Яна Ланская – Amorальное предложение (страница 3)

Глава 4

Такая, как я? Это какая? Мне вот очень хочется вдаться в подробности.И вообще всё это попахивает разводом. Слишком заманчиво. Три миллиона ни за что— Просто футбол и знакомство с родителями? В чём подвох?— Ни в чём, — говорит вполне убедительно, — ну разве что ты, как и все девчонки, ненавидишь футбол и для тебя это будет пыткой.Как раз-таки наоборот. Футбол — мой способ общения с папой. Мы мечтали с ним посетить каждый город чемпионата мира по футболу, но он не дожил до него. И я так и не сходила ни на один матч. Я даже мечтала, что у меня появится парень и я буду с ним ходить. Домечталась.Нет, я не буду грустить. Я буду сильной девочкой.— На футбол я пойду с радостью, скажи, пожалуйста, зачем это тебе, — может, он вообще и родителей своих развести хочет, это неприемлемо. Родители — святое.— Оукей, — говорит вроде привычное всем слово, но как у него оно классно выходит, — мне просто жизненно необходимо съехать от родителей. Но я жил десять лет в Англии, плюс они переживают, что я не туда сверну, поэтому без хорошей девочки-зефирки меня не отпустят. Портить отношения не в моих интересах.Ааа, в Англии он десять лет жил. Вот и оукей. Везунчик.Стоп. Кто? Зефирка? С какого?— А почему тебе жизненно необходимо съехать?Может, у него аллергия на мамину чихуахуа и он боится ей об этом сказать?— Да ты универсалка, Ника, — ухмыляется и буравит меня своими чёрными глазами, — студентка-комсомолка, эскортница, охранница, теперь ещё и психоаналитик. Нет, если мне понадобится консультация, обращусь к профессионалу.Вот и найми профессионала на роль девушки, индюк! Даже Юра Борисов получает двести пятьдесят тысяч за съёмочный день, а он мне три миллиона за такую ерунду предлагает? Не вяжется!— Про эскорт ты сам сказал! — Закипаю.— Я извинился. Просто убедился, что ты действительно зефирка.Что это, блин, значит? Надо будет у Джипити спросить. Лишь бы не забыть— То есть я схожу на футбол и к тебе в гости и всё? И действительно не будет эскорта? Ты не будешь посягать на меня?— Посягать? — Парень беззвучно смеётся и скользит по мне ироничным взглядом, — посягать я на тебя не буду, Ника. Ты не мой типаж.А вот это было обидноНе то чтобы я хотела быть его типажом, но неприятно. Мог бы и промолчать. А какой у него типаж?— То есть никаких сексуальных контактов? Ты не будешь меня целовать? Лапать при всех? Зажимать? Лезть ко мне в лифчик?— Ты от дилдо перевозбудилась? — Начинает ржать на весь ресторан, — какая фиксация на сексе и эскорте. Складывается ощущение, что ты даже разочарована моим невинным предложением.— Что? Нет! Мне нужны гарантии!Я разочарована? Да что он о себе возомнил? Я бы на месте его родителей вообще его из Англии не возвращала. Пусть там бы и сидел. Нашёлся принц Эльдариум!— Например?— Вот табличка «Нотариус» висит, — киваю головой на соседнее здание, — пойдём заверим, что ты не будешь иметь ко мне никаких претензий и не будешь на меня посягать!— О, да ты хваткая. Далеко пойдёшь! Но нет, так это не работает. Но если тебе будет спокойнее, я проконсультируюсь со своим юристом. Но уверяю тебя, это просто фан для тебя.— Просто фан? — Не верю я в веселье этой затеи. — И твои еврейские родители меня не будут обижать? — Думаю, в этом и загвоздка. Что-то не договаривает— Еврейские?— А ты не еврей? — спрашиваю и тут же жалею. Наверное, это не тактичные вопросы. Но он же хочет, чтобы я подписалась на это сомнительное предложение. Потерпит.— Я русский! Моя кровь от отца, — начинает громко петь Шамана на весь ресторан этот на первый взгляд приличный молодой человек. Какой кринж. Боже Официантки так и поплыли и жеманно подхихикивают.— Это было ужасно! Больше никогда так не делай! — Искренне прошу, когда он наконец замолкает.— А мне говорили, что я хорошо пою, — задорно смеётся. Да он от себя в восторге.Отрицательно мотаю головой.— Ладно, мой дед еврей, но это не считается. А второй дед по маме из древнего черкесского княжеского рода. А бабушки русские. Я метис. Красивый же получился?— Не знаю. Не мой типаж.Смотрит на меня, будто я сморозила чушь. Да, его это задело. Удовлетворённая его реакцией доедаю последнюю вилочку божественного пирога. Я буду сюда каждый день приходить. Это крышеснос.— Так что? Согласна? — Возвращает себе серьёзность после своего кринж-концерта.— Я скоро вернусь, — встаю и ухожу по своим делам.Официантка мне подсказывает, как пройти.Долго умываюсь. Надо на холодную голову всё обдумать.В голове не укладывается, как он простит мне три миллиона за такую фигню. У богатых свои причудыЛадно, была не была.Возвращаюсь на веранду и вдруг вижу витрину с пирогами. Надо моей Алёнке купить такой. Подхожу. Любуюсь этими ягодными красавчиками. С малиной, с голубикой, с клубникой и мой любимчик. Хочется попробовать все.И тут мой взгляд падает на цену. Чегоооо?Это за один кусок? Они рехнулись в своей Москве?Почти четыре тысячи за кусок пирога? Мама родная!Прости, Алён, я не миллионер.Мне теперь стыдно, что я его съела.Возмутительно просто.Ошарашенная возвращаюсь к Эльдару.— У тебя всё хорошо? — Спрашивает парень. — Ты побледнела.— Всё в порядке. Я согласна. А на какой матч мы пойдём? И зачем? — спрашиваю, чтобы отвлечь себя от мыслей о цене пирога.— Согласна? Супер! Ты меня очень выручишь! Можно пойти на ближайший ФК МСК и Краснодар. Чтобы мой папа нас там сам увидел и изъявил желание с тобой познакомиться. Навязываться не будем.— Твой папа заядлый болельщик? — Почему именно на матче-то. Есть же куча способов помозолить глаза.— Мой папа владелец ФК МСК и МСК-арены.— Чегоооо? Ты серьёзно?— Абсолютно.— Ну ты и баловень, — по-хорошему завидую ему. — А мама?— А мама в Кисловодске занимается своим велнесс-центром.— То есть с ней не надо знакомиться?— Не надо. Только с папой. Ну и мачехой.— Надеюсь, она у тебя добрая, не как у Золушки. Мне, кстати, нравится МСК, «Зенит» больше, но атмосфера у вас классная.— Ты серьёзно что ли футбол смотришь? — С недоверием спрашивает Эльдариум.— Да. Меня папа подсадил.— Ты можешь и его позвать. Проведу в вип-ложу. Всё по красоте будет.— Эльдар, мой папа умер восемь лет назад, — сразу говорю, чтобы закрыть вопрос.— Чёрт, — видно, как парень неловко себя чувствует, терпеть не могу эту реакцию, не хочу к себе жалости, — прости, пожалуйста. Мне очень жаль!— Ничего. Ты же не знал.— А что случилось, могу узнать? — Осторожно спрашивает.— Он был военным, — больше не хочу вдаваться в подробности.— Понял. Мне жаль, Ника. Хочешь ещё что-то заказать?Ещё один пирог за четыре тысячи? Нет, спасибо.— У нас вторая пара скоро, надо идти, — напоминаю баловню судьбы о нашей главной обязанности.— Сначала надо купить тебе туфли или кроссы, на каблуках ты ходишь не очень, — подкалывает меня парень, а я ему и благодарна, неловкий момент забыт. И я переключаюсь с горьких воспоминаний.— Не надо, я успею зайти в общежитие. Если ты меня подвезёшь, чтобы я не ковыляла.— Не обсуждается. Ты из-за моей шутки дала дёру. Я должен компенсировать. Пойдём.Он мне должен компенсировать? Ну, мог бы вычесть из трёх миллионов пяти тысяч. Мне было бы легче на душе сразу.Одногруппник расплачивается и ведёт меня к своей гробовозке под руку. Теперь уже сам открывает дверь и помогает залезть. От хлопка двери я повторно подпрыгиваю. Ужас.Проезжаем опять буквально триста метров и заезжаем в подземный паркинг торгового центра. Неужели нельзя было просто дойти?Заходим в ближайший магазин к эскалатору, и нас сразу же облепляет три тётки-консультанта, предлагая помощь.— Ника, размер?— Тридцать пятый, — блею я. Он что, мне сам будет туфли выбирать?— Надо было в «Кенгуру» идти, — усмехается парень.— «Кенгуру»?— Детский магазин. Ничего, что мы сюда пришли? Надо просто срочно. Понимаю, что тут не разгуляешься, — Эльдар со скептицизмом окидывает стеллажи с обувью и указывает девушке на определённые модели.А где тогда разгуляешься? По-моему, здесь очень даже разгуляешься. Но мне уже страшно на цены смотреть.Приятная девушка приносит мне с десяток коробок. И сама мне надевает их. Сдурели что ли? Я ведь не безрукая?— Не жмёт? Встаньте, пройдитесь.По очереди примеряю всё, что выбрал Эльдар. Он внимательно смотрит. Фетишист что ли?— Да вроде все подходят. Я не знаю, какие выбрать, — честно признаюсь.Это не совсем то, к чему я привыкла.— Я знаю, — отвечает в своей манере и показывает девушке на несколько пар.Да он меня решил в пожизненную кабалу заключить что ли?— А из какого ты филиала перевелась? — Спрашивает у меня, пока всё упаковывают.— Из орловского.— Ты оттуда?— Нет. Я из маленького города в Орловской области. Ты даже и не слышал о таком.— Мне всё равно надо знать, Ника. Расскажи о себе.— Мценск. Ты даже не запомнишь.— Леди Макбет Мценского уезда?— Да— Ну вот, запомнил. А я играл Макбета Шекспира в школе.— У нас в школе только «Буратино» ставили, — признаюсь честно.— Ну, я окончил одну школу с Байроном, — хвастается парень, но как будто наигранно, не всерьёз.— С тем самым Байроном? Реально? — Сколько ещё открытий чудных он мне подготовил за сегодня— Реально. Смотри не влюбись, — самодовольно улыбается.

Глава 5

— Ник, — останавливает меня Эльдар перед входом в академию, — не обращай внимания на нападки одногруппников. И ты всегда можешь подойти ко мне. Оукей?— А будут нападки?— Вероятно. Ты теперь знаменитость, — подхихикивает надо мной.Боже... Надеюсь, слухи не дойдут до моего филиала. Мои бывшие сокурсники просто с ума сойдут от счастья.— Этого мне ещё не хватало, — раздражённо выдыхаю.— Оставь мне свой тг, будем на связи, — достаёт айфон и выжидающе смотрит.Почему я сейчас думаю о том, что у меня в телеге дурацкая аватарка, которую надо сменить, а не о паре по эконометрикеПоказываю ему свой ник, жду, когда напишет, разворачиваюсь и ухожу.— Ника? — окликает своим бархатным голосом.— Да?— Не убегай больше от меня, береги колени, — насмешливо ухмыляется.— Эльдар! Я думала, ты отправишь меня в Дубай к шейхам! — Неужели не понимает своих приколов. Да я чуть не поседела с ним утром, а он шуточки отпускать изволил.— Если только в Оман, — начинает ржать непонятно над чем и интригующе улыбается, — есть у меня там один любитель зефирокТреплет меня по голове и довольный уходит в сторону столовой. Мы же только что елиОткрываю камеру на телефоне и смотрю на своё гнездно после его лапищ! И таким манерам учат в Англии?Так, всё. Я пошла к Алёне, может хотя бы она мне расскажет, кто такие зефирки.Нахожу в аудитории подружку, машу ей и бегу скорее на её ряд.— Ну что там? Рассказывай! Тебе пипец? — Спрашивает Алёнка.— Ты читала вообще моё сообщение? — с возмущением спрашиваю.— Не, труба села.— Алёна, блин! Меня могли сдать в рабство! Короче, хорошая новость – меня не отчислят. Плохая новость – я теперь в долговой кабале перед Эльдаром Авербахом.— В смысле?— Я ему должна больше трёх миллионов рублей. И я буду отрабатывать, — шёпотом говорю подружке.— Три лимона? Что? И как ты отработаешь? — вытаращивает и без того огромные глаза Алёнка.— Да, он пообещал деканату купить две доски. А мне придётся притворяться его девушкой!— Нифигасе! — изумляется Алёна, — да были бы у меня три ляма, я бы ему и доплатила за такое сама!— Ну не знаю, не знаю. Он такой напыщенный, просто кошмар. Думает, что пуп земли.— Ника, блин! Он и есть пуп земли! А зачем ему это вообще?— Говорит, что ему надо съехать от родаков. А они якобы его только с девушкой отпустят. С такой, как я, чтобы это не значило. А ещё он называет меня зефиркой. Это как?— Без понятия, — пожимает плечами, — мутно что-то. Надо у Марго спросить.— Про зефирку?— Про Авербаха твоего. Они общались в том году. Напиши ей. Позови в столовку на перемене, а то она опять в фуд-холл смоется.— Я там была сегодня. Ела пирог за четыре тыщи!— Ни фига се!Пишу Марго, что она нам очень нужна с Алёнкой, и раскладываю принадлежности.Рой мыслей мешает слушать и записывать лекцию, а спокойный голос препода только усугубляет мою рассеянность.Получается, мне нужно будет притворяться весь третий семестр? Только перед родителями? Мы правда всего лишь пару раз встретимся? А зачем он мне четыре пары обуви купил? Он меня не подпустил даже к кассе, и я не знаю, сколько ещё ему должна, несмотря на его принцип.— Никусик, что делаешь после пар? — наклоняется ко мне с вышестоящего ряда одногруппник, чьего имени я даже не знаю. Так плотоядно улыбается, что я одним взглядом даю ему понять, чтобы не лез, и встречаюсь глазами с Авербахом, который сидит ещё выше и усмехается в своей фирменной манере.Отворачиваюсь и продолжаю записывать.— Абашкин сразу нет, — шепчет Алёнка.Киваю ей. Тут вообще без вариантов.В столовой беру только чай, после утренних изысков не хочется перебивать вкус.Постоянно осматриваюсь в поисках Маргоши.И наконец вижу, как она заходит в столовую, машу ей и подзываю к нам.— Кушать будешь? — Спрашивает Алёна.— Алёна, есть, а не кушать! Нет, у меня периодическое голодание, надо к соревнованиям сбросить полтора килограмма. Что у вас за срочность, выкладывайте!— Рири, ты читала подслушку сегодня?— Нет! Мы с Марком ссоримся с ночи, мне вообще не до новостей, а что там?— Ника сегодня в доску запульнула дилдо на глазах у Стрешинского. Разбила её. Эпично было!— Ошалеть! И что теперь? — Поворачивается Рита ко мне и хватает за руку.— Ирина Валерьевна грозилась отчислением, дисциплинаркой и полицией, но пришёл Авербах и спас меня. Купил две доски, и я ему теперь три ляма торчу.— Авербааааах? — Тянет Рири и накручивает пшеничный локон на маникюренный пальчик, — и что он хочет от тебя теперь?— Чтобы мы изобразили пару перед его родителями. Он хочет съехать.— Молодец. Правильное решение. Ну и сыграй, что ты? Авербаша хороший, — задумчиво улыбается.— Алёнка сказала, что ты с ним общалась.— Да, мы трахались весь второй семестр, — говорит Рири, а я давлюсь чаем, и даже Алёнины похлопывания не помогают. Вот так сейчас и помру.Прихожу в себя и смотрю на Маргариту. И она так спокойно говорит, что он хороший?— В смысле? Ты встречалась в том году с Эльдаром? — Наконец спрашиваю.— Ника, где я сказала, что мы встречались? Мы трахались, залечивали друг другу раны сердечные, — объясняет мне, как первокласснице прописные истины, — а потом я вернулась к Марку. А Авербаша мне на прощание даже гвоздь подарил.— Четыреста штук, — говорит Алёнка, пока Рита нам демонстрирует золотой браслет.Сумасшедший! С другой стороны, может, для него и в правду доска не проблема? Ну и баловень...Нравы у них, конечно, тут. Как она могла просто спать с ним, а потом вернуться к своему Марку. А что у него за рана сердечная, интересно.— И ты так спокойно об этом говоришь? — спрашиваю, потому что в голове не укладывается. А Рита его типаж? Худая и высокая натуральная блондинка. Хм...— Ну а чего? Мы классно провели время, но я любила всё это время Марка, а у Авера там свои темы были.— А как он? — Встревает Алёнка с горящими глазами.— Он у меня в телефоне записан как Оувербах, если понимаешь, о чём я.— Да ладно? — Орёт Алёна на всю столовую, — Оувердохуя?— Аха, — игриво хмыкает Маргоша.Чувствую, как по лицу разливается жар. Сейчас нас кто-нибудь услышит. Я не привыкла к таким обсуждениям. А у Риты с Алёнкой других тем и нет. И если Рири у нас гость редкий, потому что учится в другой группе и мы пересекаемся нечасто, то Алёна моя соседка, и мне приходится целыми днями слушать её обсуждения парней и их достоинств или чаще дефектов.— Кстати, Ри, что такое зефирка? Эльдар так нашу Нику называет. И какой у него типаж, — спрашивает Алёна таким деловым тоном, будто мы квартиру покупаем.— А, — улыбается мне Марго, — ну точно зефирка. Блондиночка сладкая. Что тут думать-то? А он любит брюнеток. Сучек таких с формами. Потому ко мне и подошёл, безопасно типа. Ну и я люблю светленьких. Хотя он такой темпераментныйАлёнка начинает вздыхать, пока Рита в подробностях рассказывает, как он её и так и сяк. Господи Их вообще что-то кроме парней парит?— А какие темы были у Эльдара? Тоже расстался с кем-то? — Спрашиваю, пока они не ушли совсем в другую степь.— Да там драма, просто дичь. Похлеще, чем в любом сериале, — строит Марго многозначительную гримасу.— Какая? — выпаливаю. Может, в этом и есть секрет фиктивной девушки.Аж сердце биться сильнее начинает.— Не-а. Не расскажу. Всё, что произошло у Рири в спальне, остаётся там же. Это нерушимый принцип, девочки. Даже не надейтесь!Встаёт грациозно из-за стола, посылает нам воздушный поцелуй и удаляется, виляя своими тощими бёдрами.То есть, что он «Огромныйбах» рассказать можно, а что там за драма — нет? Нормально вообще?