Яна Малышкина – Охота на Любимого (страница 34)

Красиво-о. Даже жалко такую красотищу. Ну, может только фэйри и буду жизнь портить, а такую прелесть не трону.

Меня, кстати, никто не остановил. Встретились по дороге пара фэйри, но они практически сразу куда-то сбежали. Мэлиара, наверное, заметили за моей спиной.

Да, он шел за мной.

Молча.

Только на лице непроницаемая маска, что даже не понятно, о чем он думает, какие эмоции испытывает. Вот этой маской и посмотрел на встреченных фэйри, те и смылись. И это меня на кое-какие мысли навело, но…

Феи не отступают.

Подумаешь легендарный фэйри! А я фея.

Поэтому продолжаю молча идти к дворцу, и вот чем ближе, тем желание присвистнуть все больше. Это ж кто такой гениальный, построил такое великолепие? Я же никогда даже не слышала ни о чем подобном, не то, что видела!

Да-а-а…

Фэйри…

Поднимаюсь по плавно изогнутым ступеням. Меня еще дорожка поразила. Было ощущение, что я иду по свету. Она вся светилась в лучах солнца. А ступени… вот не знаю из чего они, но тепло я чувствовала и через туфли. Очень захотелось снять обувь и пройтись босиком.

Хм, я же тут на какое-то время? Пройдусь. Точно пройдусь. А еще…

— Повелитель! — послышался чей-то голос за спиной, заставивший меня замереть на ступенях.

И вот никаких сомнений не возникло К КОМУ так обращаются.

Я медленно развернулась и посмотрела на Мэлиара.

— Так, ты еще и повелитель, да?

Я смотрела только на Мэлиара и не обращала на никого вокруг внимание. Он тоже смотрел лишь на меня. И даже взгляд не отвел! Вот же!..

— Ну ты и гад, — протянула я.

И развернувшись, быстро перепрыгнула последние пару ступеней, зашла внутрь дворца (кажется, даже догадываюсь чей он). И со всей силы захлопнула дверь перед носом этого повелителя. Еще и крикнула, не подозревая, что тут прекрасное эхо:

— Не ходи за мной!

Эхо увеличило громкость моего восклицания в десять, если не больше, раз. Постояла чуть потрясенная, слушая свой голос. А потом развернулась и пошла искать тут нормальные комнаты для гостей. Не обращая внимание на голоса за дверью.

А за дверьми…

— Это что было? — спросил кто-то шокировано.

— Фея. Разве не видно? — ответил Мэлиар, флегматично рассматривая закрывшиеся двери.

Интересно, какова вероятность того, что его дворец выдержит одну маленькую феечку? Тем более, что если это одна маленькая и сильно разозленная феечка?

Мужчина осмотрел задумчиво воздушный дворец, которому не было равного нигде. Как по красоте, так и по защищённости.

«Что ж… Новый построю. Давно собирался, да все дела были», — подумал Мэлиар, снова глядя на двери, за которыми скрылась его феечка.

Глава 8

Три дня.

Целых три дня.

Я нахожусь в этом дворце целых три дня! И что?

А ничего! Абсолютно! Ни-че-го. Это вообще как?!

Нет, вы представляете?

Зло сверлю стену напротив, сидя на большой полукруглой кровати, скрестив ноги и подперев подбородок рукой. И негодую!

Р-р-р-р-р…

Целых три дня! В этом дворце! Среди фэйри!

И?!!!

Ни-че-го.

Хотя нет. Кое-что все же произошло.

Посмотрела вправо, на другую стену. Там раньше стояла резная тумба из светлого дерева и пара кресел. Еще красивые парные светильники с изумительно искусно сделанными бабочками. Их крылышки так таинственно сверкали в лучах света.

Мебель пришлось убрать, пожертвовав светлой стеной. Светильники остались. Мне их жалко стало. Да и не откручивались они! Как не пыталась.

И такие жертвы были сделаны ради единственного и неповторимого…

Куста. Шур Шурыча.

В общем, светлую, большую стенку пришлось отдать ему на растерзание.

Что тут делает кустик? Тем более, что я его со собой не брала?

А ему скучно одному стало. И одиноко. Да и вообще со мной намного веселее. Ах да, и Мэлиару он свой шедевр не подарил, это тот который кровавый. Это он так объяснил, что он делает в моей сумке с расширенным пространством.

Это я поняла.

Не поняла я другого. Почему он был не просто в моей сумке, а в МОМ БЕЛЬЕ! Да еще умудрился надеть на себя одну из подаренных мамой ночнушек! Да еще и выбрал одну из самых… э-э-э… кошмарных. Кошмарных в плане в ней спать. Потому что в ТАКОМ спать нереально. Со стыда раньше помрешь, чем до постели дойдешь. Там же одни какие-то разрезы, вырезы и дыры! Угу, и цвета такого ярко-алого с кокетливыми бантиками из тонких ленточек.

Я же даже сначала не появлению Куста удивилась, а этому… творению извращённой мысли.

В ступоре минуту, наверное, лицезрела ЭТО. Кустик так хорошо ночнушку надел. ВСЕ можно было рассмотреть!

Куст же подумал, что это я так его появление впечатлилась. И начал корешками по полу водить, мол я такой скромненький и невинный.

У меня от этого зрелища веко дергаться начало.

Вот тут кустик и начал торопливо все объяснять. Что он и скучал, и одиноко ему, и тоже к Мэлиару хочет. Я это все посмотрела-посмотрела и в сторонучку отошла на пару шагов. Просто я сумку же в гардеробную закинула. А комнатка оказалась такой просторной, с зеркалами весящими в воздухе, с пуфиками в уголках и светящимся потолком. Обалденная комната. Там бы еще нарядов повесить, вообще было бы прекрасно.

Но вернемся к сумке.

Я, когда предоставленные гостевые покои рассмотрела, то пошла посмотреть, что мне мама там в дорогу собрала. Свою-то сумку я собрать не успела, да и не брала я ничего. Понадеявшись, что в сумке есть все-таки вещи, я стала рассматривать содержание сумки в гардеробной. И достаю одно платье, второе…

И тут из вещей выскочила ветка. Потом вторая. Пошевелила листиками. Замерла. Я тоже, смотрю во все глаза. И этим самым глазам не верю. Одежда задрожала и из нее появился куст. В совершенно неприличной ярко-алой ночнушке.

И когда он вылез, и рассказывал про себя. Я все это время стояла спиной к зеркалу.

И вот я отошла, чтобы кустику обзор на зеркало освободить. И стою дальше молча, жду. И дождалась!

Куст увидел отражение в зеркале. Замер. Потом резко бросился к зеркалу, так что вещи, которые были вокруг, разлетелись из-под его корней. И Шур Шурыч, уперевшись веточками в зеркальную поверхность, смотрит… видимо, на себя.

Одну секунду смотрит, вторую… И тут начинает дергано снимать с себя ночнушку!

Дергается как припадочный, трагически заламывает веточки, корешки. И дергает ночнушку, чтобы ее снять. А тряпочка сниматься не хочет и за все ветки, сучки кустика цепляется.

Я уже немного отошла от такого зрелища и кинулась кустику помогать. И тоже начала дергать неприличную тряпочку, пытаясь стянуть ее с друга. А Куст так дергается, что только еще больше в ней запутывается. Я в одну сторону тяну, он в другую. Результат нулевой. Куст яростно шуршит, я шиплю и…

И в этот момент двери в гардеробную открывается.

Мы как это поняли, что не одни больше, вскрик женский услышали. Замерли, не шевелимся. Потом и я, и кустик медленно повернулись в сторону дверей. Оценили ошеломленный вид девушки, замершей в дверном проеме и смотрящей на нас.

У нее и так глаза были большими и ошалевшими, а когда кустик повернулся и предоставил обзор на, так сказать, всю красоту ночного наряда, то… Дышать, кажется, она перестала. А еще покраснела вся.