Яна Евтушенко – Выбирай любого (страница 1)
Яна Евтушенко
Выбирай любого
Выбирай любого
1
– Тишина в аудитории! Девушка, я к вам обращаюсь! – Гусь постучал ручкой по кафедре, и Настя испуганно подняла глаза от листочка, на котором выводила ответ ко второму вопросу билета.
Что от нее хочет этот грузный сердитый дядька в красной вязаной безрукавке? Вроде бы она не делает ничего плохого. Сидит спокойно, не вертится, ни с кем не болтает и даже ни одной шпаргалки не написала, как некоторые ее одногруппники! Хотя шпаргалки не помешали бы. Она весь декабрь зубрила дурацкий математический анализ, но экзамен по нему был последним в сессии, и Настя к этому времени изрядно устала. Она решила задачу из билета, ответила на первый вопрос, а вот второй никак не давался.
– Девушка! – повторил Гусь раздраженным тоном. Брови преподавателя сошлись на переносице, показывая – его терпение на исходе.
Гусь скользнул взглядом по студентам в аудитории, и Настя поняла: преподаватель обращается не к ней, а к сидящей позади Оле Гусейновой, блондинке с пухлыми, накрашенными малиновой помадой губами. Оля наклонилась в проход между партами и тихонько разговаривала с черноволосой Ирочкой Вязовой. Ирочка поправляла съезжающие с носа очки и визгливо хихикала.
Оля, наконец, сообразила, что Гусь на нее смотрит, и выпрямилась. Натянув на плечо сползший набок кардиган, она подперла подбородок рукой и как ни в чем не бывало уставилась в свой билет. Ирочка тоже притихла. Гусь удовлетворенно погладил густую бороду и что-то шепнул на ухо своей ассистентке, молодой женщине с тусклыми волосами и таким же тусклым выражением лица. Ассистентка бросила безразличный взгляд на Олю с Ирочкой и снова уткнулась в телефон. Гусь же, заложив руки за спину, принялся ходить туда-сюда перед кафедрой, поглядывая на студентов.
Сидящие за партами ребята были погружены в билеты. Изредка тишину прерывало поскрипывание стульев. Ручки скребли по бумаге, кто-то тяжело вздыхал: экзамен давался нелегко почти всей группе. Из Настиных одногруппников только Изольда, давняя приятельница, и Антон Верещагин сдали экзамен. Изольда, нервно накручивая на палец косички дредов, отвечала Гусю. Она посидела у преподавателя минут пятнадцать, получила в зачетку жирное «хор» и ушла, махнув Насте на прощание. Верещагин сдавал ассистентке: мялся, запинался, но все-таки заработал «отлично».
Настя уткнулась в свой листок. От стоявшей в аудитории жары не удавалось собраться с мыслями, но она не рисковала снять толстовку: боялась привлечь ненужное внимание Гуся. Второй вопрос, теорема Лагранжа… Она повторяла эту теорему сегодня утром, а Гусь своими замечаниями сбил ее с мысли. Пойди вспомни теперь, что писать! Ей позарез нужна «пятерка», закрыть сессию на «отлично»! Она что, хуже Антона Верещагина?
Да и мама от «пятерочной» сессии придет в восторг. Когда Настя готовилась, мама коллегам и подружкам все уши прожужжала: «Моей старшей с такой усидчивостью любой экзамен по плечу! Без репетиторов в Университет поступила, а там и красный диплом не за горами!» Настя рдела от удовольствия, слушая похвалы. Она не имеет права подвести маму!
В аудиторию постучали, и Настя подпрыгнула от неожиданности. Дверь заныла, приоткрываясь, и в щель просунулась голова очкастой тетки. Настя узнала тетку – это была секретарь из учебной части.
– Николай Сергеевич, можно вас на два слова?
– У меня экзамен, – поморщился Гусь. – Это срочно?
– Пожалуйста, Николай Сергеевич, подпишите ведомость. Мы не можем сдать документы по зачетной сессии второго курса…
Гусь скривился, но пошел за секретарем, напоследок бросив ассистентке:
– Кира, присмотри за ними, я ненадолго выйду.
Едва Гусь скрылся за дверью, студенты разом заговорили. По всей аудитории полетели записки. Ассистентка целиком ушла в телефон и ни на что не реагировала. Позади Насти зашевелилась Оля. Настя слышала, как одногруппница громко шепчет:
– Ириска, теорема Лагранжа! Скорее, пока он не вернулся!
Теорема Лагранжа! Настя села вполоборота к Оле. Та, закусив губу, не спускала глаз с Ирочки. Ирочка шарила в карманах джинсов, вытаскивала то одну бумажку, то другую, разворачивала их, чертыхалась и запихивала обратно.
– Скорее, – торопила подругу Оля, постукивая от нетерпения каблуком сапога о ножку стула.
– Есть! – Ирочка впихнула в руку Оли сложенный в миллион раз розовый листочек. – Там и Ферма, и Лагранж!
Пока Оля переписывала доказательство теоремы из шпаргалки, Настя нервно барабанила пальцами по спинке стула. У Оли есть теорема Лагранжа, но как ее попросить? Настя не общалась ни с Ирочкой, ни с Олей, особенно после того, как подружки во главе с Антоном Верещагиным издевались над ней в первом семестре и рисовали на нее карикатуры. Впрочем, ближе к новому году интерес к карикатурам у Оли с Ирочкой поутих, и девушки от Насти отстали.
– Что? – спросила Оля, поймав напряженный Настин взгляд. – Шпору дать?
Беспокойно озираясь на дверь, Настя густо покраснел и прошептала:
– Да, шпаргалку. На секундочку, мне одну строчку посмотреть, вспомнить, и я сразу верну…
Оля перевела взгляд на Ирочку, и та покачала головой.
– Ой, Ириска, – с досадой сказала Оля, – тебе что, жалко?
– Значит, мы весь вечер с тобой шпоры рисовали, а она возьмет и спишет за спасибо? – прошипела Ирочка.
– Ир, не будь врединой… Ты все равно сдашь, а так еще и человеку поможешь. Плюсик в карму!
Ирочка дернула плечом, но вмешиваться больше не стала.
– Держи! – Оля протянула Насте шпаргалку и шепнула, кивая на Ирочку: – Не бери в голову, она перед экзаменами всегда не в духе!
– Спасибо! – Настя удивилась, что Оля вступилась за нее, и была безмерно благодарна одногруппнице за помощь.
Развернув шпаргалку, Настя покосилась на ассистентку Гуся. Та воткнула наушники и не обращала внимания на царящий вокруг хаос. Настя переписала доказательство теоремы на свой лист, с трудом разобрав бисерный почерк Ирочки, и повернулась к Оле.
– Еще раз спасибо! – с чувством произнесла она.
– Мы в одной группе все-таки, свои люди, – пожала плечами Оля, принимая шпаргалку. – Ты готова отвечать?
Настя растерялась. Почему Оля потеплела по отношению к ней? Сначала насмехалась, потом не замечала, а теперь – и шпаргалка, и этот доброжелательный тон… Хотя Настя и раньше примечала, что Оля старается быть доброй и ни с кем в группе не конфликтовать. Даже когда Верещагин рисовал на Настю карикатуры, Оля хоть и не пресекала это, но и инициатором издевок не была. Может, чувствует себя виноватой за ту травлю и старается загладить вину? Она же так и сказала Ирочке: «плюсик в карму».
– Я не знаю, – пробормотала Настя, – не уверена… И вообще, Гуся нет, а я собиралась к нему пойти… Он лектор и…
– Не уверена и идешь к Гусю?! Да он трояк тебе вкатит и то, если повезет! – усмехнулась Оля. – Давай, топай к Кире, этой его девице. Иди-иди! Она в облаках витает, получишь «отл» нахаляву как Верещагин!
Настя не спешила соглашаться с Олей. Как-то нечестно таким образом сдавать экзамен. Она уже после использования шпаргалки ощущала себя бестолочью – не справилась сама! – а «пятерка» от самого Гуся скомпенсировала бы этот провал, и одногруппники стали бы смотреть на нее с восхищением, и мама. Настя взглянула на дверь – вдруг Гусь сейчас придет? – но та оставалась плотно закрытой.
– Кто готов отвечать? – это ассистентка Гуся вернулась из виртуальной реальности на экзамен.
– Настя, иди! – шикнула Оля.
Настя робко подняла руку. Ассистентка бесцветно улыбнулась и позвала ее к себе. К своему удивлению, Настя неплохо справилась с билетом. Зависла, конечно, на теореме Лагранжа, но ассистентка ей помогла и поставила «отлично» в зачетку. Настя сияла, воображая, как обрадуется мама. Она показала Оле поднятый вверх палец и вышла из аудитории, сжимая заветную зачетку. Она сделала это: справилась с самым сложным экзаменом сессии!
2
В просторной рекреации перед аудиторией никого не было. Изольда, похоже, решила Настю не ждать и уехала домой или сидит на пятом этаже, у своего научного руководителя Богомола с кафедры зоологии беспозвоночных животных. Настя надулась: хороша подруга, могла бы сообщение в чат написать! Ладно, без нее обойдемся!
Настя открыла журнал звонков в смартфоне и набрала маме.
– Настя, ну как? – взволнованно спросила мама. – Я вся на иголках сижу. Сдала? Какая оценка?
– Угадай! – сказала Настя нарочно грустным голосом.
– Настя… Неужели «четыре»? – ахнула мама и сокрушенно добавила: – Ты столько готовилась и… «четверка»! Настя, как же так, а! Завалила сессию…
– Да мам, успокойся! – поспешила вклиниться в мамин монолог Настя. – «Пятерка» у меня!
– «Пятерка»? Точно? – с подозрением спросила мама. – Уф, прям от сердца отлегло! Я ведь переживаю! Какие у тебя планы? Домой поедешь?
– Я подумаю. Поем на биофаке, зачетку отдам в учебную часть… Я тебе напишу, – сказала Настя, отколупывая от грязного подоконника кусочки старой краски. Настроение у нее упало. Что у мамы с чувством юмора, уж и пошутить нельзя, сразу паника!
Распрощавшись с родительницей, Настя убрала смартфон в карман и опустилась на истоптанный паркетный пол. Она сидела, прислонившись спиной к облезлой батарее, и размышляла, чем заняться. Проголодаться она не успела. Дела с учебной частью займут от силы пять минут, а дальше? Домой ехать не хотелось. Вот радость-то: торчать в однушке с родственниками! Сестра Карина вернулась из школы, бабушка никуда не уходила из квартиры. Начнут приставать с пустыми разговорами или насмешками, ни секунды покоя не будет! Гулять на улице не с кем. Изольда ее бросила, а кроме Изольды в группе Настя ни с кем не общалась. Так, привет-пока… А хочется отпраздновать конец первой сессии и обсудить матан…