Яна Мелевич – Больше никогда 2 (страница 16)

На диване в обнимку спали два кита.

Разодетые в плюшевые костюмы, Андрей и Стас благополучно посапывали под грохот выстрелов с экрана. Гоночные кары рядом с недостроенной трассой из конструктора намекали, что в процессе сборки отец и сын отключились от усталости.

– Ну… – протянула Оксана, разворачивая экран так, чтобы Михаил видел все. – Они определенно в порядке.

Она поискала взглядом смарт-часы Андрея, но не нашла их. Потом пнула злосчастную косатку, подаренную Валерой в прошлом году, и поморщилась, когда та запела на всю гостиную. При этом киты на диване даже не шелохнулись.

– Погоди, – давясь смехом, провыл Михаил. – Ты должна это снять.

– Зачем?

– Как? На свадьбе Стаса покажешь в качестве архивной хроники. А пока просто поржать над моим братцем, – после чего гостиную сотряс его гомерический хохот. – А-ха-ха, боже! Он правда надел костюм кита!

Глава 17. Затишье перед бурей

– Почему ты не рассказал, что у тебя проблемы на работе?

Андрей замер и перестал размешивать сахар в кофе.

В последнее время для нормального подъема ему требовалась убойная доза сладкого по утрам, чтобы функционировать весь день. Сегодня он обещал стать не только привычно напряженным, но и нервным, потому что в шесть до него дозвонился Михаил и напомнил про Гессера.

Точнее, сначала наорал за отключенную связь, а потом напомнил. Андрей же миллион раз проклял все. Играя вчера со Стасом, он не подумал, что кому-то понадобится. Даже немногочисленным клиентам его фирмы.

К утру оказалось, что всем и сразу. Срочно.

– Не думал, что тебя это волнует, – отпил кофе и поморщился от сладости. Переборщил. – Если вопрос в деньгах, мои личные счета в порядке. Их не блокировали, и я спокойно распоряжаюсь фондом. Вы со Стасом ни в чем не обделены.

Оксана посмотрела на него исподлобья так, словно Андрей сморозил несусветную чушь. А он растерялся, озадачился и непонимающе вскинул брови, попутно пытаясь придумать, кому бы из оставшихся коллег передать дело инфлюенсера. Того, что чистил кармы через виртуальные путешествия.

Причем сделать это нужно максимально быстро и без финансовых потерь, поскольку сам Андрей уже подумывал об убийстве. Ведь они трижды обсуждали стратегию защиты, но великовозрастная жертва социальных сетей продолжала нарываться на проблемы до суда.

Такими темпами дело будет развалено, а суд проигран. Для фирмы Андрея случится весьма нежелательный итог.

– Что? – он устало поинтересовался у Оксаны ворчливо, пока та нарочито громко стучала чашками и недовольно сопела. – Что я опять сделал не так?

– Ничего, – раздался невнятный бубнеж в ответ.

– Ксюша…

Веки потяжелели, и виски знакомо заныли, когда из глубин подняло жуткую морду раздражение. Хорошие впечатления от вчерашнего вечера смазало погано начавшееся утро, а теперь и завтрак в компании Оксаны.

Понятно, почему за последние пару часов она как-то странно косилась на него: то ли с недоверием, то ли с беспокойством. Боялась за собственное благополучие и того, что его деньги внезапно закончатся.

Андрей нисколько не удивился ее реакции, ведь он безропотно и без всяких условий взял финансовые обязательства перед Стасом и Оксаной. Просто стало чуточку обидно за себя любимого. Все-таки он не только большой банковский счет и какие-никакие перспективы, несмотря на испорченную репутацию.

– Что «Ксюша»? – Оксана не выдержала и вновь грохнула чашкой, а потом еще крышкой от многофункциональной машины. – Радов, ты в курсе, что про проблемы надо рассказывать полностью и без утайки?

– Никто ничего не скрывал. Вся информация доступна в СМИ. Читай – не хочу, – сухо откликнулся Андрей, после чего вернулся к распитию мерзкого кофе.

Теперь от него скрипел на зубах сахар, а горькое послевкусие мешало наслаждаться процессом и нормально просыпаться.

– Ты без меня знаешь, какую разноплановую чушь там пишут.

– Тогда не читай.

Они уставились друг на друга: она с возмущением, а он равнодушно. Оксана понизила интонацию, чтобы не побеспокоить сына. Ведь Стас до сих пор не спустился к завтраку, поскольку в школу ему надо было ко второму уроку.

– Радов, я пытаюсь поговорить.

– Нет, ты хотела поругаться и нашла для этого совершенно тупой повод, – огрызнулся Андрей.

От ее жалостливого взгляда на душе сделалось муторнее. Такое чувство, что они вернулись в начало их нелепых и шатких отношений. Взяли и миновали психолога, замечательные дни и проведенную вместе ночь.

Как сказала бы Арина Аркадьевна: деградация успешно выстроенных связей.

У них с Оксаной сегодня целый вечер, чтобы обсудить возникшую проблему с психологом. И, как обычно, ни к чему не прийти.

– Никто с тобой не ругался, Радов. Я задала вопрос и ждала полноценного ответа. В итоге получила все, кроме конструктивного диалога! – прошипела она и, поднявшись, схватила со спинки стула синий кардиган. – Ты видишь угрозу личному пространству там, где ее нет.

Боль усилилась, и ярость полыхнула в крови, точно спичка. Быстро, ярко и опасно. Бешеное пламя понеслось по телу и опалило нервные окончания. Добралось до головы, затем взорвало скопившиеся баллоны с проглоченными за последние дни обидами.

– Отлично, я снова виноват, – чашка со звоном полетела в раковину, а переполошенный от крика домашний робот засуетился возле подстанции. – Теперь мы пришли к общему знаменателю, мать твою!

– Не ори.

– Начинай нормально разговаривать!

– Я пытаюсь! – сорвалась, наконец, Оксана и ткнула в него пальцем. – Пытаюсь с тобой говорить! Играю по твоим правилам, помогаю тебе и жду хоть какого-то доверия, Андрей! Я. Просто. Задала. Чертов. Вопрос! Все! Больше ничего! А получила только нелепые обвинения и твой гнев!

Она отвернулась и закрыла ладонями лицо, после чего опустилась на стул. Андрей же, сжал край столешницы, шумно втянул носом воздух в попытке навести порядок внутри себя и расчистить хаос.

Он досчитал до десяти, затем повторил процесс дважды. Микрочастицы равновесия, разорванного в клочья взрывом, зависли в воздухе вокруг них. Но никак не желали соединиться в единую субстанцию для помощи в разговоре.

Тихое шуршание привлекло внимание, и Андрей чуть не застонал в голос. Меньше всего он ждал, что на их крики спустится Стас.

– И вам недоброго утра, дорогие родители, – буркнул в гудящей тишине. Под напряженными взглядами он дошел до раковины и набрал чистой воды в стакан. – Я, пожалуй, в школе позавтракаю.

– Подожди, я отвезу тебя…

– Вы лучше друг с другом разберитесь. А меня Фаина Дмитриевна отвезет, – чересчур взросло ответил сын.

Стас замер и неуверенно покосился сначала на Андрея, потом на Оксану. Будто не знал, на чью сторону ему вставать. Кого следовало защищать, а кого обвинять во всех бедах, которые сыпались им на головы.

– Милый, прости.

Оксана поднялась, чтобы подойти к нему и обнять, но ничего не вышло. Он шарахнулся от нее и расплескал немного воды себе под ноги. Взгляды присутствующих сошлись на небольшой лужице, которую бросился стирать робот.

– Я устал от ваших криков, – прошептал Стас и вдруг со злостью бросил стакан на пол. – Ненавижу вас. Ненавижу! Почему вы не можете быть нормальными?! Почему вам каждый раз надо ссориться?!

– Стас…

Он вылетел из кухни под изумленные взоры и негромкое оханье Оксаны.

Образовавшийся вакуум сжался, и Андрей с трудом выпустил переработанный кислород из переполненных легких. Все время, пока сын стоял здесь, толком не получалось ни вдохнуть, ни выдохнуть.

– Так больше нельзя, – тихо проговорила Оксана, не глядя на него. – Хватит.

– Ксюша, пожалуйста, прекрати, – попытался возразить он, но замолчал, когда она посмотрела на него печальным взором.

– Нам по отдельности лучше, чем друг с другом. Давай… Разъедемся? Скажем всем, что у нас ничего не вышло. Не сошлись характерами. Тогда и твоим врагам будет неинтересно за нами гонятся. Если хочешь, мы уедем к твоим родителям. Там безопасно…

– Нет.

Оксана дернулась, как от пощечины и обхватила себя руками.

– Никто никого не оставит в покое, – процедил Андрей, чувствуя, как у него едет крыша от больно. Каждое ее слово, словно отравленный гарпун, оставляли на его теле незаживающие раны. – И ты прекрасно знаешь об этом.

– А потом? – робко спросила Оксана. – Что будет, когда все закончится?

– Мы начнем все заново, – твердо заявил он. – Походим к психологу, разрешим наши разногласия, поженимся, родим второго ребенка. Ты займешься своей бестолковой карьерой в кино, я решу проблемы с фирмой и вновь займу положенную мне нишу.

– Я не хочу. Уж точно не так.

– Значит, попробуем иначе.

– Андрей, ты меня не слышишь.

Он развернулся и пригвоздил ее к месту жестким взглядом. На сей раз спорить никто не собирался.