы верующий человек?
– Мне проще сознавать, что я сам за все отвечаю”.
На следующий день Марина вместе с фотографом – Сережей Беловым, считавшимся одним из лучших фотографов Гродина, ожидали Олега Видаля в кафе “Хемингуэй”. Он пришел вместе с владельцем кафе – тем самым Николаем Сухаревым, благодаря которому организовалось это интервью. Марина знала Ника в лицо, так как он входил в число постоянных рекламодателей “Бизнес-леди”. Николай Александрович велел подать на столик кофе с самыми лучшими десертами и, пожелав приятной беседы, ушел.
Видаль, одетый в черную джинсовую куртку и серые джинсы, сел напротив Марины и поднял на нее светлые глаза, очерченные довольно густыми для мужчины его возраста ресницами. Марина призадумалась – вдруг он их подкрашивает, но потом поняла, что нет…
– Почему вы меня так рассматриваете? – спросил Видаль с полуулыбкой, в которой таилась доля смущения. Наверное, Марина слишком уж долго думала о его ресницах.
– Извините, – смутилась Марина. – Мы поговорим с вами, а Сережа будет вас снимать.
Зачем она ему это говорит? Он что, деревенская лошадь, которая никогда не видела фотографов?
– Хорошо, – улыбка Видаля проявилась чуть заметнее. – Задавайте ваши вопросы.
Интервью началось и пошло своим чередом. Как бы ни волновалась Марина вначале, как бы ни комплексовала и ни чувствовала себя дурочкой, через несколько минут после того момента, как она включила диктофон, ей стало спокойно и комфортно.
Видаль говорил обо всем просто и откровенно, возможно, потому что ему нечего было скрывать. Музыка была смыслом его жизни, и все, что он делал, он делал только ради музыки.
– Вы когда-нибудь признавались в любви? – спросила Марина, потому что ответ на этот вопрос в женском журнале был бы очень кстати.
– Да, – сказал он, закуривая.
– А как именно?
– В смысле?
Видаль прищурился от дыма и наморщил лоб. Это выглядело так, будто подобные вопросы доставляют ему страдание.
– Какими словами? – Марина чувствовала себя уже неловко.
Наверное, пожалев девочку-журналистку, рок-звезда ответила:
– Мне признаваться в любви проще, чем кому-нибудь другому. Я просто пишу песню той женщине, в которую влюблен.
– А какие из ваших песен были написаны как признание в любви?
– Ну, вы настырная! – рассмеялся он. От его смеха она тоже немного повеселела. – “Последнее утро”, “Пространство”, “Фотография” и кое-что еще.
– Спасибо. А что вы скажете о своем новом альбоме “Разведка боем”? Мне кажется, он отличается от вашего творчества в целом?
– Да, он жестче, тяжелее. И темы немного другие, больше социальных моментов, больше реальной жизни, чуть меньше романтики.
– Почему?
Видаль снова наморщил лоб, поставив брови домиком. Вот теперь он точно не был рад вопросу.
– Если не для журнала, то отвечу. Вам лично.
– Но… Ладно, давайте не для журнала.
Марина выключила диктофон и развесила уши. Оказалось, историю эту она уже знала:
– Я всегда думал, что лирика приносит людям радость, – задумчиво начал Видаль, – она помогает в любви и делает жизнь лучше, но не так давно случился инцидент. Я тогда приехал в Гродин после концертного тура и остановился в гостинице, в “Постоялом дворе”. Номер выбрал на десятом этаже, потому что люблю жить повыше над землей. Однажды я вернулся туда после каких-то дел в городе и увидел девочку лет семнадцати. Она как-то пробралась в номер и ждала меня там. Девочка вдруг стала бросаться мне на шею, а я попытался уговорить ее уйти. Хотел дать охранникам денег, чтобы отвезли ее домой и передали родителям… Мне очень повезло, что я был не один, со мной в номер поднялись ребята из группы, ведь потом пришлось объясняться в суде. После того, как я попросил ее поехать домой, она выскочила на балкон и стала грозить, что спрыгнет. Сказала, что если она убьет себя, то я ее никогда не забуду. Я пообещал ей все, что она хочет, только пусть вернется в комнату. Но как-то неубедительно, наверное. До сих пор думаю – что я не так сказал?..