Яна Грос – ПеклоЭнергоГаз. Книга 1. Испытательный срок (страница 14)
– И вкусная! – вскрикнула Ослица.
– Спасибо, моя дорогая. Ты всегда, мой дружочек, ТАК меня поддерживаешь. Что бы я без тебя делала?
– Не знаю, Жан, не знаю, – промяукала Ослица.
– Вот, собственно, Зой, рецепт самого полезного мыльца. У меня целая баночка, поэтому на обед, девочки, ВСЕ подходим ко мне за полезной, правильной, натуральной и вкусной едой!
– Согласна! – поддержала Ослица.
Перетряхнув несколько раз вверх дном содержимое сумки, напоминавшей скорее склеенный вокзальный мешок бомжа, чем дамский ридикюль, Кабаниха наконец-то отыскала в его глубинах обещанные Ослице домашние кексики а-ля хендмейд. С десяток картонных коробок с коричневыми мягкими лепешками полетели в Ослицу. Еще на лету Ослица ртом словила несколько, а остальные, прежде чем положить их в глубокий рот, ей пришлось отдирать от пола и стен. Гастронаслаждение в тренде.
– Сашочек, тебе ВКУСНО?
Пока аромат серных яиц, прелого болота и разлагающихся людоедов, усиленный дикой жарой и невыносимой духотой, заполнял и проникал во все Зоины органические клетки и сосуды, вызывая в ней преждевременное несварение и старение, чуть прикрытые, томные, будто на вершине экстаза, Ослицины глаза перешептывались между собой.
– А где здесь дамская комната?
– НУУУ… – Вопрос ввел в ступор Кабаниху. – Ну как бы у нас так не принято, Зоя, если что, вставать вот так вот и пойти куда-то во время рабочего дня. Надо, наверное, уважать, с кем ты работаешь, да? О’кей?
Зоя на глазах то зеленела, то чернела, то желтела, то белела. Бутербродик с мыльцем сработал в неведомом для нее направлении: что-то новое зарождалось в селезенке, почки взвешивали друг друга по очереди, раздвоившийся желудок сократился на половину и перешел на сторону печени, кишки вообще устали ждать, пока сердце всех поддержит и вытащит подопытную конструкцию на новый уровень, вылетая и разрывая грудину. Через несколько секунд все должно было случиться, но уже без прямого ведома и обстоятельного мнения Зои о предстоящем внутриорганическом совещании, а чтобы не тревожить лишний раз своим гремучим видом начальку, Зоя пропускала моменты забора кислорода.
– Если что, Зоя, у нас вот так вот никто без медицинских на то показаний не встает и не выходит из кабинета. Ты должна была оповестить меня как твоего непосредственного, прикрепленного к тебе личного начальку и также сообщить Сашку обязательно.
Зоя, точно немое белое полотно, смотрела на Кабаниху.
– Ты куда хотела отпроситься? – неожиданно переключив левую передачу на более человеческую спросила Кабаниха.
– В туалет.
– Да, хорошо, сейчас иди, но впредь, если тебе надо будет отлучаться во время рабочего дня в туалет, тебе придется сходить к своему врачу и взять у него справку.
– Какую?
– Я не знаю, Зой, как она там у ВАС называется? О недержании, о несварении! Не знаю, Зой, у меня таких проблем НЕТ, поэтому, думаю, ТВОЕМУ лечащему врачу будет ПОНЯТНЕЕ. А сейчас можешь да, идти, без проблем. Я всегда ОЧЕНЬ лояльный на этот счет родитель, что БОЛЬШАЯ редкость в управленческой среде, так что иди, конечно, без проблем! Со мной ВООБЩЕ никогда не происходит никаких проблем. Знаешь, куда идти?
– Нет.
Кабаниха и Ослица перемигнулись между собой, после чего разразились гомерическим смехом, эхом отозвавшимся по всему кабинету. Немного успокоившись, Кабаниха продолжила.
– Сашочек, а почему ты не рассматриваешь в качестве жениха главного юриста отдела земляных отношений – ЖЛОБА? Он, на сколько Я ОТ НЕГО знаю (он мне В ВАННОЙ рассказывал), что у него ПАПА вполне себе так состоятельный. Держит пекарню. Такие тортики (Жлобик МЕНЯ угощал) печет – объедение! Мне кажется, он вполне неплохая для тебя партия? Таких мужиков надо хватать, Саш! К сожалению, Сашочек, все остальные наши замечательные землянщики женаты, и у них у всех прекрасные жены и дети и таки да, Саш, я все на тебя ВСЕ УТРО смотрю и НИКАК не пойму, ты ЧТО, себе ГУБЫ сделала?
– Ну да, – обыкновенно ответила Ослица.
– ЗАЧЕЕЕМ? У тебя прекрасный совершенно был рот. ЗАЧЕМ? Зачем эта жопка гамадрилы на лице, я только не пойму?
– Ну, мне моя форма губ никогда не нравилась, вот и-а-а-а и решила немного скорректировать ее. И-а-а-а в прошлом году уже закачивала себе гиалуронку. Вот сдулось, и-а-а-а пошла подправила. Это они сейчас с отеком такие большие, отек спадет, станут поменьше. Но мне, если честно, такие больше нравятся, как сейчас с отеком.
– Больше ТАКИЕ нравятся, да? Я, конечно, за ЕСТЕСТВЕННУЮ твою красоту. У тебя, Сашочек, и так ВСЕ прекрасно, особенно твой огромный член.
Палящий синим пеклом подгребной механизм всегда притягивал к себе не нашедших быстрого выхода из затруднительных ситуаций, сомневающихся в себе скитальцев. Зоя шла по этажу медленно, тихо, боясь споткнуться, упасть, наткнуться на преграды, грибы и столбы. Слабый лунный свет из бесконечной ленты закрытых кабинетов освещал ей долгий млечный путь. Cловно из черной дыры, с потолка свисали длинные тягучие мазутные сосули. Поросшие мхом стены кишели гигантскими черными пауками-ходунами и жуками-альбиносами. С них комками осыпался пластиковый сорняк, корни сгнивших деревьев и земля. Зоя не пыталась смотреть по сторонам, но колющая судорожная тьма, запах газа и безумно летающие по коридору земляные клумбы, консервные банки и недокуренные папиросы вызвали альтернативную реакцию. Давление скакало как сумасшедшее, кровь бурлила. Ухаб на ухаб и неверный случайный шаг, и она валялась бы уже в сырой канаве, среди червяков, клещей и блох. Из-за нарушения пищевого поведения галлюциногенные молекулы мыла окончательно расщепились в желудке и заполнили чем могли нейронные пробелы:
Лабиринты из потолков, стекла и стен путали и меняли реальность. Она еле-еле тянулась, а затем быстрым кувырком возвращалась обратно. Ее кружило, носило, крутило, вертело. Прошла несколько раз сквозь трюмо, и вот она уже в раздевалке на вечеринке с голыми хоккеистами. Смекнув, что ей туда не надо, постелила матрац у ворот, за плинтусом которого скрывался беглый жук-рецидивист. Она пыталась его задержать, но он оказался пулеметчиком со стажем. Плинтус первым вылез из винта и захлебнулся колой. Так бывает иногда, когда скрываешься от жука-рецидивиста, но глоток густого земляничного дерьма охлаждает пыл. Под конец не осталось мочи смотреть в иллюминатор. Все равно ничего не видно. Тем более шерстяной мохер дерзит и тут же лезет целоваться, а отказать ему нельзя, он же космонавт, да еще со льдом и с кусочками фруктов, а молоко детям полезно и
Сильный удар об косяк на повороте вернул Зою к жизни, к реальности, к работе. По сногсшибательному токсичному запаху экскрементов Зоя не могла не догадаться, что пришла по адресу. Из распахнутой деревянной калитки валил теплый желтый свет. Она вошла внутрь. Перед ней открылась уборная из двух помещений: основного с кабинками (вглубь от двери) и тамбура с побитым увеличительным мутным зеркалом и периодически взрывающимся открытым пустым краном над ржавым корытом вместо раковины. Все стены в помещении были расписаны портретами и словами.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.