Яна Ланская – Loveлас (страница 4)

— Увы. Семьсот штук в год.

— И теперь ты хочешь просто выкинуть два года обучения? — Ещё и к родительским деньгам халатно относится. Никто и не сомневался.

— Надо следовать за своей мечтой, ангел, — задумчиво говорит, склонив голову набок, всё также улыбаясь и лаская меня плутливым взглядом.

И это он тоже говорил.

Вот зараза! Убить его готова, а в Красноярск отпустить нет!

По коридору разносится цокот каблуков, и по быстрой и уверенной походке я понимаю, что это мама возвращается.

Добро-молодцы вдруг расступаются и делают вид, что только что не держали меня в заложниках.

Даня даже бровью не ведёт, как стоял довольный, так и стоит.

— Луиза Александровна, здравствуйте! — Ещё и первый здоровается и маму одаривает такой же очаровательной улыбкой.

— Здравствуйте, молодой человек. Ну, — обращается ко мне, — как там дела продвигаются? Ты чего здесь? Твоя помощь не нужна?

— Нет, не мешаем. Луиза Александровна, — соблюдаю субординацию при посторонних, — тут молодой человек у меня интересуется, возможно ли практику пройти в ректорате. Мечтает просто поработать с вами.

Наконец с лица засранца стирается улыбка, и он растерянно кивает в подтверждение моим словам.

— Ну, у нас штат набран. Единственное, секретаря с функционалом курьера нет. Упустила момент, как вас зовут?

— Даниил, — Улыбка снова возвращается к своему нахальному обладателю.

— Даниил, транспортное средство имеете? Права?

— Имею, самокат, два «Порша», шоссейный велосипед. Наверное, не совсем вам подойду, — пытается шутить и явно хочет соскочить.

— Отчего же? — Улыбается ему мама в ответ. — Дана, попроси Екатерину Павловну оформить нашего нового сотрудника.

— А что, без собеседования? Вот прямо сразу? А график какой? — Начинает нервно тараторить.

— Ненормированный, — добивает его мама. Я не знаю, что с ней сегодня. Но готова кинуться и расцеловать её.

К нам подходит кто-то из директората, мама отвлекается и вместе с сотрудниками заходит в злосчастный конференц-зал.

— Какого хрена? У меня бензин сотой и дел своих до фига. Курьер? Серьёзно? — Начинает возмущаться, как только они скрываются за дверью, а я ликую. То, что надо для самоуверенного избалованного мажора. Он, наверное, и скандалу-то был бы рад, прославился бы своими похождениями на всю Москву. А тут сгниёт вместе со мной в ректорате мамочки. Да и мне веселее будет.

— Повременишь с мечтой, шеф! Надо и на пользу общества поработать.

— С одним условием.

Это он мне ещё условия выставлять надумал? Наглость — второе счастье!

— Каким?

— Ты со мной сходишь на свидание. В прошлый раз неудачно вышло, обстоятельства, и я не смог тебя найти. Ты не оставила мне номер. Хочу загладить свою вину и получить второй шанс, — снова подходит ко мне вплотную, берёт мою прядь волос и пропускает меж своих пальцев. Неотрывно за ними наблюдаю. О, на что они способны…

От груди к шее и по рукам бегут мурашки. Я мечтала услышать эти слова три месяца, но он же только что моими салфетками смывал смазку левой девицы. И хочется, и колется. Дико интересно узнать, почему он ушёл. Что там за обстоятельства. Сколько раз я себя спрашивала об этом? Мне же не показалось. Мы действительно соулмейты. Но он придурок. Моя родственная душа не может быть придурком. Блин! Да что со мной?

— Как меня зовут? — Вдруг меня осеняет, что он может мне лапшу на уши вешать.

— Дана. Ты что, в моём присутствии уже собственное имя забыла?

— Нет, не забыла. Как я тебе тогда представилась?

На лице парня читается замешательство, и он как болванчик начинает кивать. Как будто у него в голове играет какой-то бит, и он под него раскачивается.

— М-м-м-м, — что-то мычит нечленораздельное и начинает щёлкать пальцами, перебирая в голове варианты.

— Второго шанса не будет, улыбака из «Браззерс»! Передай сестрице, что не прокатило!

5. Даня

— Второго шанса не будет, улыбака из «Браззерс»! Передай сестрице, что не прокатило! — Девчонка подходит ко мне вплотную и с яростью произносит прямо перед моим лицом.

Улыбака из «Браззерс». А что, мне нравится.

— Уверена? — Ухмыляюсь и подтягиваю её ближе, она даже не сопротивляется.

— Уверена!

Сладкая говорит медленно, не спеша. Именно так я себе и представлял горячую прибалтийскую киску. Слышу цокот каблуков за дверью аудитории, и план рождается мгновенно. Не успевает она договорить, как я дёргаю её на себя, пользуюсь замешательством и целую.

И как я её забыл? Губы мягкие, пухлые, такие нежные, что хочется их зажевать и не отпускать. Надо поменьше тусить, эта амнезия напрягать начала. Когда же мы познакомились? Девчонка упирается своими кулачками мне в грудь, но губы раскрывает, хватает воздух, что-то хочет завопить, в итоге проскальзываю языком и вообще не встречаю сопротивления.

Отвечать она не торопится и продолжает мычать и отбиваться. Хорошо, что летом активно качался, слабенькие удары никак мне не мешают обследовать её сладкий ротик.

Вспоминаю, что ангелочек в короткой юбочке, и опускаю одну руку ей на бедро, начинает бодаться, как козочка, вот только её язык уже не слушается и вступает с моим в яростную схватку.

Как только рука ныряет под ткань и добирается до упругой попы, обтянутой тугим капроном, дверь аудитории раскрывается, и по парному цокоту каблуков понимаю, что ректорша в компании моей сестрицы таки вышли. Да! Миссия выполнена.

— Кхм-кхм, — слышу за спиной. — Молодой человек, я смотрю, вы не совсем верно поняли свой функционал, — с иронией говорит новая ректорша. — Дана, не злоупотребляйте своим служебным положением.

Да она с приколом. Мне нравится.

Прижимаю дочурку ректора к своему телу, чтобы прикрыть стояк, и вместе с ней разворачиваюсь лицом к её мамочке. Девчонка явно чувствует мой член своей поясницей и продолжает яростно подёргиваться.

Моя сестрица в восторге. Не может скрыть одобряющей улыбки. А вот истинную реакцию ректорши раскусить не могу.

— Приношу свои глубочайшие извинения, Луиза Александровна. Слишком обрадовался назначению. Готов…

— Так, всё, — перебивает меня, — служебные отношения на рабочем месте запрещены. Имейте в виду. Дана, Дана…

Смеряет свою дочь таким взглядом, что у меня аж яйца сжимаются. Походу, малышке достанется.

С другой стороны холла доносятся голоса, шаги, и пространство заполняют администрация и сотрудники академии. За ними начинают подтягиваться и студенты. Видимо, уже всё готово к награждению.

Ректорша ещё раз кидает уничижительный взгляд на дочь и отходит к своим подчинённым. Все начинают стягиваться в конференц-зал.

Сестра приближается ко мне вплотную и шепчет в самое ухо, опасаясь, что её услышат.

— Мы изъяли все видео-записи под предлогом проверки. На тебя ничего нет. И, кстати, на видео из зала не видно, что за блондинка скачет на тебе. Воспользуйся этим.

Отходит и многозначительно смотрит на нас.

Нахожу взглядом Олю с Катей, которые сидят в окружении Костяновских чуваков, и понимаю, что действительно у Оли и Даны практически одинаковые волосы. Блин. Ну это же жёстко. Она мне после такого точно второй раз не даст. А мы уже настроились.

Гадские Ананьевские. Жизни мне не дают.

Может, и вправду свалить в Красноярск и жить себе в кайф.

Как же не хочется быть таким гадёнышем. Я же грин флаг. Меня любят и ценят за доброту и эмпатию, а тут такого ангела шантажировать принуждают. Почему Анчелла такая сука?

— Может, ты отпустишь меня наконец? — Шипит ангелоподобная бестия и опять начинает вырываться, снова провоцируя моего парня на боевое положение.

— Отпущу, — разворачиваю её к себе и склоняюсь к губам, — смотри, как удачно получается. Твоя мама увидела, как мы страстно целовались перед аудиторией. А у нашей службы безопасности изъяты все видео-записи сегодняшнего утра. Не видно, как я с подругами заходил в зал. Не видно, что ты делала половину первой пары. Зато видно, как на мне скачет девочка с очень красивыми высветленными прядями. Если ты потопишь меня, то только вместе с собой. Видео из коридора с нашим поцелуем тоже в распоряжении мальчиков-зайчиков.

— Сука! — Девчонка смотрит на Олю и краснеет от ярости.

— Сама отказалась от свидания, сладкая. Но я не злопамятный совершенно и с радостью проведу с тобой вечер. И не один, — отпускаю девчонку и понимаю, что она реально мой подарок на день рождения. И я хочу эту малышку.

— Окей. Допустим, вы сегодня победили. И тебе сойдут эти выходки с рук, — девчонка нарывается и снова подходит близко ко мне, — но я клянусь, я отомщу тебе! Не расслабляй булки, Даниссимус!

Думаю, что терять мне уже нечего, и не отказываю себе в удовольствии, снова пользуюсь отсутствием дистанции и целую малышку.