Яна Грос – Выход (страница 11)
Перед сном Наташа подпирала дверь в свою комнату креслом, чтобы ночью к ней не могла пробраться мать. «Какая я несчастная! Господи, за что мне такая жизнь? В моей жизни присутствуют только парни-неудачники, только старые любовники и эта злая мать…»
Для Наташи вновь закончились волшебные выходные в объятиях Гриши и начались жёсткие будни. Наташа должна была работать, искать заказчиков. Наконец-то злосчастный универмаг перечислил все обещанные деньги за сделанную полгода назад работу, но их пришлось отдать Рашиду и строителям. Наташа снова без денег, а надо платить за квартиру, покупать еду, одежду, и ещё мать требовала отвезти её на отдых на море. И, что самое ужасное, Наташа должна была отправиться по приказу матери вместе с ней. Весь день Наташа провела за компьютером в поисках новых клиентов, в бесконечных звонках, в рассылке коммерческих предложений. Но ей удалось найти одного заказчика – это был ресторан узбекской кухни «Плов». Наташа договорилась о встрече с управляющим заведения.
В этот день Наташа поехала в один из самых известных и дорогих ресторанов в городе, располагавшийся на высоком берегу реки. Каждый раз, проходя мимо, Наташа обращала внимание на восточный интерьер ресторана: деревянная резная мебель с ажурной резьбой, ярко-зелёные, красные, жёлтые атласные подушки с золотистыми кисточками, изысканные персидские ковры, сувенирные кальяны – всё это манило в сказочный мир востока. Девушка останавливалась и, задерживая дыхание, мечтала побывать там, окунуться в сказочную атмосферу востока и богатой жизни, побывать в роли соблазнительницы мужских сердец, чтобы все мужчины восторгались только её красотой, чтобы все дары мира и богатства были у её ног. Но сейчас она едет туда не ради получения удовольствия, а ради заработка.
Управляющий встретил Наташу у входа в зал и сразу повёл на кухню, где планировалось делать ремонт. В помещение можно было пройти или сквозь залы, или через улицу по шатающейся металлической пожарной лестнице, около которой толпился курящий персонал. На кухне Наташу обдало жаром, вонью и духотой, так как никакой вентиляции и кондиционирования в помещении не было. Увидев Наташу и управляющего, персонал сразу прекратил работать, отошёл в сторону и стал пристально за ними наблюдать. На небольшой кухне находилось несколько шкафов, печей, столов, посудомоечных машин и холодильников. На одном и том же столе разделывалось мясо, резались овощи, фрукты, колбасы, готовились десерты, здесь же персонал обедал и использовал стол для личных вещей. Среди работников кухни два или три человека были русские, а остальные – люди из ближнего зарубежья: узбеки, таджики, цыгане, которые почти не разговаривали по-русски. Работники дружно, как по сигналу, выстроились около стен и молча наблюдали за происходящим. После того как управляющий по имени Артур показал все самые критичные и грязные места на кухне, а это чёрный потолок с плесенью, серые стены с серым грибком и другие отвратные места, он предложил пройти в ресторан для переговоров. В зале Артур направился к свободному столу у выхода и, предложив Наташе присесть, начал:
– Да, вы видели, что кухня у нас в плачевном состоянии: плесень, грязь, отваливающаяся штукатурка и плитка. Понимаете, всё это надо привести в порядок, – замолчав на несколько секунд, он продолжил: – Но у нас жёсткие условия! Работа должна быть сделана за два дня. Больше времени у нас нет. В понедельник к нам приезжает проверка из столицы, и всё должно быть идеально!
Своим внешним видом Артур производил впечатление метросексуала. Светло-голубые потёртые джинсы, полумятая белая рубашка навыпуск, открытая волосатая грудь, щетина и почти незаметная лысина создавали впечатление преуспевающего плейбоя, пользующегося успехом у дам.
– Да, хорошо, – Наташа пыталась понравиться ублюдку, чтобы получить заказ, и поэтому ей приходилось мило улыбаться. В этот момент она не думала о невыполнимых условиях работы, о сроках и обо всём, что её разум не воспринимал. Сейчас, как и всегда, ей нужны были деньги, и ради этого она готова согласиться на любые невыполнимые условия.
– Платим мы небольшие деньги – сто двадцать тысяч рублей с материалом и с работой. Согласны? – Артур остановил свой жёсткий дерзкий взгляд самоуверенного жеребца и снова продолжил: – Здесь уже было три бригады, и все отказались.
– Я понимаю, но я посмотрела объект, думаю, это реально сделать. Честно говоря, не понимаю, почему они отказались? – Наташа знала, что обманывает и управляющего, и себя, но ей нужны были деньги. Она не видела другого выхода, кроме как согласиться, так как других клиентов не было. Наташа была одна в своих решениях и поступках, и она могла полагаться только на свои чувства, на свою веру в то, что всё обязательно получится, поменяется, всё изменится к лучшему, она всё сможет вынести и преодолеть. С юношеским максимализмом Наташа готова была в одиночку противостоять системе, злу и одержать победу в любой войне.
– Значит, вы согласны, отлично!
– У меня есть форма договора, я вам завтра её привезу.
– Гм, нет, минуточку, подрядчики подписывают только наш договор: там указаны все условия, которые интересуют нас, поэтому мы не будем заключать другой договор. Я могу вам дать образец, чтобы вы смогли с ним ознакомиться до завтрашнего дня.
– Хорошо, – Наташа взяла пустую форму договора, не думая и не размышляя о последствиях или же очень хорошо зная последствия, но поступая на авось. Возможно, безысходность ею руководила или что-то ещё, что заставило в дальнейшем подписать договор. – Завтра или послезавтра приедет бригадир, чтобы посмотреть объект, во сколько лучше это сделать?
– Я здесь с десяти утра до шести вечера, поэтому в любое время, – хитро ответил Артур.
– Хорошо, значит завтра приедет бригадир, и мы подпишем договор.
– Договорились.
Наконец закончился этот неприятный для Наташи разговор, и она заторопилась к выходу.
Выйдя на улицу из душного прокуренного зала ресторана, Наташа почувствовала энергию летнего палящего солнца, а свежий речной воздух наполнил её лёгкие, голова закружилась. На миг Наташа закрыла глаза и представила, будто находится посреди старинной улицы, но в восемнадцатом веке.
«Как здесь тихо, ни души. Редко проедет извозчик или пройдёт угрюмая женщина с корзиной цветов. Наверное, это продавщица цветов идёт с базара… Так и хочется ей крикнуть:
– Эй, возьми меня в свой век, у вас там лучше!
Повсюду яркие вывески гостиниц, ресторанов и бань, нотариальных контор и банков. Кругом люд и бурлящая через край жизнь. Как здесь красиво! Издалека доносится звон церковных колоколов, это прихожане молятся, убогие милостыню просят и об землю лбом бьются. Пахнет праздностью и весельем, богатством и нищетой, православием и язычеством, верой и безверием…
– Я хочу к вам в ваш век, заберите меня!
А вот и станция ломовых извозчиков, и тут же рядом лавки, где торгуют валенками, сапогами и шляпами, чуть подальше – биржа легковых извозчиков и несколько лавочек с хлебом и калачами.
– Хочу калач!
Народ кругом торгует, смеётся и ругается, пляшет и плачет, дерётся и обнимается, танцует и молится. А вот и сама Екатерина Великая приехала повидать город. Царицу встречают восторженные горожане ружейными залпами, барабанным боем, колокольным звоном и красноречием священников. Повсюду купеческий колорит и корысть перекликаются с бездомным сбродом, босяками и нищими, которые ищут приют в городских ночлежках. Грязные, немощёные улочки и переулки с покосившимися домами, в каждом из которых – притон или кабак для обитателей городского дна, а рядом каменные постройки с дорогими лепными украшениями, служившими визитными карточками хозяев, их высокого социального положения и достатка. Но вот я вышла на набережную великой, широкой, тревожной, угрюмой, страдающей и могучей русской реки…»
Наташа открыла глаза и увидела себя на автобусной остановке. Головокружение прошло, но ощущение нежного речного ветра на щеках и волосах заставляло её улыбаться снова и снова.
Дома Наташа достала договор из сумки и начала читать. Текст в целом был небольшой – на две страницы, по содержанию достаточно простой, но один раздел заставил её задуматься:
«Ответственность сторон. За невыполнение или ненадлежащее выполнение принятых по договору обязательств Подрядчик несёт имущественную ответственность: за нарушение сроков (начала и окончания) выполнения работ Подрядчик уплачивает неустойку в размере 120 000 (сто двадцать) тысяч рублей за каждый день просрочки».
– Сто двадцать тысяч рублей? Это очень жёсткие условия. Наверное, поэтому бригады отказывались от них. Но мне бояться нечего, ведь Гриша обещал посмотреть и всё сделать. Если он скажет мне, что справится, значит, я подпишу договор, если нет – значит нет. Я доверяю и верю Грише абсолютно. Хотя, конечно, можно будет пригласить посмотреть объект ещё одного строителя, ради подстраховки. Прозвоню объявления и покажу объект ещё одной бригаде, кто-нибудь из них, да сделает».
На следующий день Наташа договорилась встретиться с Гришей, чтобы он посмотрел объект.
В назначенный день Наташа не шла, а летела на объект, но не для того, чтобы подписать договор с заказчиком, но чтобы увидеть Гришу, поцеловать его, обнять и сказать, как она сходит по нему с ума, что он для неё кислород, что она не может прожить без него ни минуты, и что работу она ему даёт не потому, что он хороший строитель, но потому, что она влюблена в него до безумия и не может не увидеть его и сегодня.