Яна Гущина – Жгучий танец смерти. Книга 1 (страница 21)

- Но если ты примешь Эрика, как мужа, - вкрадчиво заговорил отец, - то останешься жить.

- Папа, как же мне жить, если из-за меня пострадал Ричард? – я старалась вдыхать поглубже, чтобы не потерять сознание. – Я должна добиться его освобождения!

Отец недовольно засопел

- Но этот негодяй, за которого ты собралась бороться, принудил тебя к браку, околдовав! - напомнил он, сверкнув глазами.

- Это не так! – мои нервы начали сдавать, и захотелось вопить от отчаяния, доказывая его невиновность. – Он оговорил себя, чтобы спасти меня. С самого начала он только и делал, что спасал меня и помогал во всём, а в итоге поплатился за свои добрые дела. Отец, я не могу оставить его в ссылке! Там должна быть я, но никак не он!

Отец изумлённо уставился на меня. Его правый глаз нервно задёргался.

- Какой ужас, - выдохнул он, хватаясь за голову. Какое-то время он стоял, без конца повторяя «какой ужас», а потом пронзительно посмотрел на меня и сказал: - Я завтра же направлюсь в Департамент Магии и заявлю о его невиновности. Сейчас я не готов сообразить, как всё сделать так, чтобы его освободили, и при этом не тронули тебя. Но до завтра я что-нибудь придумаю. Скорее всего, место Ричарда займу я, но я готов отвечать за свои ошибки.

- Нет, - я с ужасом покачала головой. – Надо придумать что-то такое, чтобы тебя не сослали.

- Мэри, я заслужил ссылку.

Для меня такой выбор был неприемлем. Я не готова была к тому, чтобы отца казнили или сослали. Поэтому надо бы успокоиться и подумать над ситуацией. Сегодня столько всего навалилось на меня, что голова просто рвалась на части!

- Мэри, скажи, ты доверяешь мне?

Я посмотрела в его глаза, полные любви ко мне и кивнула.

- Да.

- Если так, то выслушай родительский совет. Прими брак с Эриком. Это защитит тебя от Департамента Магии. Ради меня и памяти мамы смирись. А я что-нибудь придумаю насчёт Ричарда. Я встречусь с его родителями, и мы сообща предпримем всё возможное для его освобождения. Но сейчас нам надо вернуться в зал. Прошу тебя, усмири гордость. Пока что не время для необдуманных поступков.

Я тяжело вздохнула. Он прав. Моя гордость ничто по сравнению с жизнями людей, которые могут угаснуть из-за моей опрометчивости. Если Элизабет и Артур Ноэль хотят злиться на меня и оскорблять, то я позволю. Но когда Ричард окажется на свободе, я припомню им их обхождение!

Отец помог мне подняться и проводил обратно в зал. Все встретили нас настороженными взглядами, но без вопросов.

- Мэри плохо себя почувствовала, - пояснил отец, усаживая меня в кресло, и тихонечко шепнул на ухо: - Не стоит распространяться о деталях нашего разговора.

Я слабо кивнула, а он прошёл к тому месту, где сидел до этого, и тяжело опустился, будто нёс на себе груз всех моих бед.

Глава 17. Вынужденное признание

Мистер Ноэль стоял у окна. Было видно, что он нервничает.

- Когда же они прекратят показывать нас в новостях? – в сердцах вскричал он, задёргивая шторы. – Даже спокойно поговорить нельзя без того, чтобы наша беседа не вылезла на небо!

Я ощутила приступ гнева, осознавая, что каждое моё слово, каждое движение отображается на небе. Хотелось убежать от всего мира, свернуться калачиком и пережить беду вдали от любопытных взглядов. Следующая мысль была куда ужаснее: неужели наш разговор с отцом тоже не остался без внимания?

Словно в ответ на мои предположения, отец Эрика раздражённо сказал:

- Пока вас не было, нам показывали совещание Департамента Магии по вопросу летучих карет. Оно только что закончилось и вместо заставки они вклинили наши посиделки.

Мистер Ноэль широкими шагами пошёл к двери. Видимо, вся эта неразбериха окончательно довела его. Никогда не видела его таким расстроенным. Да и миссис Ноэль изменилась. В зале суда она всячески поддерживала меня, как в былые времена, а сейчас стала колючей незнакомкой, готовой бросить меня на растерзание злых языков, лишь бы я не запятнала честь её сына. Впрочем, если они решатся выпроводить меня из своего дома, то в этой ситуации пострадаю не только я, но и Эрик. Он может иметь хоть сотню любовниц, но детей рожать может только лишь с женой. Такова природа нашего мира.

Подумав о детях, смутилась. Столько сегодня говорилось о том, что он мой муж, а я ни разу не подумала о том, что мы с ним должны будем разделить постель. К этому я абсолютно не готова! Я не смогу раздеться перед ним. Я не люблю его! Он – мой друг. Я не хочу, не буду!

Судорожно выдохнув, попробовала успокоиться. Получилось не сразу, но мне это удалось. Гости заговорили, пытаясь сгладить неловкую тишину. Я не смогла вникнуть в их разговор. Мне было не до них. Под мерный гул голосов подумала, что рано или поздно мне придётся пойти на близость с Эриком.

А что, если во время поцелуев с ним я почувствую то же, что тогда, когда целовалась с Ричардом? Может, не только поцелуи Ричарда могут пробуждать во мне приятное щемящее чувство? О, небо! Зачем я подумала о Ричарде? Надо забыть!

Я помотала головой, отгоняя наваждение.

- Думаю, нам всем стоит отдохнуть, - миссис Ноэль поднялась и натянуто улыбнулась, вырвав меня из цепких лап размышлений.

Её улыбка была фальшивой настолько, что стало неприятно. Представляю, каково ей принимать в гостях не только меня, но ещё и моих друзей! Небось, готова всех прогнать с глаз долой, лишь бы очистить свои воспоминания обо мне.

Вслед за ней стали подниматься остальные. Эрик подошёл ко мне и предложил руку. Надо же! Как уважительно с его стороны! Неужели он готов к примирению?

Я вложила свою ладонь в его и встала, всё так же изображая величественность. Пусть только попробует подумать, что я чувствую свою вину! Вот уж нет! Не дождётся!

Он повёл меня по длинной анфиладе комнат в мои апартаменты, которые я занимала всегда, когда мы с отцом приезжали сюда в гости. Периферией сознания поймала, что за нами никто не пошёл, хоть в той же стороне были апартаменты родителей Эрика и моего отца. Не хотят нам мешать? Ну что ж, правильно! Нечего слушать, как я скажу ему всё, что думаю о нём и его гнусном сокрытии брака. Напрасно надеется, что сможет упрекнуть меня хоть в чём-то!

Мы вошли в мои апартаменты. Тяжёлые бархатные шторы были задёрнуты, и в зале стоял приятный полумрак. При нашем появлении загорелись свечи в многочисленных подсвечниках, расставленных на резных столиках, вычурных комодах и просто на натёртом до блеска паркетном полу.

Стены, задрапированные зелёным шёлком, были украшены гобеленами и картинами в тяжёлых позолоченных рамах. Посередине стоял большой круглый стол, над ним висела шикарная люстра, но свечи на ней не стали зажигаться. Вокруг стола стояли четыре стула с высокими спинками, на резных ножках. Множество изящных статуэток и ваз украшали интерьер.

Я любила эту комнату. Здесь был высокий книжный шкаф. Я обожала уединиться с одной из книг. Забиралась в глубокое кресло, стоящее окна и могла читать дни напролёт.

Дальше зала мы с Эриком не прошли и остались стоять в неловком молчании. Мне бы предложить ему присесть, но бунтарский дух кричал, чтобы я выставила его вон. Тут к внутренней борьбе примкнул разум и убедил меня в том, что надо быть покладистее. Отец просил меня принять этот брак. А раз так, то надо смириться К тому же надо было признать, что если мы расстанемся с Эриком, то у меня никогда не будет детей. Ну, разве что я смогу вытащить Ричарда из иной реальности и затащить в постель. Он тоже мой муж и от него-то я тоже могла забеременеть. Тьфу, что за мысли! Пошли прочь!

- Так и будешь молчать? – спросил Эрик и развалился в кресле, кивком указывая на другое, что стояло напротив.

- А что ты хочешь услышать? – я села и одарила его высокомерным взглядом.

- Ну, может слова извинения, - протянул он, закидывая ногу на ногу.

- Да? – перешла я в наступление. – И за что я должна извиняться? За то, что ты…

- Не забывайся! – тут уже начал сердиться он.

Хорошо. Пусть выпустит пар, а потом уже можно будет взять ситуацию в свои руки.

- Эрик, не думаю, что ты не понимаешь, что во всём виновата не я, а все вы, - всё же не вытерпела я. Да и просто молчать тоже было не по мне.

- Да, сознаю, что надо было раньше оповестить тебя. Но раз уж так получилось…

- Раз уж получилось, то нечего винить меня! - вставила я, нервно перебирая пальцами.

Он замолчал и пристально посмотрел на меня. Встал и подошёл к круглому столу, повернулся к нему спиной и опёрся.

- Я понимаю, почему ты так поступила, но не знаю, что нам делать с тем, что ты… - он запнулся. – Что у тебя… - снова молчание, и, наконец, он собрался с духом: - Что у тебя был секс с другим мужчиной.

Мы впервые затронули тему секса, и мне стало неловко. Но мы с Эриком муж и жена, и лишняя скромность неуместна. Придётся обсудить это.

Почему-то захотелось его позлить, а заодно узнать, что он будет делать и говорить, думая, что я была в постели с Ричардом.

- Я не могу изменить того, что произошло, - с вызовом сказала я.

- А я не могу избавиться от наваждения, что ты лежишь в его объятиях, - его голос стал глухим и прерывистым. На лице заиграли желваки. Ему было тяжело. – Всю свою жизнь, сколько себя помню, я любил только лишь тебя. Вначале как друга, а потом как желанную девушку. Я представлял, как мы наконец-то сможем объединиться и радоваться жизни, растя детей. Эти мысли всегда приносили мне счастье. А теперь я чувствую присутствие этого негодяя. Он осквернил твоё тело и связал свою душу с твоей! Он всегда будет незримо жить с нами, как бы мы не старались прогнать воспоминания о нём!