Яна Лари – Границы (не)приличия (страница 40)
— Стас, та машина… В общем, она вылетела на встречную полосу… Выживших нет.
Экран телефона тоже покрывается сеткой трещин. Выронил.
Я будто пьяный, ухожу всё дальше куда-то в себя, как в лабиринт. Достаю из холодильника бутылку. Нужно напиться, потому что очень хочется сложиться вдвое и выпустить из себя всё то что сводит лёгкие. Ощущение тяжести становится непереносимым.
— Стас?! — фоном не унимается Лис.
Голос друга врезается в мозг секундой осознанности и коньяк летит в стену. Сажусь на корточки. Не хочу надираться. Хочу чувствовать эту боль. Иначе забреду совсем далеко. Туда, откуда никакому мозгоправу не вывести.
Глава 50
Хлопок парадной двери в очередной раз резко повышает моё давление. Снова не Стас. Какой-то подросток сворачивает в сторону мусорных баков. Безнадёжность ожидания крепнет во мне с каждой минутой.
В окнах седьмого этажа свет не горит и внутри всё угасает.
Может, Королёв напился с горя и спит? Или, наоборот, переживает — рыщет по всему городу, не зная где меня искать.
Жаль, что вместо номера нельзя набрать шесть букв, как он был записан в моём телефоне. Мобильный, симка — всё осталось в нагрудном кармане Мишиной куртки.
Бросаю ещё один взгляд на тёмные окна и отворачиваюсь, агонизируя внутри оттого, что до квартиры, где можно дождаться Стаса рукой подать. А мне эту руку словно отрезали. От мысли, что где-то совсем рядом Миша точно так же выжидает, когда я решусь вернуться, сводит живот. Любовь тянет меня обратно, а ответственность за крошечную жизнь гонит, толкая в спину.
Стараясь не шуметь, отлипаю от боковой стены аптеки и ухожу быстрым шагом. Сворачиваю за угол. Район хоть старый, но хороший. Фонари горят все как один. Сейчас это не радует, слишком светло. Я как на ладони.
Держусь в тени. Несколько раз зажимаю себе рот трясущимися руками, заслышав шаги за спиной. Внутри, наверное, каждый орган дрожит. Уже даже не пойму, от страха или от злости. Топографический кретинизм не позволяет хоть приблизительно сориентироваться, в какой стороне находится частный дом Королёвых.
Ночная прохлада щиплет ссадину на лбу. Стукнулась о переднюю панель, когда Миша резко ударил по тормозам, выворачивая на тротуар. Гаишников испугался. Незапланированная встряска пришлась мне на руку — я со всей дури кинула в него рюкзаком. Кажется, было слышно, как хрустнул под весом статуэток мой планшет.
Чёрт с ним.
Зато этой заминки хватило, чтобы выскочить из машины и побежать между прохожих куда глаза глядят. Мотор завёлся почти сразу, но я уже не стала оглядываться. Мысль о персональной канистре бензина в багажнике подстёгивала хлеще своры спущенных с цепи собак.
После часа бесцельной ходьбы я останавливаюсь перед дверями гостиницы. Простой фасад вселяет уверенность. Потяну. Вообще-то, во внутреннем кармане куртки лежат документы и карта, куда мне перечисляют деньги за звонки. Пригодилась детдомовская привычка хранить все ценности под рукой.
Я спокойно могу позволить себе провести ночь где угодно, хоть в номере люкс, но не вижу смысла тратиться. Безопасность и пару часов сна сейчас всё, что мне нужно.
На ресепшене беру одноместный номер. От усталости не успеваю полностью переваривать бойкую речь администратора. Девушка начинает хмуриться, явно заинтересовавшись моим состоянием. Прошу поторопиться, потому что меня жутко мутит.
Волшебное слово «токсикоз» творит чудеса, не проходит и пары минут, как я опускаю голову на подушку.
Сон не идёт. Теперь мне неопределённо и одиноко. Достаю из внутреннего кармана тест, который бросить с вещами в рюкзак не поднялась рука. Теперь это тоже моё сокровище.
Недолго думая, возвращаюсь на ресепшен, прошу бумагу и ручку. В номере складываю плотный лист пополам, на время зависаю, озадачившись выбором места встречи. Понятия не имею, как пойдёт разговор… после прошлой записки.
Стас не может усидеть на месте, когда нервничает, у меня из-за гормонов чуть что слёзы наворачиваются. Нужно что-то относительно уединённое, где можно и пройтись, и пореветь, и никто не станет мешать да таращиться.
Едва дожидаюсь утра. Отдаю курьеру экспресс-письмо и принимаюсь считать часы.
Глава 51
Это была самая длинная ночь в моей жизни. Ночь, охватившая часть лета и осени. Ночь, когда я, чтобы не свихнуться, прокручивал каждый день, прожитый за этот период. Даже те, когда рядом не было Аси. Физически я мог быть где угодно, но она не оставляла меня с первых минут.
Утром не узнаю себя в отражении зеркала.
Кто ты, нежить?
Что у тебя с волосами? Откуда эти седые пряди?
Кое-как умывшись, плетусь мимо своей комнаты. Кажется, на моей кровати ночевали Север и Лис. Проверять неохота, хотя дверь приоткрыта. С тех пор как съездили вчера на место аварии ничего неохота…
Придурок пытался уйти от гаишников и на скорости врезался в другую машину. Говорят, в багажнике была канистра горючего. Близко нас не пустили, пришлось издалека смотреть на обугленные и смятые железяки. Выжить в таком замесе нереально. Не знаю, как до сих пор не тронулся умом от происходящего. Пока могу, убеждаю себя, что соседка напутала. Сейчас не вспомню, видел ли на ней очки, а значит Вагановна могла ошибиться как в цифрах, так и цветом волос. Сама говорила — стемнело. Разумеется, все кошки будут серыми!
Бросаю взгляд на Асину кровать. Полночи я гипнотизировал экран ноутбука, ожидая ответа от Жана.
А его всё нет. Даже не знаю, что лучше. Только надеждой, что с Асей был он и держусь.
Звонят в дверь. Бросаюсь открывать, целую вечность воюю с замком, но на лестничной клетке стоит незнакомый пацан. Не она.
— Служба экспресс-доставки.
Как в тумане ставлю свою подпись в протянутых бумагах. Под звук удаляющихся шагов надрываю полученный конверт. Пальцы подводят. От нетерпения аж дурно становится и во рту пересыхает. Чувствую себя также взволнованно, как вчера, когда нашёл записку. Только страха в этот раз нет. Если Ася пишет, значит ещё можно переиграть.
Я всесилен, пока она дышит.
Строчки перед глазами плывут, и я отчаянно пытаюсь связать их воедино.
Последние слова особенно остро врезаются в подсознание. Это «нас» вышибает из лёгких последний воздух. Всё-таки нас будет трое.
— Север, я возьму твою машину, — кричу, обуваясь, и хватаю ключи, не заботясь, был ли услышан.
Захлопнув за собой дверь, сворачиваю на лестницу. От быстрого бега в ушах гудит настолько, что я не слышу собственных мыслей. Кулаком вот-вот раздавлю зачем-то подобранное в прихожей яблоко. Осознать свои порывы до конца не получается.
Оставляю машину у парка. На часах ещё даже не полдень. Где-то на середине аллеи чуть замедляю шаг. До встречи ещё столько времени, что выть охота. Верчу в руке пустую пачку из-под сигарет. За последние сутки в моих лёгких никотина побывало больше, чем воздуха. Сейчас не лучший момент бросать, но в ближайшее время надо бы. И только собираюсь свернуть к киоскам, как вижу её.
Ася бредёт мне навстречу. Задумчиво смотрит себе под ноги, что-то крепко сжимая в кулаке. Она одета не по погоде тепло. Ботинки, джинсы, расстёгнутый пуховик. Уверен, как всегда, ледяная. Моё личное зимнее солнце.
— Ася! — зову поверхностно и рвано дыша.
Мне нужно столько всего сказать ей, успокоить… Но когда она поднимает голову, все связные мысли утилизируются. В горле встаёт ком размером с кулак.
Бежим навстречу друг другу. Меня всего колотит. Сжимаю её как ненормальный, понимая, что ради этого момента действительно стоило верить до последнего. От облегчения и счастья сердце заходится.
— Я опять сбежала… В очередной раз… Так сильно хотела и получилось! — выпаливает она бессвязной скороговоркой, крепко обвивая руками мою шею. Ася вся ледяная, но рядом с ней жарко-жарко и ноги земли не чувствуют.
Я так тосковал по тебе, моя невесомость.
— Ася… Прости меня, родная, — глухо шепчу ей в макушку. — Я так вас подвёл. Не успел… Не уберёг…
— Королёв, перестань говорить ерунду. Ты в меня сразу поверил, и я в тебя верю, слышишь? Я всё поняла… У нас не получилось, потому что пытались поодиночке. Теперь будем только сообща. Вместе мы с ним справимся, вот увидишь.
Похоже, Ася не в курсе, чем для Миши закончилась эта поездка.
— Миша больше не опасен. Всё кончено, — говорю обтекаемо, чтобы оградить её от жутких подробностей. Хватит с нас жести.
— Ты знаешь, где он? — Она отстраняется, с недоверием заглядывая мне в глаза. — Просто в его багажнике была канистра бензина. И если он с ней вернётся… Я хочу быть во всеоружии.
— Надеюсь, что знаю. Не буду утверждать, пока сам не перепроверю. Только сначала передам тебя под присмотр Лиса и Дана. Вот держи, — вкладываю в холодную ладонь, согретое в моей руке яблоко. — Витамины для вас.
— Сюрприз не удался, да? — Ася растерянно шмыгает носом, протягивая мне тест. Положительный.
— Разве это важно? Важно, что я всё-таки не спятил, сначала от счастья, а потом от страха за вас. Ну чего ты? Только не плачь, — веду костяшками пальцев по её мокрым щекам, — Просто обними меня покрепче, ладно? Больше никто вас не обидит. Никогда.