Яна Ланская – Loveлас (страница 61)
— Придётся! — смеюсь. — Захвати мне из дома футболку и носки, пожалуйста.
— Я быстро! — Целует меня нежно Даня и убегает, постоянно оборачиваясь, будто переживает, что я испарюсь.
Довольная скидываю с себя одежду, выключаю свет и забираюсь под одеяло. Кажется, так и отрубаюсь с блаженной улыбкой на лице.
Просыпаюсь в жарких объятиях Дани, меня окутывает его запахом, а шею щекочет размеренное дыхание. Поверить не могу в своё счастье. Не вижу своего выражения лица, но чувствую, что я похожа сейчас на облопавшегося сметаной котика. Наверное, такого счастливого утра у меня ещё не было. Ощущение, что у меня начинается новая светлая глава в жизни и никакие невзгоды меня теперь не коснутся.
На прикроватной тумбочке загорается дисплей с маминой фотографией, и я заставляю себя вернуться в реальность и ответить.
— Да, маммите, — шепчу, чтобы не разбудить сладко сопящего Даню. Он невероятно красивый и нежный сейчас. — Привет! Как ты себя чувствуешь?
— Дана, ты где? — Игнорирует мама мои вопросы. — Мы тебя потеряли! Серёжа уже полчаса тебя ждёт у двери.
— Я? Я у Дани.
— Быстро домой! — Приказывает мама. Смотрю на время, десять часов. Чёрт, я же пары проспала.
— Маммите, я, кажется, опоздаю даже на вторую пару! — Виновато сообщаю.
— Дана, да плевать мне на твои пары. Ты на этой неделе на учёбу не пойдёшь, мигом домой!
— Зачем? — Спросони не врубаюсь, если на пары не надо, зачем Сергей ждёт меня и зачем мне домой.
— У тебя в одиннадцать встреча с менеджером в банке. Серёжа тебя сопроводит.
— В каком банке? Зачем?
— Надо открыть на тебя ячейку и всё туда перевезти. Понимаешь? — Заговорщически спрашивает мама.
— Что всё?
— Золото моё и всё, что я тебе дам! Котик, прекрати тупить! — Мама вроде ругается, а вроде и нет, и тут до меня наконец всё доходит. Ого! Вот это подгон, как говорит Даня. — Это важно! Когда будешь дома? Где он живёт?
— На манежной площади, мам! И не он, а мы. Мы съехались!
46. Дана
— Кто здесь богатая сучка? — Даня бьётся об меня со звонким шлепком, его руки крепким обручем натягивают моё тело на его до упора, и я протяжно сипло постанываю.
— Я богатая сучка! — Отвечаю на рваном выдохе и выгибаюсь ему навстречу, будто желая, чтобы он вообще прошёл насквозь.
— Моя буржуйка! — Тянет Даня с особым наслаждением и жгуче шлёпает меня, заставляя все внутренности сжаться и прочувствовать его максимально. Но какая бы сумасшедшая буря сейчас меня не уносила в омут страсти, мне смешно.
— Буржуйка — это печка такая, Дань! — Сквозь смех и стоны, задыхаясь произношу. С ума схожу от этого безудержного секса у окна.
— А ты и есть моя печка, ведьма Вейде! — Страстно шепчет. — Жаришь меня в своём пекле!
— Это ты меня сейчас жаришь, сукин сын! Шлёпни меня ещё раз! Да-да-да! Блядь, да! — Хнычу и чувствую формирующееся торнадо у себя, готовое вот-вот снести нас обоих к чертям.
Ставлю ладонь на холодное стекло и стараюсь не отлететь от безумных ощущений и крышесносного оргазма. Толпы туристов, исторические здания, деревья теряют свои контуры и сливаются в единый едва различимый дёргающийся пейзаж, а я всё равно себя чувствую на вершине мира. На вершине блаженства и защищённости.
Не знаю, какие цели преследует мама, но она подарила мне сегодня свободу. Я теперь могу делать что захочу, когда захочу и где захочу. И я делаю… И даже кончаю ярче теперь.
— Вейде, можешь поставить ножку на откос? — Хрипит Даня, вколачиваясь в мою пульсирующую вагину.
— Да-а-а-а! — С трудом нахожу баланс, поднимаю ногу с подоконника и тяну её к откосу окна. Запрокидываю голову и чувствую, как меня накрывает второй волной райского наслаждения. Ещё более яркого и безудержного. Нескончаемого. — Даня! Сука! Кончи со мной! Давай!
Меня сносит от противоречивых ощущений. Холодное стекло и каменные поверхности, горячее липкое тело, напряжённые мышцы и невероятная расслабленность в душе. Синхронно содрогаемся, как единое целое, и даже наши стоны звучат в унисон.
— Богиня! — Выдыхает Даня на последнем издыхании.
Тяжело дышим, не можем пошевелиться и расцепиться, так и застываем в акробатической позе, наблюдая за жизнью на Манежной площади.
— Охуеть! — Даня выходит из меня и целует задранную ногу. — Это пиздец, Вейде!
— Я есть хочу! — Собираю последние силы и соскрябаю себя с подоконника. С опаской смотрю на белый диван и всё-таки плюхаюсь на него своим взмыленным телом.
— Сек! Я заказал из Живаго завтрак, — Даня голый марширует к кухонному острову и приносит пакеты ко мне. — У нас тут пышные оладушки, икра, шампанское. А! И блинчики с олениной. Они топ!
— Ну что за замашки, парень на нуле? — Смеюсь и слежу, как он всё достаёт. — Ты обещал сам завтрак приготовить!
— У Анчоуса тут нихера нет. Только посуда! Я этого не предвидел, — Даня с хлопком открывает шампанское, пробка улетает в другой конец комнаты, а напиток льётся прямо на ковёр и по его рукам. — Давай! За тебя!
— За богатую сучку! — Чокаюсь с ним и громко хохочу.
— Сколько у тебя лавэхи?
— Полмиллиарда, квартира и торговый центр. А ещё депозиты и на сберегательном счету тридцатка.
— Охуеть! У меня опять встал! — Беззастенчиво демонстрирует мне Даня свой член в боевой готовности, — а чо за торговый центр?
— Не знаю, не поняла. Он вроде ещё не введён в эксплуатацию.
— А ты можешь мне помещение выделить? — Даня целует мне голые ноги и хитро на меня посматривает.
— Ну, наверное. Я ещё не разобралась и с мамой не разговаривала. Спрошу вечером. Да я не выделю, я подарю! — Улыбаюсь и думаю, что больше никогда не буду испытывать чувство ущербности. Унижаться и просить помочь бабушке. Я теперь всё могу сама! Как же это круто! Нереально! Не думала, что деньги могут так осчастливить. Оказывается, могут, предоставив полную свободу. Меня даже сейчас не волнует, что по сути это всё от Игоря. Плевать. Моё уже. Всё!
Даня врубает громко музыку, мы едим икру, чокаемся шампанским и оладушками, беспрестанно смеёмся и целуемся. Наша жизнь сейчас напоминает кино или музыкальный клип. Секс, наркотики и рок-н-ролл. Только вместо наркотиков у меня он, а я у него.
— За твою маммите, Анчеллу и Владюшенция! — Чокается со мной Даня. Пьём на брудершафт и целуемся со вкусом терпкого шампанского. — Кстати! Забыл! У тебя загран с собой?
— Нет, конечно. Дома. А что? — Чувствую, Даня сейчас предложит улететь в Вегас или на острова.
— А скрин есть? Матямба позвонила своей подружке в Юрмалу. Она жена того банкира. Нам сделают визы. На ноябрьские праздники сгоняем.
— Дань, — сажусь на диван и поверить не могу. — Ты серьёзно?
— Вейде, я же обещал!
— Данечка! — Подрываюсь к нему и начинаю беспорядочно чмокать, чувствуя, как слёзы катятся из глаз. — Спасибо! И маме твоей спасибо! И банкирам спасибо! Когда я думала, что не могу быть счастливее, и ты меня так огорошил! Спасибо!
— Вейде, это пустяки по сравнению с твоим подарком, — подмигивает мне Даня, а я думаю, что готова ему вообще весь мир к ногам положить.
Кайфуем до вечера и, немного поспав, разъезжаемся по своим делам. У Дани темка с его корешами и посвятом, а у меня встреча с мамой. Расстраивает только то, что надо ехать в извращенское поместье Игоря, но он улетел в Мурманск, так что пофиг.
На парковке вместо мною ненавистного «Роллс-Ройса» Аркаши стоит только экипаж скорой помощи, и я напрягаюсь. Маме опять плохо? Зачем она так рано тогда выписалась?
— Здравствуйте! — Приветствую Константина-управляющего. — Почему тут скорая? Что с мамой?
— Это реанимобиль. На всякий случай. Здесь есть всё необходимое и проверенная бригада врачей. Луиза под круглосуточным присмотром, состояние стабильное, — докладывает мне мужчина.
— Хорошо, — киваю. — Проводите меня к ней, пожалуйста.
Меня ведут в неизвестное мне крыло на первом этаже и заводят в огромную комнату с тёплым спокойным светом, успокаивающим интерьером и напрягающим запахом медикаментов.
Мама лежит на кровати с какими-то пультами и датчиками и смотрит на планшете сериал на английском языке.
— Котик! — Улыбается, заметив меня. Радуюсь, что выглядит она уже значительно лучше. Вернулся здоровый цвет лица, проступил румянец, и она расслаблена. — Иди ко мне! Запрыгивай!
— Маммите! — Ложусь в её объятия и прижимаюсь крепко, но осторожно, боясь ей навредить. — Тебе лучше?
— Да, с каждым часом всё лучше. Прогнозы более чем благоприятные. Хорошо, что ты была рядом. Я тебя так и не поблагодарила за поддержку и помощь.
— Мам, ну о чём ты?
— Нет, для меня это важно! Я тебя очень люблю, котик! — Мама зацеловывает меня, а я снова реву от её запаха, тепла и ласк. Ну что за рёва-корова! — Рассказывай!