Яна Каляева – Белый Север. 1918 (страница 23)
Но круглое лицо Михи озарила улыбка:
— Твоя правда, товарищ. Лучше один раз увидеть, чем сто раз услышать. Как раз успею мужикам растолковать, что к чему, и двинемся.
— Убеди их не эскалировать ситуацию… не лезть на рожон и не хвататься за оружие, хорошо?
— Не митусись, Максимко, — Миха вскинул открытые ладони. — Мы тут людей умеем беречь, ведь нам здесь жить. Своего не отдадим, но и чужого нам не нать. А ты, небось, с утра не жрамши? Щас сгоняю кого-нибудь на кухню…
Глава 12
Вы знаете, что такое инфляция?
— Город парализован, — негромко сказал генерал Пуль. — Электростанция бастует, трамвайный парк тоже. Трамваи обесточены прямо на маршрутах. Ни одна фабрика, ни одно производство так и не заработали.
Максим кивнул. Они с Бечиным только что ехали на парад через опустевший, угрюмо молчащий город. Удивительное дело, при большевиках все работало, при ВУСО все работало — а стоило появиться скверно сверстанным листовкам о возвращении царя, как город замер… нет, не замер — затаился перед ударом. Все беды и испытания смуты не зародили в людях, поживших при Империи, ностальгии по ней. Может, потому, что они не знают того, что знает Максим: это всего лишь начало их бед.
— Я ввел дипломатов в курс дела, — продолжал Пуль. — Они поддержат нас: военного переворота допускать нельзя.
Генерал кивнул в сторону группы иностранцев в дорогих пальто и лакированных ботинках. Максим был в курсе, что в Архангельске находятся британский и американский послы, но никогда с ними не общался. Знал только, что они отказались вести переговоры с советской властью, однако с признанием ВУСО и других белых правительств тоже не спешили.
— Где же дьявол носит Чаплина? — раздраженно спросил Пуль, не обращаясь ни к кому конкретно. — Неужто он создал все эти проблемы, а теперь боится взглянуть им в лицо? А вот и янки начали высадку. Что-то их мало… Я ждал как минимум вдвое большего контингента.
Максиму совсем не показалось, что американцев мало. С кораблей в уже примелькавшемся ослепляющем камуфляже по широким трапам тек поток солдат и офицеров. Парни в коричневых кожаных жилетах и меховых, уже вымокших под дождем шапках заполняли набережную и выстраивались в начале Троицкого проспекта. Они держали флаг, на котором звездочки были расположены не совсем так, как Максим привык… кажется, нескольких еще не хватает.
Встречали, однако, американцев совсем не как британцев месяц назад. Ни нарядной толпы, ни приветственных выкриков, ни атмосферы праздника — и едва ли один только дождь был тому причиной. Немногочисленные прохожие смотрели хмуро, никто не отвечал на дружелюбные улыбки американцев. И, естественно, никаких официальных лиц с российской стороны… интересно, разыщут их британцы на Соловках или Чаплин и правда выбрал простой способ решения проблемы? Хотя вон жмется у края мостовой небольшая группа штатских. Максим с удивлением узнал среди них Мефодиева — земского деятеля, который еще спрашивал про Марусю.
Засмотревшись, Максим сперва почувствовал, как напрягся стоящий рядом Миха, и потом уже проследил за направлением его взгляда. Со стороны улицы Свободы приближался отряд русских офицеров, возглавляемый Чаплиным. Около двух десятков. Еще не совсем вымокшая парадная форма, блеск орденов, гордо расправленные плечи… Максим второй раз за день переложил трость в левую руку.
Чаплин на фоне своих офицеров выглядел тщедушным, но выражение уверенности и решимости на лице с лихвой искупало это.
— Генерал Пуль, — сказал он на превосходном, почти без акцента английском языке. — Господа послы. Имею честь сообщить вам, что временное правительство, именуемое Верховным Управлением Северной Области, прошлой ночью сложило свои полномочия. Власть в городе перешла к военно-народному правительству из офицеров моего штаба и уважаемых представителей местного общества.
Так вот зачем Мефодиев сюда заявился! Вот же гад. Не ожидаешь от интеллигента союза с хунтой…
Лицо Пуля осталось непроницаемым. Чаплин поморщился, увидев Максима и Бечина за его спиной. Британский посол шагнул вперед, поправил на носу очки и сказал подчеркнуто спокойно:
— Боюсь, вы неверно информированы, капитан Чаплин. Верховное управление никаких полномочий не складывало. Его члены временно покинули город, но эта ситуация будет исправлена в самом скором времени. Вот, здесь находится представитель ВУСО, давайте уточним у него. Мистер Ростиславцев, правительство, в котором вы состоите, подавало в отставку?
Посол на удивление непринужденно выговорил не самую простую для английского уха фамилию.
— Никоим образом, — твердо ответил Максим. — Верховное Управление Северной Области не имеет подобных намерений и никогда не имело.
— Полагаю, вы слишком долго находитесь в тылу, капитан Чаплин, — вступил в беседу Пуль. — Право же, политика — не ваша стезя, вы сами в ней путаетесь и всех путаете. Отчего бы вам и вашим людям не отправиться на фронт? Сегодня же.
— Но ведь фронт еще не развернут… — голос Чаплина практически не дрогнул.
— Ну так скоро же развернется! А пока вы можете посвятить себя тренировке новобранцев. Видит Бог, они в ней нуждаются. Транспорт уже подготовлен. Мои люди проводят вас. Прямо сейчас.
Чаплин не сдвинулся с места. Максим передвинул руку поближе к левому карману.
— Смотрите, наши американские союзники завершили высадку и направились сюда, — дружелюбно улыбнулся Пуль. — Вы же не хотите опозорить свою страну, встретив их скандалом?
Чаплин колебался всего несколько секунд, потом поднес к виску средний и указательный пальцы:
— Честь имею!
Одним движением развернулся кругом и пошел прочь, сопровождаемый своими офицерами. Пара британцев из окружения Пуля двинулась за ними. Максим выдохнул. Чего нельзя отнять у этих мужчин в форме — они позволили друг другу выйти из положения, сохранив достоинство.
— Ворон ворону глаз не выклюет, — пробурчал Миха раньше, чем Максим успел перевести для него суть разговора.
Колонны американцев приблизились и в одну секунду замерли. Вперед шагнул их командир — Максим не понял по символике, в каком звании — широко улыбнулся и звонко принялся рапортовать о прибытии десанта. В цифры Максим не вслушивался, понял только, что часть десанта осталась на кораблях из-за карантина по испанскому гриппу, и сразу ощутил к американцам симпатию. Во время положенных приветствий и представлений Максим смотрел вслед Чаплину и его команде, пока их спины не растаяли в дождевой хмари.
— Простите, что отклоняюсь от протокола, сэр, — бойко сказал молодой американский командир. — Но, согласно полученным мной сведениям, в городе сложная ситуация. Скажите, чем мы можем помочь?
Однако, этот на вид такой простой парень не пренебрегал разведкой.
— Не стану скрывать от вас положение дел, — ответил Пуль. — Здесь случилось недоразумение с правительством, которое в скором времени будет исправлено. По городу были распространены ложные сведения, посеявшие панику, и теперь часть работников бастуют. Оставшиеся не могут попасть к месту службы, поскольку трамваи оказались обесточены. И даже если мы наладим работу электростанции, водить их некому.
— Это не представляет никакой проблемы, сэр, — широко улыбнулся американец. — Мы из Детройта, кое-что смыслим в технике. Дайте нам проводника и переводчика, и наш инженерный отряд прямо сейчас запустит электростанцию. А что до трамваев… — командир повернулся к своим людям. — Эй, парни! Есть превосходная возможность отличиться. Кто умеет водить автомобиль, выйти из строя!
К удивлению Максима, в сторону шагнуло человек тридцать, не меньше. Вот тебе и простые парни из Детройта!
— Мы готовы прийти на помощь, сэр! — снова улыбнулся американец. — Показывайте, что тут у вас не работает.
Пока американцы перестраивались, к Максиму подошел Мефодиев.
— Скажите, с Чайковским и его товарищами в самом деле все благополучно? — спросил он. — Они возвращаются?
— А вам-то что за печаль, — огрызнулся Максим. — Вы же с Чаплиным были заодно?
— Отнюдь! Свержение законного правительства, вооруженный захват власти… Да я бы никогда не стал участвовать в подобной авантюре! Чаплин просто поставил меня перед фактом и предложил временно занять пост начальника области по гражданской части. Я сам был в ужасе! Но не прийти сюда посчитал трусостью.
— То есть, вы утверждаете, что ни в какой сговор с капитаном Чаплиным не вступали?
— Да как бы вам сказать, — Мефодиев вздохнул. — Я соглашался с ним, когда он критиковал ВУСО за пустословие и говорил, что области необходима твердая власть. Потому что это и в самом деле так. Но военный переворот! Это ведь совершенно другое. Впрочем, я готов понести ответственность, если правительство сочтет это необходимым. Но прямо сейчас я хочу узнать, чем я и моя газета можем помочь?
— Дайте опровержение этих нелепых слухов о реставрации монархии. Обещайте скорое возвращение законного правительства. Призовите соблюдать спокойствие, прекратить забастовки и вернуться на производства… После побеседуем о ваших взглядах, как они повлияли на создание этой ситуации. Сейчас важно восстановить порядок и предотвратить кровопролитие. Так, американцы готовы, наверно, я нужен им в качестве проводника и переводчика.