Яна Каляева – Не оставляйте нас (страница 17)
— Да кого ты обманываешь? Все ты знаешь! — если бы они были сейчас в контейнерном квартале, Рия, наверно, сплюнула бы на пол. — Сиськи твои ему глянулись, этому Виктору, всего и делов. Думаешь, раз ученый, то головой думает, а не тем, что в штанах? Все они, мужики, одинаковы. Скажешь, не подкатывал еще?
— Нет, конечно, нет… да не в этом же дело! Рия, я понимаю, тебе обидно. Наверняка ты заслуживаешь это место больше, чем я. Но вышло уже так, как оно вышло. Ты никому не поможешь, если станешь мне мстить. Прошу тебя, остановись.
— Мстить? Тебе? Много о себе воображаешь… Чего бы я стала мараться?
— Тогда где мой комплект одежды?
— Комплект? Какой комплект?
Либо в Рие спал талант гениальной актрисы аугвидения, либо она правда не понимает, о чем речь.
— Мой чистый комплект, — терпеливо объяснила Индира. — Который ты утром должна была положить на мою спальную панель. Пожалуйста, отдай его. Это все не принесет нам обеим ничего, кроме неприятностей.
— Одежда? Принесла я тебе одежду, обслужила госпожу лаборантку, как положено… Чего привязалась?
— Ее утром не было.
— Да ты чего? — Рия явно опешила. — Как «не было»? Кто мог ее взять, за каким корпом? Если кто-то станет носить шмотки с чужим кодом, это же верный вылет из программы. Так на тебе что сейчас, грязное? Что же ты сдала в стирку?
— Ничего.
— Че… Так ты думаешь, это я твой комплект припрятала?
— А это не ты?
Рия скривилась:
— Ну, шевельни извилиной, раз уж тебя за интеллект выдвинули аж в целые лаборантки… Если бы я тебя хотела подставить, стала бы это делать в свое дежурство? Чтобы мне же потом отвечать за недостачу имущества? Я бы так все обстряпала, что никто не дотумкал бы. Не знаю, кто тебя хочет отсюда выжить и за каким корпом. А мне на тебя плевать.
Индира сникла. Вряд ли Рия сейчас врала, и это еще больше все запутывало.
— Со шмотками так порешаем, — сказала Рия. — Я тебе принесу новый комплект со склада. Там столько всего навалено… если его и хватятся, то когда мы уже давно на Марсе будем. И код твой проставлю, принтер, который их печатает, там же. Ну, чего вылупилась? Мы, балласт и биомусор, должны держаться друг друга, а то корпы сожрут нас заживо. Жди, за комплектом сейчас метнусь.
— Спасибо, — пробормотала Индира.
Глядя в спину удаляющейся Рие, она понимала, что сегодняшняя ее проблема решилась, но главная — только запуталась еще сильнее.
Глава 10
— Пожалуйста, Виктор, присаживайтесь! Позволите вас угостить?
Корп-майор Саймон Хэнсон прямо-таки излучал радушие.
— Право же, не стоит... — Виктор топтался возле дверного проема. — У меня минутное дело. Я вообще удивлен, что вы меня пригласили в личную квартиру…
— Признаюсь вам честно: мне чудовищно скучно, — Саймон доверительно улыбнулся. — Застрял в учебном центре с этой группой, корповы карантинные правила... Представляете, выход в Сеть здесь ограничен даже для меня! Так вот мы радеем о безопасности. Поговорить не с кем, всей компании — безмозглые корп-лейтенанты да биоматериал. А вы круглосуточно пропадаете в своей лаборатории и даже не думаете меня навестить. Вот я и воспользовался предлогом затащить вас к себе, не обессудьте.
Виктор пожал плечами и опустился в кресло, обитое натуральной кожей. Саймон, напротив, поднялся, подошел к бару из – о Маркс! – настоящего дерева и принялся смешивать жидкости из стеклянных бутылочек — вручную, игнорируя внушительный арсенал кулинарной автоматики.
— Прошу вас, угощайтесь. Шотландский односолодовый виски с натуральной колой.
— Это алкоголь? — Виктор нахмурился. — Но как же правила подготовки к полету?
— Правила существуют, чтобы их нарушать! — Саймон по-мальчишечьи улыбнулся и отбросил со лба прядь светлых волос. — Однако давайте быстренько разделаемся с формальностями. Что за дело привело вас ко мне?
— Отдел информационной безопасности уже месяц не может закончить проверку моих программ, — Виктор осторожно пригубил терпкий сладкий напиток. — А ведь это почтенные университетские приложения с более чем вековой историей. Они используются и на Земле, и на Марсе. Без них я не могу анализировать данные. Что, ради Че, в них можно проверять столько времени?
— Да ничего они и не проверяют… Просто имитируют бурную деятельность, — Саймон развернул голоэкран со своей оболочки. — Так, вижу ваше заявление… Маркс, какая драматическая переписка! Удивительно, насколько же некоторые вещи постоянны – бюрократия, наверно, погибнет разве что вместе с человечеством, и то не факт. Сейчас проставлю резолюцию… готово. Через четверть часа инфобез загрузит на ваш браслет все, что нужно. Приношу свои извинения. Видите ли, в инфобезе, как и в других корпоративных структурах, работает в основном криворукий биомусор.
— Однако! — рука Виктора дрогнула, лед в бокале с коктейлем тоненько звякнул. — Не слишком ли резко вы о служащих собственной корпорации отзываетесь?
— О, не бойтесь, это не проверка лояльности, право же… Не вижу смысла скрывать от вас подлинное положение дел. Такое, знаете ли, неизбежно, если поколениями принимать на работу только родственников тех, у кого уже есть работа. Корпорации вырубили социальные лифты, а теперь сами же тонут в некомпетентности служащих… Меры безопасности усиливаются с каждым днем, а число терактов только растет.
— Как-то я... не ожидал услышать подобное от корп-майора!
— Да я на всякое насмотрелся, — Саймон пожал плечами. — Знаете, что половина детей и наследников корп-генералов либо гниет заживо в вирт-капсулах последней модели, либо сидит на синте, как самый пропащий балласт? И вся королевская конница, и вся королевская рать ничего с этим поделать не могут. Золотые детки, у которых по праву рождения было все… и кто из них ухитрится не убить себя до конца, тот и станет решать судьбы человечества. Как вам такое, Виктор?
Ученый глянул на Саймона с любопытством. В официальной биографии корп-майора значилось, что он родился в контейнерном квартале и всего добился сам. Как правило, что-то в таком роде происходило с нелицензионными детьми корп-офицеров. Но вдруг тут дело в другом? Через какой ад пришлось пройти пареньку из контейнера, чтобы дослужиться до корп-майора?
— И ведь так было не всегда, — продолжал вещать Саймон. — Еще недавно среди корп-офицеров хватало тех, кто понимал, что долгосрочные инвестиции в экономику необходимы. Что бесконечное сокращение рабочих мест приведет к падению сбыта и в конечном итоге прибыли самих же корпораций. Но монополизм привел к тому, что все корпоративные системы деградируют с каждым поколением. Знаете, Австралийский эвкалипт пропитывает землю вокруг себя эфирными маслами, превращая ее в легко воспламеняющийся ковер, чтобы избавиться от конкурирующей растительности. Так и...
Дверные створки разъехались, и вошла девушка в джинсах и рубашке участницы материнской программы. Увидев Виктора, она замерла на полушаге — стройная, грациозная, сильная, похожая на смертоносную боевую машину.
— Прости, не знала, что у тебя гость… Здравствуйте.
— Ничего, радость моя, здесь, право же, все свои… — Саймон поднялся, подошел к девушке, обнял ее, поцеловал в губы.
Виктор поспешно отвел глаза. Он слышал, что Саймон взял одну из участниц материнской программы в наложницы, но не ожидал, что это станут так спокойно ему демонстрировать. И все же успел заметить, что девушка отнюдь не выглядит так, будто она здесь не по своей воле. Напротив, она льнула к Саймону всем телом, и выразительные черты ее превосходно вылепленного лица смягчались, когда она смотрела на него.
— Иди пока поиграй во что-нибудь, — Саймон развернул девушку к двери и хлопнул по упругой заднице. — Я скоро приду.
Странно, но во взгляде, которым корп-майор проводил девушку, Виктору почудилось нечто вроде снисходительной нежности.
Саймон смешал новые коктейли, хотя Виктор отпил от своего едва пару глотков. Конечно, легендарную колу распробовать хотелось — но принимать подарки от Саймона было противно.
— Вас это смущает? — спросил Саймон, показывая глазами на дверь, за которой скрылась девушка. — Право же, это самое естественное, что только может быть. Глупо, мы готовим юных девушек к материнству, но лишаем их простой радости плотской любви. У вас же хорошенькая лаборанточка, да? Ну или любая другая участница программы, выбирайте на свой вкус…
— Это уже даже для вас чересчур гнусно! — взорвался наконец Виктор. — Вы не можете так обращаться с этими девушками! Сначала накручиваете их на высокую миссию, а потом принуждаете к…
— Поверьте, никто никого не принуждает! — Саймон вскинул ладони. — Женщины сами тянутся к мужчинам, облеченным богатством и властью. И даже не из вульгарных меркантильных побуждений — в самом деле испытывают любовь к тем, кто лучше других способен о них позаботиться. Такова их природа с древности и до наших дней, тут уж ничего не поделаешь. Вот, попробуйте, здесь я смешал…
— Знаете что, — Виктор резко поднялся с кресла. — Не буду я у вас ничего пробовать. Довольно с меня провокаций. Я донес бы о нашей беседе в службу безопасности, но это глупо, здесь вы ее и курируете. За приложения спасибо, они уже закачались на мой браслет. А к остальному я не желаю иметь отношения! Вы тут клевещете на корпорацию, развращаете матерей будущего и всячески бравируете низкопробным цинизмом. Сколько угодно, только без меня. Я — обычный пролетарий умственного труда, моя работа — превратить Марс в новый дом для человечества. Иисус, как же я надеюсь, что это возможно даже под управлением таких циников, как вы...