Яна Малышкина – Чужой спор 2 (страница 36)
А на другом конце крыши вдруг раздалось негромкое:
— Опять мне крышу ремонтировать?! — возмущенно ворчал ледяной лев. Говорил он приглушенно, но отчетливо.
— Так, тебе не привыкать. Опыт. Быстро справишься, — отозвалась одна из горгулий.
Послышалось рычание.
— А давайте позовем огненных духов-стражей? Пусть за своим присматривают!
— Угу. А Анабель мы с ними тоже делить будем? Она только-только к ледяным привыкла. Пожалей девочку. Ее одну на столько яичниц не хватит. Огненные же. Жрут, как не в себя!
— И не толстеют. И парапет под ними не рушится, — горько вздохнул лев, уже магией обновляя крышу и защищая помещение от снега и сквозняков.
Тётя свалилась с мигренью.
Поэтому за день до Второго Зимнего Бала по магазинам бегать и проверять все заказанное приходилось мне.
Магазины я возненавидела.
Может только тётины поручения я и пережила бы. Не впервой. Но тут случилась неожиданность в виде ледяных статуй. Точнее те, кто ожил.
Мало того, что Лисса осталась с ними. И чтобы поддержать-помочь, и потому что так было безопаснее для нее. Так эти сосульки… решили использовать меня в качестве посредника с внешним миром.
Началось все с невинной просьбы принести кое-какие мелочи. Я согласилась. Жалко девчонок было (с артистом мы не сошлись. Его почему-то очень бесило мое присутствие). Тогда я еще не предполагала в какую проблему это выльется.
Принесла. Сосульки были рады. Потом еще одна просьба… И еще одна. И еще.
В результате снова магазины, лавки, мастерские. Все приходилось именно покупать, так как даже подходить к домам бывших статуй и их родственников драконы запретили. Собственно, они все и оплачивали.
Мне еще пришлось успокаивать ледяных дев, когда им объяснили, что их родные и близкие не беспокоятся о них. Магическая заглушка на эмоции. Успокоили их тем, что как только они вернут себе нормальное состояние и вернутся домой, она снимется.
— Ана, не злись, — сказала как-то Лисса. Когда я уже готова была взорваться от негодования и раздражения на этих… этих сосулек!
Взглянула на подругу волком. Еще немного и взвою.
— Им просто страшно. Боятся, что их здесь закроют совсем. А так создается иллюзия свободы. Вот и гоняют тебя то за одним, то за другим, — тихо объясняла Лисса.
Мне от ее слов было не легче. Да я все понимаю! Но… не легче.
Однако глубоко вздохнула и пошла за новой порцией фигни. Решив заодно заглянуть в лекарский магазинчик и прикупить пустырника. Пусть нервы успокаивают! А то они уже у меня сдают.
Еще и Мартин все время пытался связаться через кристалл связи. А у меня не было возможности ему ответить. Но его упорство насторожило. Что такого могло случиться?
Я выскочила из очередного магазина, нервно закрывая сумочку. Все, это последний. Поспешила к углу, чтобы пройти между магазинами на соседнюю улицу.
Сейчас найду какое-нибудь кафе, закажу себе шоколад и отдохну. Гонку на выживание, скромно именуемое магазины перед очень-очень важным балом, я пережила.
Свернула за угол и… Уткнулась в черный мундир, на котором сверкали бронзовые пуговицы. Окутало знакомым ароматом зимней смородины.
Недоуменно моргнула. Странно. Как скрипит снег под подошвами не услышала.
— Простите, — пробормотала. И не поднимая головы, обогнула мужчину. Точнее попыталась обогнуть.
Меня схватили за руку. Пришлось обернуться.
Трей!
Возмущенный взгляд чешуйчатого не смутил.
— Анабель… — ослепительно улыбаясь начал он, но продолжить не успел.
Неожиданно щиколотку обожгло ледяным холодом. Холод стрелой пронзил тело до плеча, а потом до ладони.
И между перчаткой с мягкой опушкой и рукавом на открытом участке кожи сверкнуло серебристое пятно. Которое мало того, что подозрительно двигалось как жидкая клякса, так еще и узором напоминала чешуйки.
Мы с драконом изумленно уставились на мою руку.
Трей другой рукой без спроса поднял выше рукав, оголяя кожу. Но я даже не возмутилась его нескромным жестом. Потрясенно смотрела на то, что у меня было на коже.
Из моей руки, той самой, что удерживал дракон, появилась серебристая воронка. Мы удивленно посмотрели на нее. И из нее вылезла маленькая головка миниатюрного серебряного дракончика.
Аккуратный носик, большие умненькие глазки, волнистый сверкающий алмазами гребешок и матово-серебристые чешуйки. Головка дракончика напоминала не реальных представителей, один из которых застыл соляным столбом рядом, а искусную ювелирную работу.
Головка встряхнулось и деловито осмотрелась. Поглядела на изумленно смотрящую меня, заинтересовано замершего Трея… И возмущенно зашипела на последнего!
Тот медленно приподнял бровь.
— Какой грозный, — протянул он.
Не только я уловила насмешку в голосе мужчины. Дракончик тоже понял, что его всерьёз не воспринимают. Обиделся и дыхнул серебристым огнем… который не долетел до застегнутого на бронзовые пуговицы мундира мужчины.
— Мда, — выдал Трей.
И это стало его ошибкой. Дракончик совсем обиделся. Нырнул обратно в серебристую лужу-воронку и…
— Какого Вечного льда?! — яростно рыкнул до боли знакомый голос.
Мы с Треем ошарашенно смотрели на рухнувшего из воздуха в сугроб рядом с нами ледяного. Босиком, в одной расстегнутой рубашке и домашних штанах, с мокрыми волосами, вода на которых почему-то не замерзала, а быстро испарялась. Ледяной, ругаясь поднялся, заметил нас и осекся, хмуро смерив взглядом почему-то меня. И…
Почему-то спросил у своего друга!
— А она тут что делает?
У меня на мгновение дар речи пропал. Зато потом…
— А вы?!
Меня проигнорировали и огляделись. И тут из лужицы вылезла довольная серебристая мордочка…
— Гольдж?! — ледяной потрясенно уставился на дракончика, который приветливо ему махнул.
— Вы его знаете? — быстро ухватилась я, сориентировавшись.
На меня хмуро посмотрели.
— Да. Это мой дух-хранитель семьи, — потрясающее. И потом еще более невероятное: — Вы его украли?
Возмутились двое.
Я и дракончик.
У меня просто челюсть к снегу устремилась от наглости и бестактности некоторых. А дракончик вылез из своей лужи и начал что-то шипеть, объяснять, активно жестикулируя.
Лично я не поняла ничего, а вот ледяной…
— Ясно. Это ты, паразит, меня сюда выдернул, — констатировал Ириар, прищурившись. — И зачем?
Дракончик объяснил.
Понял только ледяной, так как он крайне недовольно ответил, взглянув на меня таким взглядом, что я невольно шарахнулась назад:
— Это, — выразительный кивок на меня. И с нажимом. — Не наша леди.
Кажется, хотели сказать другое слово, но почему-то использовали нейтральное «леди».
Недовольное шипение.