Яна Лари – Границы (не)приличия (страница 27)
— Аргументируй, — он надменно приподнимает бровь, а у меня от его кривоватой улыбки моментально горячеет кровь.
Красивый, зараза. Хоть в фас, хоть в профиль. Глаз не оторвать.
— Ну как-то это всё… — медлю, пытаясь подобрать подходящее слово. — Даже не знаю, как назвать… Нечестно. Тебе совсем не жаль наивных девочек?
— Спорная тема. Наивные девочки хотят внимания и секса не меньше нас, парней. И в том, и в другом случае это как минимум повышает самооценку. На самом деле всё зависит от того, с какой целью конкретную девушку соблазняют. Открою тебе секрет. Подавляющее большинство интересующихся такими заметками — самые обычные неуверенные в себе ребята, которые отчаялись обратить на себя внимание одной-единственной понравившейся девушки. Мы влюбляемся и переживаем точно так же, как и вы. Шпильки, макияж, красивое бельё — оружие куда мощнее. А бабники… они в подобных уроках не сильно нуждаются. Уверенность и нахрап даются от природы.
— Ты тоже учился этому ради одной-единственной? — смутная ревность явственно отражается в голосе, вызывая его улыбку.
— Я сильно не люблю сюрпризы, поэтому упорно готовил сани с лета. Планировал встретить свою большую любовь уже во всеоружии, — лёгкий поворот головы в мою сторону вызывает уже мою улыбку. — Но она меня всё равно обезоружила.
— А те, на ком ты тренировался?
— Если девушка хотела больше, чем я мог на тот момент предложить, то она об этом узнавала сразу и прямым текстом. Я за честность.
— Да ты современный Купидон, — фыркаю иронично, разрываясь между удовольствием от его ненавязчивого признания и озабоченностью количеством моих предшественниц. Меня это не касается, но почему-то всё равно колет.
— Самому не верится, что эти заметки вызвали такой ажиотаж, — отзывается Стас, устало растирая пальцами переносицу. — Теперь у меня в журнале собственная колонка. Расту. Ты как, выспалась?
— Ох, чёрт… Чёрт! — подрываюсь, в неверии таращась на время в углу монитора. — Это же сумерки за окном, не рассвет, да?
Но шок у меня вызывает даже не это. Совсем другое. Полнейший ступор.
— Ну и? — развернувшись, он дёргает меня за локоть, заставляя упасть обратно на кровать, и нависает над моим, наверняка ошарашенным, лицом. — Отсыпайся. Сама говорила, что в салоне ремонт. Куда тебе спешить?
— Подожди, — нервно отвожу глаза от его губ, с опозданием осознавая, что под одеялом на мне только трусы. — Ты… Ты же просил провести вместе всего один день и даже не разбудил меня!
— Значит, я похерил свой шанс, — звучит почти легкомысленно, но фоном бушует такой ураган эмоций, что это ощущается физически. Отголоски вчерашнего безумия клубятся в его расширенных зрачках, насыщают воздух. Адреналин по щелчку разгоняет пульс.
— А в чём подвох? — шепчу, не донца уверенная, что Королёв вот так запросто отдал мне своё, с боем выторгованное, время.
— Ни в чём. Но если ты поторопишься, то у нас останется… — Стас нехотя отворачивается, якобы посмотреть на время, но мне кажется, просто пытается уйти от вопроса. — До моей смены в доставке ещё два часа. Собирайся.
— Будешь испытывать на мне свои техники? — безотчётно касаюсь пальцами его плеча. Он замирает. Кожу моментально присыпает мурашками до самого локтя.
В просторной спальне вдруг становится тесно, как в коробке.
— Ты не оставляешь мне выбора, — откашливается Стас, скрывая хрипотцу.
— Ладно, будут тебе твои два часа. Это даже интересно, — от греха подальше быстро встаю с кровати в чём есть. Всё равно ничего нового Королёв у меня не увидит.
Поспешный вывод, конечно. Меня словно кипятком окатывает от последующего шального взгляда на мою грудь. И даже спиной продолжаю чувствовать его жар. Уже покалыванием на ягодицах. Моё откровенно нервозное отступление напоминает побег. Ну и ладно. Не надо смотреть так… Так!
— Готова? — спрашивает Стас, когда я возвращаюсь полностью одетая и благоухающая фруктовым гелем для душа.
— Смотря к чему. Куда мы идём? — уточняю на всякий случай.
— В ресторан, — беззаботно усмехается он. Я с упавшим сердцем оглядываю своё бессменное платье из пёстрого сатина. — Ася… Ты красавица, знаешь?
Ремарка, вызванная, скорее всего, моей растерянностью, не добавляет оптимизма. Но его компенсируют сияющие глаза Стаса и благодарность за такие необходимые пару часов сна, которые он уступил мне в ущерб своим интересам.
— Спасибо, — вымучено улыбаюсь, заранее предвидя ещё то испытание. Ну лохмотья же, как ни глянь, в то время как Королёв ослепителен в своих простых брюках и белой рубашке.
— Ты когда-нибудь ужинала в полной темноте? — вопрос в придачу к недоумению вызывает ещё и необъяснимую опаску. О чём это Стас?
— Заточить припрятанный пряник под одеялом — считается?
Комнату заполняет его глубокий тихий смех.
— Идём. Нас ждёт незабываемый ужин.
Глава 34
Короткая поездка в такси кажется вечностью. Стас молча курит одну сигарету за другой, а я нервничаю всё больше, с каждым проеханным метром. Напряжение растёт, накручивается и достигает пика, когда машина притормаживает в тихом местечке, недалеко от центра.
Ресторан на вид не пафосный, но явно не из самых дешёвых. И ведь не спросишь, зачем нужно было так тратиться. Обидится.
Ладно, не маленький. Сам придумал, самому и разруливать.
Пока я потерянно рассматриваю сверкающий огнями фасад здания, Королёв обходит машину, галантно открывает дверь и взглядом поднимает меня с сидения.
Стараюсь видом не выдать своего смятения. За мной никогда так не ухаживали. Были ромашки, кафешки, мороженое, но это совсем другой эмоциональный уровень отдачи.
Прислушиваюсь к себе, пытаясь определить, что меня так сильно смущает. Тот факт, что я поощряю чувства Стаса? Так они в нас уже есть, вне зависимости от нашего желания.
Стесняюсь неподходящего платья? Уже не уверена. Стас
Может, неловкость за свои манеры? Вот тут, конечно, беда. Не представляю, как буду вести себя непринуждённо тет-а-тет. Там же наверняка опять будет куча приборов, а он как ястреб ловит каждый мой жест. Хуже собственного стеснения только то чувство, когда стесняются тебя.
Внутри ресторана нас встречает официант. Провожает к входу в зал, отгороженный серией тяжёлых занавесок. Зачем-то убирает в сейф мою сумку и наши мобильные телефоны, а затем предлагает выбрать одно из двух меню-сюрпризов.
Напряжение мешает оценить красоту интерьера. Ни одной детали не отпечатывается в мозгу — всё сливается. Я не просто нервничаю, у меня предательски трясутся коленки. Буквы в протянутом меню безбожно пляшут, упорно не желая складываться в слова.
— Первое мясное, второе — морепродукты, — тихо подсказывает Стас, подбадривая меня мягким прикосновением к талии.
— Пусть будет первое, — рассредоточено улыбаюсь, чувствуя, как от скольжения его пальцев по пояснице пол под ногами качает и становится душно.
Кто-нибудь, включите уже кондиционер!
Благо нас без заминки приглашают пройти дальше. И вот тут, если ты в детстве боялась темноты, самое время сорваться в истерику. Время здесь словно замерло. Темень — хоть глаз выколи. Я в полном ступоре встаю как вкопанная. Просто не могу заставить себя сделать шаг, хотя нас судя по звукам сопровождает к месту кто-то из персонала.
Королёв сразу же сжимает в пальцах мою руку. Без подтекста. Просто уверенно. Удивительно, но это работает. Молча с колотящимся сердцем шагаю следом за ним. Ощущение такое, будто иду за непробиваемым щитом. Непередаваемое и очень правильное чувство.
— Боишься? — спрашивает Стас, после того как нам помогли усесться за столик. Его голос звучит совсем рядом, над левым плечом.
Я почему-то думала, что он сядет напротив.
— Скорее растеряна, — признаюсь, опасливо шаря руками над столом. — С ума сойти… Где тут вилка, где ложка… О, салфетку, кажется, нащупала. Или нет… Чёрт, это скатерть! — прыскаю, не сдержав смех.
Дезориентация заставляет нервничать, зато собственная неотёсанность практически не ощущается. Неожиданный и приятный бонус. Насколько же всё проще, когда никто ничего не видит.
— Думаю, даже если ты воспользуешься скатертью, никто не заметит, — заговорщицки выдыхает Стас мне на ухо. Словно мысли читает. — Официанты здесь незрячие. Да, кстати, есть можешь как тебе удобно: приборами, руками, хоть прямо ртом с тарелки. Это будет наша общая шалость.
— Меня больше волнует то, как здесь пить, — признаюсь, щупая бокалы. Снова пустой! — Где-то, если верить словам проводника, должен стоять стакан с водой.
— Сейчас найду.
Зал, наверное, не очень большой, а столики уединённые. В темноте слышно, как мы громко дышим. Его близость сейчас не то что волнует, а выворачивает нервами наизнанку. От Королёва исходит такая бешеная энергетика, такой яростный драйв, что моё тело реагирует даже на неуловимое движение воздуха, когда он тянется к середине стола.
— В горле от впечатлений пересохло, — оправдываюсь зачем-то.
Ловлю его эмоции как радар.
Чувствую, как выдыхает отрывисто, будто сбивается с нормального ритма. Как вздрагивает, задевая коленом мою ногу, прежде чем уже осознанно прижаться теснее.
Интересно, перевозбуждён или нервничает?
— Так и должно быть.
— А ты коварный, — вздыхаю куда-то ему в волосы.
— Тебе же нравится? — хрипло растягивает он каждое слово.