Яна Губернаторова – Бабушкин сундук. Путешествия во времени (страница 2)

– А теперь открывайте, – сказал сундук.

Варя открыла глаза и ахнула.

Они сидели на той же самой лавке, в том же самом доме. Но дом выглядел по-другому – новее, свежее. Обои на стенах были другие, и печь была белая-белая, только что побелённая.

А по комнате ходила молодая женщина с длинной косой и напевала песенку. Она расставляла на столе чашки и улыбалась.

– Мама! – прошептала бабушка, и у неё задрожали губы.

Женщина обернулась и посмотрела прямо на них:

– Ирочка, ты уже пришла? А кто это с тобой?

Варя поняла, что женщина видит их. Она видит и бабушку, и её!

– Это… это… – растерялась бабушка.

– Здравствуйте, – сказала Варя. – Я Варя. Я ваша… ну, это сложно объяснить.

Молодая прабабушка Аня подошла ближе, всмотрелась в лицо бабушки и вдруг всплеснула руками:

– Ирочка? Ты ли это? Только… старше? И одета не по-нашему?

– Мама, – бабушка протянула руки и обняла свою молодую маму. – Мамочка, это я. Только я из будущего. А это внучка твоя, Варя.

Прабабушка Аня обняла их обеих, и Варя почувствовала, как у неё самой защипало в носу от счастья.

– Чудо-то какое, – прошептала прабабушка. – Дочка из будущего и внучка. Садитесь за стол, сейчас чай пить будем. Ирочка, ты же помнишь, где у нас варенье стоит?

– Помню, мама, – улыбнулась бабушка сквозь слёзы.

Они пили чай из старых чашек с золотым ободком. Прабабушка Аня расспрашивала Варю про её жизнь, про город, про школу. Удивлялась, что люди теперь разговаривают по маленьким коробочкам и смотрят телевизор – она даже слова такого не знала.

А бабушка Ира – тогда ещё маленькая Ирочка – прибежала с улицы и застыла на пороге:

– Ой, а это кто?

– Это я, – сказала Варя. – Только большая. Из будущего.

– Врёшь, – не поверила Ирочка.

– А вот и нет, – улыбнулась Варя. – Хочешь, расскажу, что с тобой дальше будет? Ты вырастешь, у тебя родится дочка, а у неё – я. И ты будешь печь самые вкусные пирожки.

– Пирожки я уже умею, – важно сказала Ирочка. – Мама учила.

Они играли во дворе, бегали по саду, кормили кур и слушали, как прабабушка Аня поёт песни. А когда солнышко стало клониться к закату, сундук тихонько скрипнул издалека:

– Пора возвращаться. Время заканчивается.

– Мама, – бабушка обняла прабабушку Аню крепко-крепко. – Я так скучала по тебе. Спасибо, что увидела.

– И я по тебе скучаю, доченька, – сказала прабабушка. – Всегда скучаю. А ты приходи ещё. И Варю приводите.

– Обязательно придём, – пообещала Варя.

Они закрыли глаза, а когда открыли – снова сидели у сундука, укрытые старым платком. За окном было темно, в доме тихо, и только сверчок пел свою песенку.

– Бабушка, – прошептала Варя. – Это правда было?

– Правда, внученька, – ответила бабушка, вытирая слёзы. – Самая настоящая правда.

– А мы ещё пойдём?

– Обязательно пойдём. У нас ведь ещё много фотографий. И много историй, которые нужно вспомнить.

Варя обняла бабушку и прижалась к ней:

– Бабушка, я так тебя люблю.

– И я тебя, внученька, – ответила бабушка и крепко обняла Варю.

А сундук тихонько скрипнул на прощание, будто сказал: «Спокойной ночи, мои хорошие. Приходите ещё».

Сказка вторая. Школьные годы бабушки

После того первого путешествия прошло три дня. Варя всё время ходила за бабушкой хвостиком и просила:

– Бабушка, ну когда мы ещё пойдём в сундук? Ну пожалуйста! Ещё чуть-чуть!

– Погоди, внученька, – улыбалась бабушка. – Волшебство не терпит спешки. Сундук сам знает, когда открываться.

И правда, сундук молчал. Крышка не поднималась, свет изнутри не лился, только поскрипывал иногда, будто дышал во сне.

Но на четвёртый день случилось вот что.

Варя помогала бабушке перебирать старые вещи. Они доставали из шкафа простыни, полотенца, наволочки – всё пахло лавандой, которую бабушка клала между тканями.

– Бабушка, а это что? – спросила Варя, вытаскивая маленькую коричневую тетрадку.

Бабушка взяла тетрадку, открыла и вдруг замерла.

– Ой, – сказала она тихо. – Это же мой дневник. Из школы.

– Дневник? – Варя подскочила. – А можно посмотреть?

Они уселись на диван, и бабушка начала листать пожелтевшие страницы. Там были оценки, замечания, а между страницами лежали засушенные листья и маленькие картинки-вкладыши.

– Смотри, – показала бабушка. – Вот тут мне поставили пятёрку по чтению. А тут – четвёрку по арифметике. А это замечание: «Разговаривала на уроке».

– Ты разговаривала на уроке? – удивилась Варя. – Бабушка, ты же всегда говоришь, что надо слушать учителя!

Бабушка засмеялась:

– Ну, внученька, я тоже маленькой была. И тоже иногда баловалась.

И тут из угла раздалось знакомое поскрипывание.

– Сундук! – обрадовалась Варя. – Он зовёт!

Они подошли к сундуку. Крышка была чуть приоткрыта, и оттуда лился мягкий золотистый свет.

– Хотите в школу? – спросил сундук скрипучим голосом. – В ту самую, где твоя бабушка училась?

– Хотим! – закричала Варя.

– Только помните, – предупредил сундук. – Нельзя ничего менять. Только смотреть и запоминать. И держаться вместе.

Бабушка взяла Варю за руку, накинула на них обеих тот самый платок с красными цветами, и они шагнули в сияние.

Когда Варя открыла глаза, они стояли на улице перед деревянным зданием. Это была школа – старая, деревянная, с высокими окнами и крыльцом.

– Вот она, моя школа, – сказала бабушка. – Только она тогда новая была, крашеная. А сейчас, наверное, уже нет её.

– А почему нет?

– Сгорела, внученька. Давно ещё. Я уже взрослая была.

Из школы доносились голоса детей, звонок – но не электрический, а ручной, который учительница звонила колокольчиком.