Яна Лари – Сводные. Я тебя уничтожу (страница 5)
Да уж… Не такого хамства я ожидала, конечно…
Хотя нет. Почему это? Примерно такими я себе и представляла ребят его круга. Чалов задал тон, а этот подхватил.
В комнату отдыха возвращаюсь в смешанных чувствах. Юля так и ждёт меня у двери. Значит, всё слышала…
— Я же говорила, — комментирует она мой конфуз.
— Придурок, — не вижу смысла отстаивать первое впечатление. — А почему Зевс-то? От какой-нибудь фамилии типа Зевахин или просто любит пафос?
— Зевс? Его теперь так величают? — угорает Юля. — Знал бы Арс с чьей подачи, давно переехал меня на своём мотоцикле… Дважды!
— Это что-то нехорошее? — пытаюсь разобраться в нестыковках. — К нему так вроде приятель обращался. Твой Арс даже бровью не повёл.
— А что ему остаётся? Если над тобой смеются, посмейся и ты над собой вместе со всеми. Тогда дразнить тебя станет неинтересно. Но уверяю, внутри его так же бомбит, как утром после выпускного, когда кто-то выложил в сеть позорное видео, где пьяный сынок олигарха прищемил себе хозяйство молнией. И хэштег #размножаюсьпочкованием.
— Твоих рук дело? — улыбаюсь я, чувствуя, как настроение начинает улучшаться.
— Нет, что ты! — спешит откреститься Юля. — Не хватало, чтоб этот безбожник передо мной ширинку расстёгивал! Без понятия, с кем он ушёл с выпускного. Я только с фейковой странички нарекла его Зевсом. И надо же, прицепилось. Повелитель молний, блин.
Смеяться у кого-то за спиной, конечно, плохо, но удержаться просто нереально.
— Так, а ты его откуда знаешь?
— Моя мать устроилась к ним поваром. У меня частичный грант в семьдесят пять процентов по результатам олимпиады. Так что моё обучение обходится всего двести штук в год. Но всё равно это до черта! Первые два года нам с мамой придётся затянуть пояса, а дальше я планирую оплачивать сама за счёт подработки, заодно и попрактикуюсь. Да что рассказывать, ты же тут тоже по гранту?
— Я нет, — отвожу глаза. — Мне просто повезло. Первых мест на олимпиадах не занимала, математику и вовсе нужно подтянуть, а то отчислят.
— Не переживай, подтянешь, — произносит Юля с такой уверенностью, что я к ней всё больше проникаюсь симпатией. — Пошли, посмотрим, что там за столпотворение.
В комнате отдыха, несмотря на солнечный день, ажиотаж. Брошюра не обманула, всё довольно прилично. Утопающее в неоновом свете помещение с длинной стойкой, небольшие диванчики, фоном ненавязчивая музыка с экрана плазмы… Действительно, зона для релакса. Если бы не концентрация нездорового азарта в правом углу. Как на ринге.
Там команда из двух девушек играет против команды парней в таком же количестве в настольный футбол. Вокруг толпа болельщиков гудит, как будто на кону автомобиль как минимум.
Мой сводный брат там же, равнодушно следит за игрой, сидя на высоком стуле у стойки. Окружающий мир мгновенно сужается до его персоны, по вискам долбит адреналин, ногти самопроизвольно впиваются в ладони.
Он словно чувствует на себе мой взгляд. Светло-голубые глаза впиваются меня, как льдинки, черты лица неуловимо заостряются.
Понимаю, что стою и пялюсь на него как дура, но выпустить его из поля зрения не позволяют инстинкты. Я подсознательно готовлюсь к неприятностям, из последних сил стараясь этого не показать. Не люблю я ситуации, которые вызывают настойчивое ощущение, будто бегство — не самый плохой вариант решения проблемы.
— Гол! — взрывается ликованием компания парней, всё же перетягивая на себя моё внимание. — Вы продули, девочки.
Эффектная брюнетка презрительно прищуривает свои кошачьи глаза.
— Пусть Кобылкина отвечает, — ржёт второй игрок команды противников. — Эля, что скажешь, покопаемся в грязном белье твоей подруги или выберешь действие?
— Прости, Ви, — улыбается брюнетка напарнице. Впрочем, без особого сожаления. — Я выбираю компромат.
— Вот ты овца! — шипит на неё девушка, словно они и не сражались вот только что за победу плечом к плечу.
— Своя рубашка ближе к телу, — сиропным голосом заявляет Эля. — Итак, компромат: Ви вчера нарушила запрет на курение и дымила в форточку.
Её слова находят подтверждение в коротком видео, снятым на телефон.
— Детский сад какой-то! — Закатывает глаза парень из второй команды. — Штраф в три тысячи — это не серьёзно. Вот если б Ви кому-то свои дыньки показала в форточку, другое дело! Короче, я умываю руки, игра становится тухлой. Замените меня кто-нибудь.
— Я сыграю вместо тебя, Пит, — неожиданно вызывается Ярослав.
— Да, блин! Стоило мне слиться и пошла жаришка. Так и знал! — азартно потирает руки выбывший. — Выбирай противников, Яр. Или как правильнее сказать… жертв?
Взгляд сводного брата возвращается ко мне, и я чувствую, как сердце начинает стучать быстрее. Мне не хочется, чтобы он меня впутывал в свои сомнительные игры. Я не доверяю этому человеку, он пугает меня.
Глава 7
— Сыграем?
Предложение Ярослава меня не удивляет. Я прочла его до того, как он открыл рот, по сузившимся зло глазам. И даже собираюсь отказаться, когда в наш диалог вдруг вмешивается Элла.
— Серьёзно, Чалов? Ты собираешься играть с этой лохушкой?
Я вида не подаю. Но как же неприятно. Ар-р!..
— А ты теперь его ко всем подряд ревнуешь? — скалится Пит. — Кобылка больше не вывозит?
— Да пошёл ты, — высокомерно огрызается красотка.
Как же бесит этот её тон, повадки… Всё!
— А давай, — принимаю вызов Ярослава, за что получаю едва заметный толчок от Юли.
— Ты спятила? — шипит она шёпотом. — Видела, как играет второй игрок в его команде? Если Чалов орудует штангами хоть вполовину так же, тебе хана.
— НАМ, Юля… — поправляю её, внимательно глядя в глаза. Хочу заодно посмотреть с каким человеком делю комнату. — Ты ведь меня поддержишь?
— А-а-а… Была не была! — Машет она рукой и добавляет вполголоса. — Надеюсь, ты понимаешь, на что подписалась.
Конечно, я знаю, на что иду. Решающим может стать что угодно: длительное отсутствие практики у меня или более отточенная техника у оппонентов. Конечно же, я решительно настроена на победу. Мне плевать на зрителей в случае проигрыша, но если проиграет Чалов, публика мне будет только на руку. Кобылкина, освобождая нам место, мстительно наступает мне на ногу.
— На всякий случай напоминаю, смысл кикера состоит в том, чтобы забить мяч в ворота соперника, — снисходительно просвещает нас с Юлей Пит, всем своим видом демонстрируя нулевую вероятность того, что нам каким-то чудом удастся одержать победу. Он же подбрасывает в воздух монетку. — Итак, у нас выпал орёл. Это значит, что первыми подают мяч парни. Игра до пяти голов. Победитель выбирает, кому из команды проигравших отдуваться. Выбор просто шикарный: либо рассказать что-то компрометирующее напарника, либо… действие, — гаденько ухмыляется. — Поехали!
Мои руки начинает потряхивать мелкой дрожью. В том, что Чалов в случае победы не упустит случая меня унизить, нет никаких сомнений. Нужно сконцентрироваться, потому что вариант, где я выдам чужой секрет и создам Юле проблемы с Зевсом, не рассматривается. Я выберу действие. И это, без сомнения, будет какой-то лютый треш.
У Чалова очень агрессивный стиль игры. Очень-очень цепкий игрок. Буквально выцарапывает мяч. Не даёт единого шанса, что тот проскочит мимо него по какой-то странной траектории. Уверен в себе. Это видно по тому, как чётко он производит движения и забивает в наши с Юлей красные ворота свой первый гол.
Рассчитывать приходится только на себя, и тут мой немалый опыт как нельзя кстати.
Юля же бьёт наугад. Полагаю, если она и играла когда-либо в кикер, то на столе для игры такого уровня категорически непригодном. Проблем добавляет стеклянное покрытие поля. Поведение мяча на такой поверхности становится практически непредсказуемым. И победа зависит больше от реакции, чем от стратегии.
Моя попытка провести мяч к воротам не удаётся. Но мне удачно представляется возможность ударить с центра. И… гол!
Мяч опять у синих. Чалов не рисуется, хотя с его опытом мог бы, и не наслаждается игрой. Его интересует исключительно победа. Чем быстрее, тем лучше. Он на первых же секундах забивает нам с места, через всё поле.
Счёт: три — два. Синие ведут. Есть отчего начать нервничать, времени нет. Поэтому не тушуюсь и не сдаюсь, отвечаю не менее дерзко. Со всей силы вколачиваю свой фирменный снейк шот открытой ладонью в синие ворота. Уследить за полётом мяча после чётко исполненного снейка практически невозможно, куда там тормознутому напарнику Чалова среагировать.
На механическом счётчике, установленном возле ворот, по два гола на каждую команду. Если предыдущая игра сопровождалась выкриками болельщиков, то сейчас тишину, кажется можно проткнуть. И она рванёт!
И я, и Чалов, не сговариваясь, выбрали роль нападающих. Но защитник с его стороны охраняет ворота намного лучше, чем Юлька. Психологическое напряжение нарастает. С лица сводного брата даже на миг спадает каменное выражение.
Он практически сразу берёт себя в руки, но я успеваю заметить и удивление моей игрой, и азарт, и убийственное просто желание выиграть, пожалуй, равное моему.
Сжав зубы, оба остервенело вращаем штанги. Я удерживаю мяч на месте, с высокой скоростью обводя вокруг него своего игрока. Защитник Чалова двигается всё более хаотично, не понимая, с какой стороны ждать удара. Улучив момент, пробиваю прямо.