Яна Клюква – Развод в 45. Ты меня недостоин (страница 5)

Но почему мне тогда так неловко перед Святославом? Подумаешь, муж свиданий не устраивал. Разве это главное в жизни? Нет. И я бы и дальше жила по расписанию. Если бы Денис не предал меня…

Простить подобное я не могу. Как бы я ни любила Дениса — себя я тоже не на помойке нашла. И страшно не только то, что он нашёл себе другую женщину. А то, что он готов был променять меня на неё.

— Ваш муж — удивительный мужчина, — произносит Святослав, сощурив глаза.

— Почему? — спрашиваю я.

— Потому что только самый настоящий идиот станет относиться к такой женщине, как к чему-то обыденному… Он, видимо, забыл, скольких сил ему стоило вас добиться?

— Возможно, — соглашаюсь я. — Это ведь было так давно.

— Ну да, — со скепсисом тянет Святослав. — Хорошее быстро забывается.

— Но сегодня мой муж одумался, — признаюсь я. — Сказал, что не хочет разводиться. Что он погорячился.

— Судя по тому, что вы со мной. Его слова не произвели на вас должного эффекта? — констатирует Святослав.

— Нет, конечно, — качаю я головой. — Предателям в моей жизни не место.

— Звучит как тост, — кивает он, и я снова замечаю в его глазах эти яркие искорки, что сразу привлекли моё внимание.

Я сама не заметила, как пролетел целый час. Больше никакой неловкости рядом со Святославом я не ощущаю. У меня складывается впечатление, что я знаю этого мужчину всю жизнь. Мы словно на одной волне. Словно смотрим на жизнь под одним и тем же углом.

— Почему вы пригласили меня на ужин? — спрашиваю я, склонив голову набок.

— Из-за искры, — спокойно отвечает он. — Когда вы вошли в кафе, я сразу почувствовал нечто странное. Я должен был найти способ снова вас увидеть.

— Какой вы честный, — с улыбкой произношу я.

— Профессия накладывает свой отпечаток, — разводит он руками. — За столько лет я усвоил одну истину:всё тайное, всегда становится явным. Не вижу смысла врать.

— Вот как, — прячу улыбку за бокалом вина. — Похвальное качество…

— Но вы и сама не из тех, кто привык увиливать от ответов, — замечает он. — Мне это нравится.

— Только это? — прямо спрашиваю я.

— Не только, — качает он головой. — Мне нравится не только ваша прямота. Вы удивительная женщина. И я сразу это понял.

Мне льстят его слова. Они сладкой патокой растекаются по сердцу, залечивая трещины, нанесённые мужем. Денис всегда только разрушал. А вот Святослав другой. Он действительно похож на того, кто умеет создавать нечто новое, а не только идти по головам, выискивая место поудобнее.

— Вы умеете создавать незабываемую атмосферу, — произношу я. — Этот вечер… Он просто великолепен.

— Атмосфера вечера зависит не только от меня, — замечает он. — Всё зависит от компании.

— Вы скромничаете, — улыбаюсь я. — Не нужно себя недооценивать.

— Неважно, куда ты идёшь, — произносит он, глядя мне в глаза. — Важно с кем…

Сердце сладко замирает. Чувствую, что не могу сдержать улыбку. Это настолько приятно. Знать, что ты кому-то нравишься. Пусть я и не до конца верю в то, что Святослав и правда мне симпатизирует. Такой мужчина, как он может не обращать внимания на свой возраст. Он может заполучить любую женщину. Я достаточно обеспечена. Могу многое себе позволить. Но мужчина, сидящий напротив, относится к другой прослойке общества. К верхушке, именуемой «сливками».

Так зачем ему я?

Да, я всё ещё держу форму. Но от возраста не убежишь. Мне сорок пять. Годы берут своё.

— Что-то не так? — интересуется Святослав. — Ваши глаза словно погасли…

— Простите, — улыбаюсь я. — Просто внезапно поняла, как быстро пролетела моя жизнь. Всю свою молодость я подарила человеку, который этого не заслуживал. И теперь я вынуждена разгребать последствия своего выбора… Но время назад не повернуть.

— Зачем вам его возвращать? — спрашивает он. — Сейчас вы в том возрасте, когда не страшно начать с самого начала. Потому что мозги уже встали на место. Вы сильная, самодостаточная и очень красивая. Прошлое больше ничего не значит. Это просто определённый отрезок времени, после которого вы вступаете в будущее.

— Мне сорок пять, — нервно улыбаюсь, беру бокал с водой и делаю глоток.

— Вся жизнь впереди, — замечает он. — Прекрасный возраст. Что вас смущает?

— Меня смущает тот факт, что мужчина и в пятьдесят способен начать с самого начала. А вот женщина после определённого возраста выходит в тираж, — произношу я немного отрешённо. — Не подумайте, что я жалуюсь. Просто констатирую факт. Многие воспринимают женщин как инкубатор. Новая семья — новый ребёнок. Молодость в этот момент многое решает.

— У меня четверо детей, — признаётся Святослав. — В свои пятьдесят я больше не хочу не спать ночей из-за режущихся зубов. Моей жены не стало пятнадцать лет назад. Её забрала внезапная болезнь. Я смог поднять детей в одиночку. И теперь заслужил немного отдохнуть. Конечно, я не против внуков… Но дети… Нет уж.

— Спасибо, — киваю я.

— За что? — тут же интересуется Святослав.

— За то, что пытаетесь убедить меня в том, что я ещё не вышла в тираж. Начинаю верить, что я и правда смогу начать с самого начала…

— Вот уж в вас я точно уверен, — улыбается он. — Всё будет хорошо.

— И снова спасибо, — произношу я. — Вы смогли скрасить этот вечер. Вы смогли немного раскрасить серые будни…

— Анна, — вздыхает он. Кладёт на стол руки, сцепленные в замок. — Я не хотел просто приукрасить один вечер вашей жизни. В моих планах ступить намного дальше.

— Я вас не понимаю, — пожимаю плечами. Смотрю на собеседника немного растерянно.

— Может пора перейти на «ты»? — интересуется Святослав.

— Я не против, — киваю я и улыбаюсь.

— Хорошо, Анна. Ты можешь поверить в то, что я не могу думать ни о чём, кроме твоих глаз с того самого момента, как увидел тебя на пороге кафе? — спрашивает он. — Когда ты вошла, солнце осветило тебя со спины. Твои волосы поймали свет и стали выглядеть как костёр на снегу. Ты потянулась к первой пуговице на пальто. Стянула шарф и стала осматриваться. Я встал и помахал рукой. Словно заворожённый… А потом наши глаза встретились. В тот момент я понятия не имел, что назначил встречу именно тебе. И мне стало всё равно. Да, я обещал помочь дочери друга. Но как я мог упустить волшебного Феникса, который шагал прямо к моему столику, теребя в руках свою маленькую сумочку?..

— Я… — не могу подобрать слова. — Я феникс? Серьёзно?

— Жар-птица, — кивает он. — Женщина-огонь, которую не так просто поймать. А я смог приблизиться. И сделаю всё, чтобы заслужить твоё доверие.

— Жар-птица… — шепчу я. Усмехаюсь. Потираю пальцем переносицу.

— Женщина-огонь, — кивает он.

— Я для таких определений старовата, — улыбаюсь я, пожимаю плечами. — Женщина-угли.

— Ты слишком самокритична…

Я в это не верю. Но это и не удивительно. Я прекрасно знаю, что годы берут своё… Возможно, поэтому мой муж стал засматриваться на других?

Мне больно. Но в то же время я понимаю, что в этот момент я словно рождаюсь заново. Как будто я и правда птица феникс, способная пережить любые удары судьбы. Хотя, если ты не одна, это сделать намного проще. Каждому человеку в какой-то период жизни может понадобиться поддержка. И это нормально. Я рада, что в этот непростой момент мне встретился Святослав.

— Спасибо за чудесный вечер, — поблагодарила я.

— И тебе спасибо, — улыбнулся он.

Я совсем не хочу возвращаться домой. Не хочу видеть Дениса. Не хочу слышать его нелепые оправдания. Он ведь снова начнёт давить и просить прощения. Это вызывает только глухое раздражение. Я просто хочу, чтобы меня ненадолго оставили в покое. Дали возможность прийти в себя.

Но едва я переступаю порог дома, как натыкаюсь на мужа.

— Где ты была? — возмущённо произносит он. Смотрит на меня так, словно застал на месте преступления.

— А тебе какая разница? — равнодушно уточняю я. — С каких пор я должна отчитываться о том, где провожу свободное время?

— Но ты сказала, что задержишься на работе, — умерив пыл, напоминает он. — Но тебя не было в офисе.

— С чего ты решил? — спрашиваю я.

— Ты заезжала домой, чтобы переодеться, — произносит он, указав на моё платье. — Зачем? Где ты была?

— Гуляла, — с усмешкой отвечаю я и хочу пройти мимо. Но муж хватает меня за предплечье. — Отпусти! Убери от меня руки!

— Нет! Сначала ты ответишь, где пропадала! Ты что, изменяешь мне?

— А если и так, то что? — рычу я, уставившись прямо в его глаза. — Тебе можно, а мне нельзя?