Яна Клюква – Измена. На грани (страница 8)

Стиснув зубы, я снова пошла в гардеробную, переодеваясь. А после, с натянутой на лице дежурной улыбкой, спустилась вниз. Тамара Степановна приветливо мне улыбнулась, участливо уточняя:

– Как ты себя чувствуешь, Катенька? Всё хорошо? – и сколько же в этой фразе была яда.

– Да, Тамара Степановна. Всё отлично. Иногда подташнивает, но терпимо, – ответила я, из последних сил сдерживая свои эмоции. – Не хотите чаю? – предложила я, надеясь, что свекровь не станет раскидываться советами, от которых я почувствую себе ещё хуже. Но кажется, я плохо знала Тамару Степановну.

– Не откажусь, – ответила она. – Чёрный. А ты воду попей. Чай вреден для ребёнка. И не пользуйся больше духами. От них тебя, скорее всего, и тошнит. Едкий запах.

– Хорошо, –кивнула я отстраненно и направилась на кухню.

– И таблетки не забывай пить. Лёша сказал, что много денег на них потратил. Хотя не понимаю зачем. В наше время обычными витаминами обходились и все, – продолжила она.

Вот бы ответить, что не хватает только упоминания про поле, в котором рожали, но я промолчала. Хотелось есть и спать. Но я была вынуждена заваривать чай свекрови. И выслушивать её глупые советы.

 Накрыв небольшой стол в гостиной и добавив к чаю сладости, я присела со стаканом воды на край дивана. Свекровь устроилась в кресле, а муж рядом со мной. Вот только я была вовсе не рада такому соседству. Еле смогла сдержаться, чтобы не отодвинуться от Лёши.

Сделав небольшой глоток, я посмотрела на Тамару Степановну, которая никого не смущаясь, поглощала пирожное, с удовольствием запивая его чаем. Потянувшись было к печенью, я была остановлена недовольным взглядом свекрови.

– Катенька, ты лучше сухофрукты покушай. Печенье и остальные сладости вредны для здоровья, – нравоучительным тоном произнесла она.

– Одно не повредит, – сжав пальцами стакан с водой процедила я.

– Катя, послушай маму. Она плохого не посоветует. Надо и о ребёнке думать, а не только о себе, – влез в наш разговор муж с угрозой во взгляде смотря на меня. – Не будь эгоисткой.

Сжав челюсть так, что зубы заскрипели, бросила в его сторону взгляд полный ненависти. И это говорит мне тот, кто продержал меня полдня без еды в гараже. Ненормальный!

– Конечно, – ответила я, беря чернослив и очень желая, чтобы и муж, и свекровь провалились куда-нибудь прямо сейчас. Вместе. В пекло из которого эти твари вылезли.

Но к сожалению, одного моего желания было недостаточно.

– У меня отличная идея, – неожиданно произнёс муж. – А почему бы тебе, мама, не остаться у нас до завтра? Время уже позднее.

– Ой, я только с радостью, сынок. Может, наконец, научу Катю готовить. А то что вы всё на покупном и заказах. Нужно и домашней едой баловать мужа, дорогая, – пожурила она меня. А я очень пожалела, что не плюнула ей в чай, прежде чем подать его.

– Я умею готовить, Тамара Степановна, – ровным тоном возразила я. – Просто незачем и некогда.

– Некогда? – уцепилась за слово свекровь. – Так ты же ничего не делаешь целыми днями? Это Лёша работает, а ты лишь по магазинам гуляешь как сегодня, – удивилась свекровь.

– У меня есть работа, – как можно спокойным тоном ответила я.

– Да-да, рисунки твои. Хоть что-то покупают? – спросила она, усмехаясь. – Носки хотя бы.

– Покупают, – ответила я. – И носки я не продаю.

– А зря. Носки всем нужны. А вот твои странные платья не каждому подойдут.

– Не платья, а пеньюары. И нижнее бельё, – поправила я её.

– Стыд и срам, – припечатала она. А я поняла, что лучше завершить этот разговор. – Брось это. Глупостями занимаешься. Лёша говорит, что и дохода нет.

– Я только открылась, – ледяным голосом ответила я.

Хотя не стоило даже время тратить. Но было обидно до одури. Эта женщина всю свою жизнь проработала на рынке. Торговкой. Ни к чему не стремясь. А теперь поучает меня.

– Уже два месяца прошло. Я вынужден вкладывать деньги в убыточное дело, – влез Лёша, вставая на сторону матери.

– Деньги моего отца, – не удержалась я.

В комнате повисла гнетущая тишина. Лёша побагровел. Если бы не свекровь, мне бы не хило прилетело. Но муж сдержался.

– И его тоже, – произнёс он. – Но глупо разбазаривать их на то, что не принесёт доход. Нужно быть умнее, Катя. Иначе останешься с голой задницей, – добавил он, взглядом обещая, что на этом наш разговор не закончен и стоит нам остаться одним, он ещё добавит много чего.

– Вот именно, – поддакнула Тамара Степановна. – Лёша всё делает, чтобы ваш доход приумножался. А ты лишь тратишь деньги. И вообще, сейчас тебе бы думать о ребёнке, а не об этих рисунках. Только время терять. Всё равно не сможешь вскоре совмещать работу и материнство. Мой внук или внучка должны получать в полном объёме внимание матери.

Возражать я не стала. Я и так сболтнула лишнего. И теперь не особо хочу уходить отсюда. Лучше сидеть в компании свекрови, чем оказаться наедине с мужем.

Страх полностью затопил меня. Я сидела, уткнувшись взглядом в несчастный бокал воды, и не знала, что теперь делать. И, кажется, накрутила себя настолько, что почувствовала, что меня повело. А может, ещё и голод приложил к этому руку. В общем, я даже не поняла, как отключилась. Лишь напоследок увидела обеспокоенное лицо Тамары Степановны, неожиданно вскочившей со своего места. А дальше темнота.

Очнулась я в клинике.

– Катенька, как ты себя чувствуешь? – услышала я голос Марины Семёновны, стоило мне открыть глаза.

– Нормально, – еле разлепив губы, ответила я. Хоть и ощущала сильную слабость.

– Побудешь здесь немного, пока мы все проверим. Скоро принесут завтрак, – произнесла она. – Твоя мама ждёт в коридоре. Пригласить?

– Свекровь, – поправила я женщину. – Да приглашайте, – пробормотала я, понимая, что от Тамары Степановны невозможно просто отделаться тем, что я плохо себя чувствую и не хочу никого видеть. Она всё равно зайдёт. Просто буду игнорировать её.

Но игнорировать свекровь не получилось. Женщина неожиданно выглядела очень обеспокоенно. Только зайдя, она молча поправила одеяло, взбила подушку, налила мне стакан воды и помогла сделать глоток.

– Ну как ты, Катенька? Ты так напугала нас с Лёшей. Что ж ты не сказала, что за день ничего не покушала. Как же так время-то не нашла? – посетовала она. – Нужно есть, иначе ребёночка можешь потерять.

– Да всё нормально, Тамара Степановна, – прошептала я. – Просто день выдался непростым. Впредь не буду так делать. А Лёша?..

– Он на работу уехал. Но не беспокойся, я побуду с тобой до его приезда, – успокоила она меня.

– Спасибо, – кивнула я, не зная, что ещё сказать. Неожиданно свекровь тоже молчала, не мучая меня своими наставлениями. А когда принесли завтрак, словно надзиратель, проконтролировала, чтобы я всё съела. Такая забота была от неё странной. Тоже что-то задумала как и её сынок? Ну Лёше-то я, по крайней мере, знаю что нужно от меня. А Тамаре Степановне? Загадка!

Лёша приехал после часа дня. С цветами. Кажется, сегодня меня решили удивить все кому не лень. Хотя сомневаюсь, что моему мужу стыдно за свой поступок. Скорее снова игра на публику.

– Я нанял повара, – с места в карьер начал супруг. – Будет следить за тем, чтобы ты вовремя питалась. Ты заставила нас с мамой сильно перепугаться, – добавил он, впихивая мне в руки букет.

Да неужели? Хотелось запулить этим букетом в эту наглую рожу, но я лишь стиснула несчастные цветы, чувствуя, как шипы роз впиваются в кожу. Это немного отрезвило. Нельзя. В самом деле, мне нужно подумать и о ребёнке. Но во вчерашнем виноват лишь Лёша со своей преподобной матерью.

– Правильно, сынок. Верное решение, – поддержала Лёшу мама. А я неожиданно осознала. В доме появился ещё один человек, который будет за мной следить и всё докладывать мужу. И кажется, наблюдать за мной будет намного пристальнее остальных. Персональная нянька. Замечательно!

ГЛАВА 8

Но если я думала, что Лёша забыл о том, что я упомянула деньги отца, то сильно ошибалась. Стоило вернуться домой и подняться к себе, как я в мгновение оказалась прижата к стене Лёшей.

– Думаешь, обычный обморок может спасти тебя? Я не забыл, что ты вякнула вчера! – угрожающе произнёс Лёша, сжимая пальцы на моей шее.

– Ты ненормальный! Я из-за тебя вчера ничего не поела. Ты продержал меня полдня в гараже! А потом ещё твоя мама! Ты заставил меня сидеть с ней! Хотя я хотела спать! – сорвалась я, но в тот же миг оказалась на полу, отброшенная Лёшей.

– Заткнись, дрянь! – рявкнул он, от злости брызжа слюной. – Думаешь, я испытываю к тебе жалость? – надвигаясь на меня, произнёс он. А я торопливо  отползла, боясь разъярённого мужа.

– Только тронь меня! Я тебя по судам затаскаю! – чуть дрогнувшим голосом процедила я. Было страшно. Но я больше не могла молчать. – Я знаю про завещание! Тебе нужен ребёнок! Только ударь, и ты его потеряешь!

– Ах ты, тварь! – заорал этот мудак, дёргаясь в мою сторону.

Испугавшись, я закрылась руками, ожидая удара. Но муж сдержался. Стоял, вперив в меня свои выпученные от злости глаза, и сжимал кулаки, не решаясь нанести удар. Неужели понял, что меня нельзя трогать? Вот только боюсь, это никак мне не поможет. Не ударит, так по-другому причинит вред. От этого психа можно ожидать, что угодно.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.