Яна Мелевич – Больше никогда 2 (страница 6)
– Прежде чем ты откажешься, я немного проясню ситуацию, – Антон поспешно выдвинулся вперед, не дав Оксане толком ответить. Она с подозрением покосилась на его руку, которую выставил в примирительном жесте. – Ничего не законного. Просто несколько уроков в неделю. Они мне понадобятся для обучения одной очень перспективной программы, которая поможет нам с решением всех проблем.
– Звучит подозрительно хорошо.
Она скрестила руки на груди, а Антон закатил глаза.
– Ладно, все не совсем законно. Я хочу проникнуть в дом Боярышникова и добраться до его личного компьютера. У полиции есть сведения, что там куча документов на Донского. А также кое-какие материалы, связанные с отмыванием бюджетных денег через кинокомпанию Глеба.
– Почему полиция не делает все сама?
– Потому что не могут. Официальное расследование в отношении Донского и всех связанных с ним людей прекращено. И еще там Милана, которую я хочу вытащить. Здесь много личного, все не перечислишь.
Оксана вздрогнула.
Упоминание единственной дочери Глеба застало врасплох. Потерев пальцами переносицу, она почувствовала, как Андрей незаметно коснулся ее талии, и отступила. Мало ей сегодняшнего поцелуя, так он опять нагло посягал на личное пространство.
Признаваться, что ей приятно его внимание, Оксана, конечно, не собиралась.
– Ладно, а хакеры? Если они нанимают профессионалов, почему вы не можете?
Мужчины шумно вздохнули и переглянулись, после чего Андрей осторожно сказал:
– Потому что внутреннюю систему Глебу делали Вадим с командой. Не всякий профи способен ее взломать. Да и связываться с незаконными хакерскими группировками в даркнете чревато не меньшими проблемами, чем те, что мы имеем уже сейчас.
– У нас банально нет времени кого-то искать, – печально вздохнул Антон. – Полиция и так выжимает из ресурсов максимум и помогает в рамках закона. Если они уберут с поста главного прокурора нашего человека, станет совсем худо. А они уберут, как только Донской перегрызет всех бывших подельников и проберется в высшие эшелоны власти, где у него покровители.
Оксана уперла руки в бока и прошла по коридору вперед, затем развернулась на каблуках и двинулась назад. Повторила действие трижды в попытке отыскать точку, где достигнет максимального покоя. Такой раздрай в мыслях сводил с ума: хотелось с криком схватить Стаса и бежать подальше от этой парочки с их махинациями.
«И куда? Думаешь, тебя оставят в покое?» – ехидничал голосок в голове.
Не оставят, и Оксана прекрасно это понимала. Какой бы век ни наступил, а политические игры всегда в фаворе. Втянутыми в них могли быть совершенно посторонние люди разных профессий и сословий.
Сильным мира сего нравилась борьба за власть, где ставка – жизнь. В прямом и переносном смысле.
– Я не хочу, чтобы кто-то об этом узнал, – сухо произнесла Оксана и мрачно посмотрела на мужчин.
Андрей поморщился, словно она ляпнула какую-то глупость. Антон мило улыбнулся и рассеянно взъерошил волосы на затылке.
– Да как бы и мне огласка ни к чему. Я же официально не в стране.
– Твой отец понимает, в какое дерьмо ты вляпался?
На сей раз Антон покосился на Андрея.
– Почему она такая занудная? – спросил у него.
– Умолкни и просто слушайся ее, – раздался рык в ответ.
Приятно. Пусть Оксане не требовалось, но защита со стороны Андрея незаметно пригладила вздыбившиеся от волнения волоски. А вот Антон закатил глаза на резкое замечание, после чего вновь посмотрел на нее.
– Мы с отцом не общаемся больше года, если тебе интересно. Я вообще не контактирую с семьей. У нас серьезные разногласия.
– М-м-м, еще один упрямый долбоящер?
Вопрос улетел в пустоту, после которого Андрей кашлянул в кулак и пропищал:
– Я не упрямый.
– Так я не про тебя, – философски заметила Оксана и сбросила туфли. Все. Она устала. Пора к сыну и спать. Завтра разберется в чужих интригах. – Но раз воспринял на свой счет, то бога ради.
– Ксюша!
– Спокойной ночи, мамкины Джемсы Бонды!
Глава 7. Я так соскучился…
«Боженька благоволит идиотам и тем, кто имеет с них много денег. А деньги, как известно, не пахнут ничем. Только новенькой квартиры в центре или кожаным салоном автомобиля».
Старая шутка, высказанная когда-то старшим братом Михаилом, вспомнилась Андрею именно в момент просмотра ленты новостей. В сводках опять писали про поимку очередного информационного мошенника.
Парень, продававший цифровые путешествия для очистки кармы в сети, обратился в фирму Андрея с просьбой взяться за его дело. А оно плевое, ведь по закону мошенник ничего не нарушил. Лишь налогов в казну недоплатил, что решалось несколькими отстегнутыми миллионами в бюджет и парочкой извинений на камеру.
А то, что клиенты не получили видимого результата, так им никто его по договору не обещал. Поэтому развалить предъявленное прокурором обвинение ничего не стоило. Однако Андрея коробил тот факт, что к нему за помощью шли личности подобного рода.
Казалось бы, да?
Век, когда он нарабатывал репутацию сомнительными делами, давно прошел. Но из-за скандала с «Гарантом» его откинуло в начало карьерного пути. Теперь только такие особи приходили в его юридическую фирму.
– Ты же не скатишься до подобного дерьма?
Голос младшего брата заставил Андрея вздрогнуть и оторвать рассеянный взгляд от экрана, где искал нужную папку. Без Юси его рабочий стол представлял настоящий свинарник из различных документов и материалов по открытым делам. Никак не получалось все грамотно скомпоновать по файлам.
Заменить погибшего помощника Андрею не позволяла неожиданно проснувшаяся совесть. Хотя эйчары не раз и не два обращались к нему с вопросом открытия вакансии.
Даже тот факт, что Юся стал невольным соучастником произошедшего скандала, никак не отменял доброй памяти о нем. Тем более что он во всем сознался в последнем письме, которое отправил Андрею на почту вместе с заявлением на увольнение. Буквально за несколько часов до роковой аварии.
– Мне нужно платить людям зарплату, Влад, – откликнулся он и вернул взгляд к экрану.
Треклятая папка нашлась в правом углу. Она скромно притаилась между какими-то неразобранными фотографиями и финансовыми отчетами от Зои Богдановны. Словно специально пряталась от него в течение прошедших двадцати минут.
– Тебе есть чем платить.
– Да, но я не могу лезть в личный фонд каждый раз, когда моя фирма пробивает доходный минимум за год. И где Тони?
– Уехал. Ласточкина дернула его в компанию. Она же финансирует его проект.
Влад устало провел ладонью по волосам и пристроился на ближайшем барном стуле.
В последние месяцы они виделись чаще, чем за все детство. Не сложились у них крепкие братские отношения, как у тех же Канарейкиных с Тасмановыми. В прошлом Андрей все больше времени проводил с Михаилом, а сейчас выходило наоборот.
Но за последние полтора года случилось вообще много чего странного.
– Мария хороша в игре на два фронта. И нашим, и вашим, – хмыкнул Андрей, вспоминая главу холдинга «Палермо».
Хорошая женщина, Мария Федоровна Ласточкина… Относительно бизнеса, конечно.
Хваткая, умная – настоящий профессионал. В прошлом – идеальный конкурент Павла Канарейкина и их с Владом отца. Теперь она тоже заняла тихую противоборствующую позицию, потому что не хотела видеть у власти таких как Донской.
Политики воюют друг с другом, а бизнес бьется за место под солнцем со всеми сразу. Такой вот парадокс.
– Еще немного, и мы превратимся в мафиозный клан на выезде, – подпер кулаком подбородок Влад.
– Отстреливать мудаков запрещает законодательство, а я не спец по уголовным делам, – скептически напомнил брату Андрей и потянулся за графином с виски.
Тихий перезвон бокалов, и янтарная жидкость наполнила их наполовину. Прозрачные кубики упали на дно, и хрустальные стенки моментально запотели.
Пискнула система, когда Андрей полез в холодильник за дополнительной порцией льда. Покосившись на скудные запасы, он сделал в памяти пометку, что пора заказывать доставку. Если в первый день приезда Стаса они обошлись быстрой едой и рестораном у дома, то на завтра лучше вызвать повара и купить продукты.
Иначе Оксана откусит ему голову, а он и так перед ней кругом виноват. Куда уж больше портить их шаткие отношения?
Сложно признавать очевидное и так легко произносить это вслух. Но больно и горько не услышать нужного тебе ответа. Особенно от женщины, дороже которой нет никого на свете. Только ваш с ней ребенок.
Тягостное молчание, мрачный взгляд из-под сдвинутых бровей. Потом едкая усмешка и ядовитые слова, сказанные спокойным тоном: «Ты любишь только себя, власть и, вероятно, нашего сына».
В чем-то Оксана была права: Андрей тоже считал себя неспособным на подобные чувства. А когда понял, как ошибся, наворотил больших дел. Теперь ни сын ему не доверял, ни любимая женщина.