Яна Мелевич – По дороге от тебя (страница 6)
– И ты уверен, что они тебе помогут?
Глаза Влады поблескивают все ярче. Ей все труднее скрывать восторг. Крылья носа трепещут и втягивают воздух, пропитанный назревающей яростью. Когтистые лапки прекращают царапать стол, замирают в ожидании.
Настоящая гюрза в человеческом обличии.
Но кто я такая, чтобы отказывать ей в удовольствии?
– Кира, прекрати меня позорить, – Богдан несильно бьет по столу ладонью. Прикусываю щеку изнутри, чтобы не рассмеяться. – Всего несколько дней. Мама переживет. В конце концов, это же работа на наше будущее! Мы планируем детей, а на них нужно много денег.
– Детей? – брезгливо морщит нос Влада.
– Да, – припечатываю в ответ и концентрирую затаившуюся злость внутри на замершем супруге. – Только никаких детей не появится, если ты начнешь шататься по форумам в ожидании шанса на успех. Влад, ты извини, – поворачиваюсь к ней, затем шумно выдыхаю. Неплохо, да? – Но я не отпущу мужа. У нас планы.
Она поднимает руки, как бы сдается.
– Ладно, как скажешь.
– Нет! – гаркает Богдан, и его грудь яростно вздымается. – Я поеду!
Ага, ножкой не забудь топнуть.
Хмыкаю про себя и упираю руки в бока.
– Тогда там и оставайся. – шиплю в ответ.
Вылетаю из кухни под крики мужа: «Кира! Кир!» – но они стихают под негромкие увещевания Влады.
Пусть она подержит его при себе пару минут. Мне нужна передышка.
Глава 8
В спальне я нахожу привычный бардак, там же замечаю на тумбе планшет мужа. Бросаю на него взгляд, кошусь на кровать. Меня кидает в пот. Как лечь в одну постель с предателем?
Надо оставаться спокойной и собранной в его присутствии, чтобы не вызвать подозрений ни у него, ни у Влады. Богдану нельзя знать о предстоящем разводе, иначе он успеет принять контрмеры и прикрыть задницу.
Потребуется много времени, чтобы собраться с мыслями, найти хорошего юриста, который поможет мне со сбором документов и разделом имущества. Я не собираюсь дарить ему свои честно оплаченные квадраты.
Ни по закону, ни из альтруизма.
Умом понимаю, что так правильно. Но чувства… Они в отключке.
Только в груди за плотным панцирем из концентрированной ярости трепыхается нечто отдаленно напоминающее любовь. Или то, что я всегда принимаю за нее. Оно царапается, пытается вырваться из плена и напомнить мне о хороших моментах из прошлого. Воззвать к совести, которая не подает признаков жизни с прошлой ночи.
У меня точно проблемы с выражением чувств. Странно, раньше я считала себя эмоциональным человеком.
– Кир.
Вздрагиваю, замираю, словно напуганный зверек. В комнате сразу нечем дышать, как только Богдан переступает порог. Становится чертовски холодно. Здесь, в душе, на сердце, где завывает вьюга.
Теплые ладони ложатся на плечи, но я выворачиваюсь из объятий и спешно перемещаюсь на другую половину спальни. Подальше от него, потому что противно. Не только от его измены, но и от себя самой.
Господи, почему никто не предупреждает, что откат наступает неожиданно и очень болезненно?
– Кира, не молчи. Ненавижу, когда ты наказываешь меня за косяк отказом в диалоге, – вздыхает Богдан и проводит рукой по волосам. – Тем более что в этот раз я не виноват. Не думал, что Влада приехала с таким предложением.
Ерошит темные волосы, а я невольно сравниваю их с роскошной шевелюрой моего незнакомца. Там и цвет насыщенней, и блики красивее.
– Действительно, – хмыкаю с издевкой, пока тянусь к разбросанным вещам мужа. – Это же нормально – ездить к сотрудникам субботним утром и предлагать командировки хрен знает куда.
– Ты ревнуешь, что ли?
Крепче стискиваю помятую рубашку в остром желании не сорваться сейчас и не накинуться на него. Спокойствие, которым я гордилась пару минут назад, внезапно сходит на нет вместе с выдержкой.
– Да, Богдаш, ревную, – имитирую противный голосок Влады, разворачиваюсь к нему и бросаю рубашку в ошарашенное лицо. – Мне же так это нравится, когда холеная, чужая баба трется о моего мужа всеми выпуклостями и впуклостями. Страстно уговаривает его поехать на какой-то сраный форум! Хоть понимаешь, как это выглядит со стороны?
– Кир…
– Ты спросил, что со мной? Как я? Меня не было целое утро!
– Ты же сказала, что ездила в клинику.
Шумно выдыхаю и мотаю головой, предательские слезы жгут веки похлеще кислоты. Разъедают кожу, оставляют волдыри там, куда попадают соленые капли. Растерянный и ничего не понимающий Богдан пытается меня обнять, но я не позволяю.
Я не жалею свой брак. Наши отношения мертворожденные. Все попытки оживить их, предпринятые с моей стороны, – выглядят, как впустую потраченные годы. Целых пять долбанных лет!
Но я жалею себя. Страдаю по разбитым мечтам, неоправданным ожиданиям, выжженной под ноль энергии, утекшим сквозь пальцы возможностям. А еще ненавижу себя, потому что и правда плыву по течению.
Гребаные философские разговоры. Чертов Мирон и его жалящие в сердце слова.
– Поезжай, – выдавливаю из себя и спешно вытираю слезы тыльной стороной ладони. – Просто вали, Богдан. Хоть сейчас.
– Детка, успокойся, пожалуйста. Не выдумывай. Это всего лишь командировка.
Смотрю на него с отвращением, и он замирает в полушаге от меня. Надо бы собраться с мыслями, продолжить игру. Только сил и желания нет. Я слишком устала и мечтаю, чтобы он ушел. Исчез из моей жизни вместе с Владой и отвратительными видеоматериалами, которыми забит съемный диск.
– Кир, – Богдан виновато смотрит на меня и пытается поймать мои руки. Отталкиваю его, но он снова и снова хватает запястья. – Я же только тебя люблю, моя Снежная королева. Клянусь. А это просто деловая поездка. Ничего больше. Влада тебе не враг.
Ага, конечно.
Потому ее любопытный нос трется в коридоре и прислушивается к нашему разговору.
Благослови боже скрипящие полы.
– Я не хочу разговаривать с тобой. Оставь меня, пожалуйста, и попрощайся… С Владой, – стараюсь произнести ее имя спокойнее, но получается плохо.
– Так я могу поехать?
Отворачиваюсь, слышу вздох за спиной и последовавший за ним щелчок дверного замка. Бросаю взгляд на мятую рубашку, шкаф, потом на идеально заправленную постель. Подчиняюсь инстинктам и сдираю с нее покрывало.
Не будет здесь вещей, на которых лежала эта дрянь.
– Соберись, принцесса, – шепчу сама себе и против воли вспоминаю Мирона, чей голос звучит в голове в унисон с моим. – Ты справишься. Я верю в тебя.
Глава 9
Богдан, как та тень, исчезает к обеду из квартиры. Молча и незаметно для меня.
Проводив Владу, он некоторое время шуршит на кухне, делает завтрак из яиц, молока и хлеба. Зовет, ждет, а потом понимает, что я не приду, и выбрасывает подгоревший обед в измельчитель для мусора.
В какой-то момент в квартире становится тихо, а потом едва слышно хлопает входная дверь и раздается поворот ключа.
Все. Исчез.
Открываю глаза и продолжаю бессмысленно разглядывать белый потолок в попытке найти там ответы на вопросы.
Весь запал сходит на нет, на меня наваливается страшная апатия. Я перебираю в голове сцены из прошлого, анализирую свою жизнь, брак и собственный поступок. Дважды прихожу к выводу, что виновата сама.
Потом психую, бросаю очередную подушку в стену и кричу в пустоту:
– Нет! Это он виноват! Он! Он!
По кругу двадцать раз с перерывом на короткие вспышки ярости и желание раздолбать ноутбук, на который скинуты доказательства измены Богдана. Их я пересматриваю с садистским удовольствием.