Яна Ланская – Amorальное предложение (страница 8)

Глава 11

— Никусь, скажи честно маме, у тебя появился мужчина? Он всё спонсирует? Взрослый, да? — Спрашивает мама шёпотом, когда официант отходит от нас.Я не смогла удержаться и даже не чувствую угрызений совести за то, что потрачу столько денег, и повела маму в ресторан. Ей предстоит операция через месяц, и сейчас необходимо будет беречь колено, соблюдать режим и избегать всего, что может привести к травме. Это давит морально и в целом тяжело.Поэтому я решила, что и мамочке нужен этот божественный пирог, и привезла ее в сыроварню. Заодно и покажу из окна такси свою академию, весь кампус и общежитие.Разумеется, мама в шоке от условий, которые её окружают. От больницы, от отношения к ней, отеля и того, что мы везде ездим на дорогом такси, как миллионеры.Я всё отвергала сначала, но Эльдар смог меня убедить в том, что маме нужен сейчас хоть какой-то комфорт в её состоянии. Сказал, что я, не получившая в жизни ни одной травмы, даже представить не могу, как ей тяжело даётся каждый шаг. Рассказал, как люди боятся упасть, и настоял на своём.В конце концов я ему за это благодарна безмерно.— Мамуль, не говори ерунды. Ты же сама подала документы на квоту, и врач сказала, что всё оплатит государство. Какой ещё спонсор?— Ну как какой? Эльдар этот, якобы одногруппник. Я что, не знаю, как мальчики в твоём возрасте разговаривают, какие голоса. Он женат?— Мам, Эльдар мой ровесник. Не якобы, а действительно мой одногруппник. И он никакой не спонсор, он просто связан с футболом. Я ему могу с тестом помочь, мне это ничего не стоит, а ему ничего не стоит связать тебя с хирургом.— Хорошо, хорошо, — успокаивает меня мама, — только не заводись. Ты чего? Я думала, что ты влюблена, с таким восторгом о его помоще рассказывала, — смягчает меня мама.— Мам, ну а как иначе? Разумеется, я ему безумно благодарна. Ты бы сама даже до Орла не доехала.— Ой, не доехала бы, Никусь. Мне Тамара Фёдоровна сказала, что операция чуть ли не миллион стоит, а в очереди на квоту надо три года стоять. А Ольга Сергеевна, что большинство и не ходит после неё.— Мамуль, футболисты через полтора месяца уже играют. Пусть они свои страшилки оставят для кого-то другого. Всё будет хорошо. Мне очень понравилась твоя врач.— Мне показалась резковатой, — с волнением говорит мама.— Мамуль, она конкретная. Чёткая. Я лично в восторге.— Хорошо, Никусь. Ты права. Ой, знал бы папа, какая у него дочь выросла. О маме уже заботится, — всхлипывает мамуля и смотрит на меня с нежностью.— Мамусичка, — пересаживаюсь к ней, — я всё для тебя сделаю, всё. Не плачь, пожалуйста! Весной будем с тобой ещё подошвы стаптывать по Москве. Обещаю!— Никусь, а как ты отель оплатила? Такси? А одежда твоя? Волосы? Точно нет женатого мужчины? Я так переживаю за тебя, солнце!— Мам, ну что ты такое говоришь? Мне учиться надо. Олимпиады ещё, общественная деятельность. Выкинь эти дурные мысли из головы. Ты же сама мне дала денег на Москву.— И ты всё потратила уже? А куртка зимняя? Сапоги?— Мам, не переживай. Напишу ещё курсовую за мою новую подружку. Разберусь.— Ох, Ника, Ника. Всё равно сердце не на месте за тебя, — вздыхает, — А Эльдар этот симпатичный?— Мам! Обычный!Да что же она так к этому индюку прицепилась. Я его имя сегодня чаще своего слышу.— Покажи. Вы же все в этих своих телеграмах сидите. Каждый шаг выкладываете, — хитро всматривается в меня мама.— Мам, да я даже не знаю, есть ли у него профиль.— Ника! Мама не успокоится. Ты что-то мне не договариваешь!Вздыхаю, открываю профиль Эльдара и протягиваю маме. Пусть посмотрит, какой он позер, и убедится, чтобы больше меня не донимать.— Обычный? — вскрикивает мама, соседние столики даже оборачиваются на нас, — Ника! Да он же артист какой-то! Вот это фактура! И он в тебя влюблён? Ой, НикаСмотрю на мою маму и понять не могу, от чего такие восторги. Ну да, высокий. Вроде симпатичный, мне даже красивым в первый день показался, но он же несносный абсолютно.Как вспомню, как он меня отчитывал после чудесного ужина. Какой приятный у него папа и какой противный Эльдар. Я бы на месте родителей его выперла первым делом. С таким заносчивым индюком жить, никаких нервов не хватит.«Ника, не думал, что ты на такой элементарной задаче проколишься. Ника, надо контролировать каждое твоё слово. Аморе, это эпик фейл» бу-бу-бу.— Мам, да не влюблён он. Мы можем о нём больше не говорить вообще?— Ну понятно, — ухмыляется мама с таким видом, будто всё знает лучше меня, и возвращает телефон.Никогда не думала, что так приятно кормить любимого человека. Мама так восторгается всему, что меня накрывает счастьем с головой.Когда я мечтала ещё в Мценске о том, как добьюсь успеха и буду баловать маму, у меня не было чётких представлений.Думала о ремонте, о том, что буду ей перечислять какую-то сумму, чтобы ей жилось легче, но сейчас всё совсем иначе. Я прямо сейчас чувствую эту радость от её наслаждения.Пункт номер три в мотивационный список – баловство мамочки.На такси мы объезжаем по кругу наш кампус, я всё рассказываю и показываю. Мама под большим впечатлением от всего. Но жалуется, что обилие машин, людей и высоких зданий её уже утомили. Прекрасно её понимаю, особенно в таком состоянии. Все куда-то несутся, спешат.— Мамусичка, — обнимаю маму на прощание в её купе, — береги себя, пожалуйста. Я жду тебя через месяц!— Ника, мне точно не надо никакие анализы сдавать? — Напоследок уточняет мама.— Не нужно, мамуль. Ты ляжешь в больницу за три дня до операции, и там всё сделают! Люблю тебя! Напиши, как приедешь!— Поняла, поняла! Беги, солнце, а то со мной уедешь сейчас!— Тебя точно встретит дядя Витя?— Да, солнце! Моя девочка! — Шмыгает носом мама.Целую мамусю ещё раз и выхожу из её двухместного купе. Извиняюсь перед проводницей и выпрыгиваю на перрон. Не могу сдержать предательские слёзы. Я не должна плакать, я не слабая. Смахиваю их и гордо направляюсь в метро, сверяясь с указателем.Телефон начинает звонить. Мама что-то забыла?— Алло.— Аморе, — слышу голос Авербаха, — я тебя жду на парковке.— На какой парковке, Эльдар? Я сейчас на вокзале, маму провожала.— Я знаю, зефирка. Сейчас скину гео, жду.Пока я соображаю, в чат приходит геоточка, где стоит Эльдар. К моему удивлению, он действительно в трехстах метрах от меня.Вздыхаю и иду на парковку по навигатору и указателям. Что он тут забыл вообще? Как узнал?— И как это понимать? — спрашиваю, как только оказываюсь в кислотно-жёлтом салоне гробовозки.— Чао, аморе, — лениво тянет и целует меня в щеку, ещё и носом щекочет, будто вдыхая меня.Хочется залепить ему, но благодарность за маму меня сдерживает.— Чао! Так что ты здесь делаешь? — отстраняюсь от него.— Тебя встречаю, что же ещё? Подумал, что ты устала сегодня, столько кататься по всему городу. З-забота, аморе.Ой,бесит...— И как ты узнал, что я здесь?— Элементарно. Посмотрел расписание поездов. Ксения Борисовна звонила, рассказала, как там что. Хорошо, что мы среагировали и не оставили всё на самотёк.Мы среагировали? Так это онСразу смягчаюсь. Действительно, что-то я завожусь от злости, непонятно от чего. Он же помогает мне конкретно.— Эльдар, у меня осталась ещё больше половины суммы, можно я их потрачу на мамину госпитализацию до операции? Не хочу, чтобы она мучилась и сдавала целый месяц анализы. А там всё можно сделать за пару дней, хирург сказала.— Аморе, о чём речь? Это даже не обсуждается. Всё, что надо. Тебе точно хватает?— Да. Я узнала.— Отлично. Так ты устала? Голодная?— Устала, — честно признаюсь, — хочу поскорее к себе.— У меня идея получше, — улыбается загадочно.Господикакие у него идеи? Уже девять часов вечера, я с ног валюсь.— Эльдар, я очень устала! Правда.— Там и отдохнёшь. Позволь пригласить тебя на свидание, аморе!— На свидание? С каких это пор у нас с тобой свидания появились?— С тех самых, когда ты развалила наш идеальный план! Признайся, специально саботаж устроила, не хочешь со мной расставаться?Лыбится, как дурак. Вот это самомнение.— Было бы в твоей красивой головушке больше мозгов, ты бы просчитал всё и предупредил меня. А ты сказал быть собой! Я и была!Я уже устала обсуждать эту тему, ему будто в кайф постоянно мне напоминать о моём якобы провале. Сам виноват!— Красивой головушке? Мои подозрения подтвердились, ты всё-таки влюбилась, аморе!— Хитро прищуривается и пытается где-то у меня рассмотреть влюблённость. Они сговорились что ли?!— Эльдар, отсыпь мне своей самооценки, а то тебе корона давит.— Тебе не идёт быть язвой, зефиркин. В общем, едем приятно проводить вечер и разрабатывать новую стратегию, — возвращает себе напускную серьёзность и заводит машину.— Куда? Я спать уже хочу! — Продолжаю протестовать.— В кино, аморе! Как настоящая парочка! Может, я тебя даже поцелую.О, какое поощрение, совсем головой тронулся.— Пожалей свой кашемировый свитер, мой организм может бурно отреагировать на такое посягательство!Авербах напыщенно фыркает и врубает своего дружка-рэпера Фару на весь салон.

Глава 12

Эльдар ведёт меня за руку к небольшому особняку на Арбате.— Аморе, добро пожаловать в «Художественный», это старейший кинотеатр Москвы и мира, кстати, тоже, — с излишним официозом произносит Эльдар, чем меня очень забавляет. Из него получился бы неплохой экскурсовод.Вхожу за ним в вестибюль и ахаю от красоты. Я ожидала обычный кинотеатр с завешенными на всю стену афишами. Картонными фигурками киногероев, а здесь так величественно и торжественно. Чувствуется сразу дух истории.Огромная хрустальная люстра свисает с потолка, лестница винтовая, мрамор, роспись на стенах. Вот это да— Как здесь красиво, Эльдар! — Кручусь вокруг своей оси и не стесняюсь рассматривать каждую деталь.— Красивым девочкам — красивое кино. Какой попкорн любишь?— Не знаю даже. Солёный больше, думаю.— Зачем выбирать, когда можно не выбирать? — Весело спрашивает Эльдар. У него опять довольный вид, и он меня ведёт дальше.Я иногда даже останавливаюсь и торможу его, чтобы рассмотреть повнимательнее бар, лобби, какую-то экспозицию с зеленью. Обязательно приведу сюда мамочку, когда она пройдёт реабилитацию. Ей должно понравиться.— А что мы будем смотреть?— «Партенопу» Соррентино. Любишь его?— Кого? — Мне не стыдно ему признаться, что я первый раз слышу эти названия.— Паоло Соррентино. Этот фильм призёр Каннского кинофестиваля. Не смотрела «Великую красоту»? «Молодость»? «Руку бога»? Может, молодого Папу?— Нет, не смотрела.— Уверен, тебе понравится, аморе!Не знаю, что сейчас идёт в кино, но мне казалось, что парни предпочитают боевики, комедии, ужастики. Но это же принц Эльдариум, естественно, он выбрал что-то необычное. И, естественно, итальянское.Интересно, ему правда нравится или он в образе?— Мы что, будем одни в зале?— Я купил только два билета, как получится, — подмигивает и занимает место в первом ряду.А в Москве все такие кинотеатры или это что-то для випов? С удивлением рассматриваю небольшой тёмный зал с каминными креслами, красивыми столиками с торшерами и бра на стенах.Официантка заносит нам попкорн, лимонад в стеклянных бокалах, никаких пластиковых стаканов с трубочками, как будто мы опять у Эльдара в гостях.Пробую попкорн и не понимаю, что за вкус. Вроде вкусно, но запах такой специфичный. Неужели и в таком месте могут несвежий подать? Он же всё-таки тёплый.— Эльдар, попробуй попкорн, вкус какой-то странный. Он не испорченный?— Отличный попкорн, Ника. Не переживай, — уверенно заявляет, попробовав пару штук.— Но на него как будто бензин вылили.— Ха, — издаёт коротким смешок, — бензин вылили. Такая ты забавная, аморе. Он с трюфелем. Распробуй и наслаждайся.С тем самым трюфелем, что ли? Ох, баловень.— Вкусный, да. Я просто не поняла, отчего такой запах, — смело запускаю руку в коробку и наслаждаюсь, как и призвал Эльдар.Кино оказывается на итальянском с субтитрами. Два часа мелодичной речи, даже если будет неинтересно, я получу удовольствие.С энтузиазмом начинаю просмотр, но всё очень странно. Мы действительно будем смотреть на роды?!Ну и вкусы у интеллигентов, да уж. Лучше бы ужастик посмотрели.Какие нелепые диалоги. Режиссер правда думает, что кто-то так разговаривает?Томная девушка, какое убогое соблазнение. Как она им может всем нравиться? Чем?Единственное, виды красивые и одеты элегантно все. Вот Эльдариум себя и представляет, наверное, там, очень даже вписывается своей павлиньей напыщенностью.Очень интересно, конечно, смотреть, как какой-то парень нюхает купальник, в котором купалась эта выпендрежница.Авербах реально от этого прётся?Я бы сейчас позанималась, подготовилась как следует к семинару, а вынуждена смотреть эту ерунду. Богатым вообще заняться нечем, как смотреть странное кино про таких же богатых и чудных?— Тебе нравится, Аморе? — склоняется ко мне Эльдар и шепчет томно.— Пока мне нравится только картинка. Италия очень красивая. Мечтаю там побывать.— Я услышал, Аморе. Будет тебе Италия.Не понимаю, зачем он себя так ведёт? Зачем уже третий раз обещает мне исполнить какую-то мою мечту? Любая девушка от такого растает, и даже я, адекватно оценивающая ситуацию, нет-нет, да и хочу верить. Как сопротивляться его речам, когда они такие искушающие?Появился прекрасный принц и понимает каждый намёк и даже видит его там, где нет, и сразу обещает исполнить. Надо брать себя в руки. Срочно.— Эльдар, а тебе нравятся такие девушки, как Партенопа?— Что-то в ней есть, однозначно, — отвечает с лукавым взглядом, — но сейчас мои мысли заняты другой.На экране в этот момент звучит слово «Amore», и я улыбаюсь. Забавно. Эльдар берет мою ладонь, подносит к губам и едва касается её.Зависаю, не могу вырвать руку, не могу отвести взгляда от его потемневших глаз. Он играет со мной? Или открыто говорит, что я в его мыслях?Эльдар кладёт мою руку на подлокотник и нежно водит подушечкой пальца по ней. На экране ночь, обволакивающая чувственная музыка, обольщающие итальянские голоса, всё это меня чарует.Смотрю то кино, то на своего спутника, он будто полностью увлечён действием этой странной, но всё же пленительной картины и продолжает свою невинную ласку.Ласку, которую, мне кажется, я никогда не забуду. Прикрываю глаза, искренне наслаждаюсь красивым саундтреком и позволяю себе чувствовать. Хоть ненадолго, но хочется, чтобы это было взаправду.— Ты что-то понимаешь? — спрашиваю на очередной затяжной сцене в фильме.— Понимаю, — мягко улыбается, — Партенопа — это сирена. Она бросилась в море от отчаяния, когда её песни не смогли соблазнить Одиссея. А море её выбросило на берег Неаполя. Поэтому эта картина — признание в любви городу. Она лишь символ. Соррентино подражает Феллини. Заметила эту замедленность, тихие диалоги, все эти инструменты погружают тебя в тягучую дрёму. Он о красоте жизни, о мимолётности прекрасного, — я уже не слушаю Эльдара, хотя его размышления мне интересны, и я понимаю, что он, наверное, умнее, чем кажется, но я сосредоточена на своём мимолётном прекрасном.Он не выпускает мою руку и ведёт за собой по ночному прохладному воздуху. На часах уже первый час ночи, а на улице праздно прогуливаются люди всех возрастов, и гул машин не стихает. Действительно, этот город не спит.— Ты устала, аморе? Позволь сделать небольшой круг и показать тебе мою любимую дорогу, — спрашивает, но опять не ждёт моего согласия.Я лишь улыбаюсь ему, сегодня я очарована. Городом, фильмом, атмосферой и, конечно же, Эльдаром.— Нравится? — Вижу, что его распирает любопытство, когда мы с возвышенности начинаем спускаться и перед нами предстаёт одна из знаменитых высоток с красивой подсветкой, отражающаяся в Москва-реке, а за ней возвышаются небоскрёбы.— Да, чарующий вид, — искренне разделяю его любовь к этому виду.— Чарующий? — Усмехается. — Это ты чарующая, Ника.Смущённо отворачиваюсь от него и любуюсь городом, по которому мы мчимся практически по опустевшим дорогам.Эльдар открывает мне дверь и помогает выбраться.— Я тебя провожу, аморе. Уже час ночи, не нужно зефирке одной ходить здесь.— Эльдар, здесь же абсолютно безопасно, не стоит.— Ника, мне так будет спокойнее, — говорит строго и ведёт меня к общежитию.— Как скажете, Ваше высочество, — ворчу и быстро перебираю ногами, едва поспевая за ним.— Тебе понравилось наше свидание?— А это было свидание? Я думала, это экскурсия с элементом просвещения.— Это было свидание, аморе, — уверенно говорит.— А где тогда мои цветы? — Подтруниваю над ним.— Ха, — прыскает, — мой косяк. Будут тебе цветы.Закусываю губу, чтобы сдержать улыбку, стремящуюся расползтись неприлично широко.— Я не серьёзно, Эльдар. Было здорово, спасибо!— Я рад, что угодил, — останавливается у входа в здание, — а то папа уже начал озадачиваться, что мы с тобой никуда не ходим и я вечером дома.На меня будто ведро холодной воды выливают. Ему просто нужно было уйти из дома? И всё?— Так это твой план? Понятно. Спокойной ночи, Эльдар, — отхожу от него и достаю ключ-карту.— Ника, — резко перехватывает меня и вжимает в себя, отчётливо слышу, как стучит его сердце, — этот план мне предельно нравится.Поднимаю на него растерянный взгляд и тону в чёрном омуте. Я совершенно не понимаю, что он хочет и что сейчас с нами происходит. Меня разрывает от противоречий.Говорит, что я чарующая, нежно гладит и тут же, что его папа практически вынудил провести со мной вечер. Ох, Авербах, что ты со мной делаешь?!Наблюдаю будто со стороны, как он неспеша склоняется ко мне, шепчет практически у моих губ «Спокойной ночи» и целует не то в щеку, не то в губы. Разворачивается и уходит, оставляя меня с растерянностью и мурашками наедине.— Алёнка, — вхожу в комнату и застаю подружку не спящей, — провал. Полный провал. Я, кажется, влюбилась.