Яна Недзвецкая – Тень за моей спиной (страница 6)

И уж теперь я была уверена на все сто процентов: никакими совпадениями тут точно не пахнет. Некто вполне целенаправленно воплощал в жизнь написанные страницы…

– Хорошо, что я так и не позвонила Владу, – нервно бросила я себе под нос и поняла, что больше не могу находиться тут, в четырёх стенах. Мне срочно нужно выйти на улицу, на свободу, если угодно.

Оставив и сумку, и записку с рукописью в кабинете, вскоре я наконец оказалась на улице, где смогла вздохнуть полной грудью.

– Эй, ты как? – вдруг услышала я рядом с собой обеспокоенный мужской голос, отчего вздрогнула и обернулась.

Выражение лица у Матвея было под стать интонации его голоса. Мужчина сильно хмурился, и, если бы не моё плачевное состояние, я бы даже усмехнулась этой излишней озабоченности.

– Отвратительно, – совершенно искренне ответила я, после чего он молча притянул меня к себе и крепко обнял.

В первые секунды я растерялась, а затем тщетно попыталась отстраниться от Матвея, однако услышала его успокаивающий голос.

– Тише, Соня, всё хорошо. Я же вижу, как тебе хреново, а я хочу просто поддержать тебя. Можешь не обнимать в ответ, но вот я тебя никуда не отпущу, пока ты не успокоишься.

В таком положении было неудобно стоять опустив руки вниз, к тому же сказывалось пережитое, поэтому на каком-то полуавтомате я обняла мужчину в ответ, уткнувшись при этом в его плечо.

Так мы и стояли некоторое время. Матвей явно наслаждался ситуацией, а я же поняла, как мы можем выглядеть со стороны. Но главное, какую я, возможно, надежду вселяю в этого человека.

Аккуратно отстранившись, я неловко кашлянула и пробормотала:

– Спасибо, всё нормально.

– Это на тебя объятия так подействовали, или словом «отвратительно» ты слегка преувеличила ситуацию? – улыбнулся мужчина и сразу же добавил: – Извини, идиотская шутка.

– Не лучшая твоя, – кивнула я, соглашаясь, после чего на лицо Матвея вернулась обеспокоенность.

– Так что случилось? Ты будто с привидением повстречалась – такое лицо у тебя было.

«Всё гораздо, гораздо хуже. Ведь он, как минимум, вполне материален и появляется теперь не только по ночам», – пронеслось в моей голове. Но уж точно я не хотела и не собиралась делиться этим с Матвеем. Даже несмотря на то, что у Ксюши сегодня был законный выходной.

Именно поэтому, натянув на лицо улыбку, я попыталась перевести разговор в другое русло.

– А ты мастер делать комплименты.

– Твоя язвительность прекрасна, как и ты сама. И ты отлично знаешь, как я к тебе отношусь, – серьёзно произнёс мужчина и мягко улыбнулся в ответ. – Хотя вижу, что ничего рассказывать ты мне не собираешься.

– Не хочу об этом говорить, ты прав, – помотала я головой и с тоской взглянула на здание, в котором мы работаем. – Ладно, видимо, пора возвращаться – до перерыва ещё далеко.

– А сегодня моя очередь приглашать тебя на обед в моё место, – с усмешкой заявил Матвей. – Во всяком случае там точно не делают паршивый эспрессо.

– Так мы не договаривались, – возразила я.

– Ты же сегодня без своей Ксюши, ещё и в таком подавленном состоянии… Разве могу я тебя бросить? Или ты просто не оставишь мне выбора, и мы снова пойдём туда же. Ты будешь пить вкусный латте, а я – то пойло.

– Ну, на такие жертвы я, конечно же, не готова идти. – Впервые после того происшествия у меня вырвался смешок. – Ладно, ладно, убедил.

– Вот и отлично, – расплылись в улыбке губы Матвея, после чего он глянул на свои недешёвые наручные часы и бросил: – Думаю, нам и правда пора идти. Буду сегодня творить новый шедевр.

К слову, трудился мой коллега художественным редактором и каждую свою работу называл не иначе как шедевром или даже великолепием.

Жалела ли я о том, что опять согласилась пообедать с этим мужчиной? Сложно сказать. С одной стороны, это вроде бы было не очень правильно по отношению ко Владу. А с другой… Разве я делала что-то запрещённое, учитывая, что это обычный совместный обед?

Тот ресторан, куда он меня повёл, действительно был шикарным. И совсем не дешёвым. И, конечно же, этот человек не был бы самим собой, если бы не махнул царственно рукой и не сказал:

– Ни о чём не думай, я угощаю.

Я даже не стала с ним спорить, ибо это было бесполезно, да и, как ни крути, мои мысли по-прежнему были далеки отсюда. Однако надо отдать должное Матвею: он всячески старался меня развеселить и отвлечь, и отчасти у него это получилось.

В итоге, после того как я вернулась с перерыва, моё настроение заметно улучшилось. Строго взглянув на ту рукопись, я схватила её и снова спрятала в ящик стола, чтобы просто не мозолила глаза. Да, я могла её выбросить, вот только это никак не решило бы мои проблемы. В конце концов, если честно, я была уверена: стоит мне избавиться от рассказа, как его подбросят. Опять.

До конца рабочего дня я была занята исключительно одними делами и даже не позволяла себе думать о чём-то постороннем. Так было ровно до того момента, пока я не оказалась дома.

Влад являлся востребованным и дорогим адвокатом, и иногда ему приходилось подолгу задерживаться на работе. Как, например, и сегодня. Поэтому, налив себе чай, я погрузилась в мягкое кресло в компании с книжкой.

И вдруг, примерно через несколько минут, меня пронзила мысль, прилетевшая в голову словно вспышка. Я тут же отложила книгу в сторону и начала напряжённо размышлять.

Этот почерк – подарок в виде цветка, плюс фраза из записки о том, что некто знает меня будто всю свою жизнь… Ведь именно Матвей говорил мне ровно то же самое днём ранее. Матвей, который так любит дарить мне цветы.

А если ещё вспомнить тот факт, как вовремя он сегодня оказался рядом и утешал меня, то картина и вовсе выглядела паршиво. Словно он не просто пришёл на помощь, а спровоцировал эту ситуацию, чтобы появиться в самое нужное время.

Ну, ладно – а одежда? Матвей точно был одет не в чёрную толстовку, а в обычную рубашку. Хотя, чёрт возьми, разве сложно стянуть с себя ту самую толстовку, под которой уже будет готов твой привычный образ? Совсем нет.

– Да ну… – с сомнением протянула я вслух. – Тот самый весёлый и безобидный Матвей?

«Ага, тот самый, которого ты отшиваешь уже два года. Кто знает, на что способны отвергнутые мужчины?» – ехидно отозвался внутренний голос, на что я вздохнула.

Я слишком мало лицезрела мужчину в толстовке – он очень стремительно скрылся – и всё же попыталась вспомнить детали.

Он точно был на порядок выше меня, но с моим ростом это частое явление, и – да, в этом смысле Матвей опять же подходил. Как и под комплекцию с обычным телосложением, хоть толстовка и скрыла достаточно много подробностей.

Я безумно не хотела в это верить. Однако завтра мне надо будет серьёзно поговорить с моим коллегой. Очень серьёзно.

***

ОН

Знаешь ли ты, моя очаровательная девочка, что такое ревность? Не её слабое подобие в виде слов «этот человек только мой», а настоящая ревность в своём первозданном виде. Знаешь?

Уверен, что нет, ведь мужчины сами всегда были готовы полностью и без остатка принадлежать тебе. А тебе, в свою очередь, не приходилось их ни к кому ревновать. Действительно: разве посмотрит нормальный мужчина в другую сторону, если он уже видел тебя?

Я – даже не пытался. Знаю, что в этом нет никакого смысла и все попытки обречены на провал.

Никогда не скажу, что смирился с твоим чёртовым женихом. Однако у него слишком высокий статус в твоей жизни, а ещё – и это самое главное – к нему так просто не подберёшься. А я должен быть аккуратен, Соня, ведь нам с тобой ещё проводить вместе целую жизнь.

Другое дело – какие-то левые придурки, смеющие касаться тебя и твоей безупречной кожи. От одной лишь мысли озноб по телу и кровь к глазам приливает.

Моя младшая сестра всегда шутила, что меня лучше не злить, потому что в таких ситуациях я из обычного человека превращаюсь в зверя.

Она шутила, я улыбался в ответ и думал: «Ты даже не представляешь, насколько права».

***

Соня

Настроена я была воинственно. Сегодняшняя ночь прошла в целом сносно: хоть я и часто просыпалась, но быстро засыпала обратно. А боевой настрой касался, конечно же, Матвея и предстоящего с ним разговора.

Даже несмотря на то, что теперь у меня появился вполне конкретный подозреваемый, которого я ни капли не опасалась, весь путь до работы прошёл достаточно напряжённо. Если не сказать, что с примесью лёгкой паранойи.

Периодически я косилась по сторонам и невольно высматривала мужской силуэт в чёрной толстовке, ставшей отличительным знаком преследующего меня человека. Естественно, вокруг таких было немало, но как-то инстинктивно я понимала, что того самого среди них, к счастью, нет.

Ни на секунду не теряя бдительность, я добралась до издательства и, минуя проходную, устремилась наверх, к себе. Первым делом я собиралась захватить из своего кабинета вчерашнюю записку и затем предъявить её Матвею. А главное – разобраться, его ли рук это дело.

Ещё тогда где-то в глубине души я понимала, что если это всё действительно устроил именно он, то это многое упрощает. Как минимум, это была бы уже не какая-то таинственная фигура в капюшоне, а знакомый мне человек, с которым мы уже не мало знакомы. Ну, и которому можно будет всыпать по первое число за все дурацкие фокусы.

Вооружившись запиской, я направилась к кабинету Матвея, однако тот меня встретил запертой дверью. Безуспешно подёргав ручку, я услышала за спиной голос Ксюши.