Яна Егорова – 25 раз за 2 суток. Полная версия (страница 7)

Взяв мягкую, заманчиво розовую губку, налил на нее немного ароматного мыла и несколько раз подряд сжал. Это его движение привело мое тело в боевую готовность. Я с ужасом осознала, что опять хочу его!

– Не сейчас, моя Армида, – ласково сказал он и провел губкой по моим плечам.

О, зачем же он это делает! Намылив меня с головы до пяток, он передал мне губку, молча попросив сделать с ним тоже самое. Мне очень понравилось это действо. Было так приятно медленно, сантиметр за сантиметром проводить губкой по его эффектному телу… Мне теперь известны каждая впадинка и бугорок… Я так увлеклась этим процессом, что даже не заметила, как привела его в возбуждение. Его горячий фаллос уперся в мой живот. О, боже! Как хотелось до него дотронуться и продолжить все то, что мы только что вроде бы как завершили. Мой рот в возбуждении инстинктивно приоткрылся, а рука потянулась к предмету вожделения. Но, Сэм мягко остановил меня.

– Нет, не сейчас, мы опаздываем, – хрипло повторил он и включил душ – тяжелые струи воды моментально смыли с нас мыльную пену полыхающих чувств.

***

Юлия Жидкова уже больше часа нервно улыбалась Жизель Фишер. Ох, боже мой, куда же запропастилась эта дурочка?! И зачем она подписала контракт, который так сложно выполнить? Даже ее, Юлькина, блогерша, вела себя намного ответственней. Бедная молодая женщина уже перебрала все варианты в голове. Усладка могла заблудиться, потеряться в незнакомом городе, сесть не на тот поезд в метро, да, все, что угодно! И трубку еще не берет…

Единственное, что успокаивало – Сэм тоже не отвечает на звонки. Остается бояться лишь одного – чтобы Сэм не явился раньше. Тогда пиши пропало, этот контракт составлен наспех, популярность такая сложная штука – ее приход никогда не угадаешь.

Иногда, Юля готова была проклясть себя за то, что была сумасшедшей карьеристкой. Именно из-за несбыточной мечты заработать миллионы долларов, а не рублей, женщина хваталась за любые проекты. И, конечно, когда перед носом замаячила возможность поучаствовать в организации самой романтической истории года, она не смогла позволить отказаться ни себе, ни своей лучшей подруге, которой могла, наверное, единственной на всей земле, доверить все свои тайны и страдания. Их дружба началась давно, еще в универе, когда доверчивая и добрая Услада, однажды, помогла громкой и вспыльчивой Юльке выйти из скандала о домогательствах к ней преподавателя, сухой и без исключения из учебного заведения. Услада тогда единственная со всего курса поверила ей, а не лживому преподавателю, который, мало того, что грязно зажал студентку в аудитории, которая по глупости пришла пересдать материал, и нагло лапал, так еще потом и обвинил в клевете. Они тогда вдвоем целую операцию провернули и вывели нахала на чистую воду. Собрали доказательства, Услада помогла других преподавателей уговорить, стать свидетелям их разговора с подлецом. И, хоть девушки не верили в успех предприятия, у них все получилось. Больше этот извращенец не будет портить жизнь молоденьким и симпатичным студенткам.

Только теперь, переминаясь с ноги на ногу, до Юльки начала доходить одна неприятная мысль, а что если с Усладой случится что-то плохое? Что если этот Сэм окажется негодяем, ведь они же оба исчезли?! И до всего этого, она сама, своими собственными, вот этими вот руками довела лучшую подругу?! Из-за какой-то славы, которая самой Усладе и не нужна? Она ведь и уступила-то Юльке только по той причине, что та ее уговаривала!

От всех этих мыслей Юлю прошиб холодный пот. Боже мой, хоть бы с Усладой все было в порядке! Она костьми ляжет, чтобы все это отменить!

***

На место фотосессии мы оба приехали взлохмаченные без единого намека на макияж на своих лицах. Наши агенты были не то, что в шоке, они рвали и метали.

– Пусть фотографируют так, – резко сказал им Сэм, – вы хотели интима – получайте. Так выглядят люди, только что занимавшиеся сексом.

Сказал, как отрубил. Я густо покраснела, а Юлька чуть прямо на улице не рухнула в обморок. Кажется, она мне потом многое выскажет. Но подруга даже не стала откладывать, а буквально отодрала Сэма от меня и уволокла свою бывшую сокурсницу в сторону.

– Уся, Усечка, что он тебе сказал? Он тебя заставил?! В контракте не было такого пункта, он все наврал! Хочешь, мы в полицию на него заявим? Что он с тобой сделал?!

Вот как было объяснить подруге, что он со мной сделал? В подробностях?

– Юлечка, все было по обоюдному согласию. Я знаю, что в договоре ничего такого. Знаю, что ты хочешь меня оградить. Тут на самом деле ничего криминального.

– Точно? Ты мне, говори, если что. Мы их вмиг накажем! У меня есть опыт!

– Юля, давай уже сделаем эти фото и я хочу отправиться спать. И тебе не мешает, – решительно предложила я альтернативу нашего спора. Мне было слишком не по себе оттого, что теперь вся съемочная группа разглядывала меня, как фиг знает что! Допрыгалась, красотка, теперь ты официально в статусе легкомысленной фанатки, потерявшей рассудок от своего кумира.

– Да, точно. Мы с тобой на ногах практически с вчера. Ну, давай. Уверена, что не хочешь, чтобы тебя накрасили?

– Пусть будет так, как скажет он и закончим с этим.

Парикмахер немного поправила мне волосы, уложив их растрепанными, но на модный манер. Сэма тоже не стали менять. Его агент сказала, что мы действительно как только что из постели и это только к лучшему. Главное, чтобы фотограф смог это натурально передать.

Снимали несколько сцен. Мы выходим из отеля, держась за руки. Мы идем по улице. Точнее, Сэм должен был вести меня за руку, а я типо так семенить сзади, чтобы всем было понятно, кто тут рулевой. На самом деле, мне кажется, это и так было видно. Он настолько подавлял во мне любые феминистские стремления. В его объятьях совсем не хотелось быть сильной, а наоборот, в них, в его воле, хотелось раствориться целиком.

– Сэм, теперь обними ее! – скомандовал фотограф.

Мой случайный любовник с радостью выполнил задание. Сгреб меня в охапку, резко прижал к себе так, что я даже пикнуть не успела. Наши лица снова оказались в кошмарной близости друг от друга.

– Так, теперь поцелуй! – продолжал руководить нами мастер.

– Если я начну, то не остановлюсь, – прошептал мне Сэм уже совсем севшим голосом.

– Что ты медлишь? Просто поцелуй! – взвизгнул фотограф.

Его взгляд вперился в мой, зрачки расширились от возбуждения так, что почти расплылись на весь глаз.

Молодой мужчина с ужасом понял, что не может совладать с собой! Любовное безумие продолжалось – малейшее прикосновение к Усладе разжигало в нем пламя, а после поцелуя он просто перестанет отвечать за себя. Это было похоже на первобытные инстинкты, о которых до сего часа он и не подозревал, а теперь полностью им подчинился – ведь они давали ему все! Искры того самого всепоглащающего счастья и настоящей страсти, от которой не устаешь, а только раззадориваешься. Возможно, это и есть настоящая любовь? А все, что было до этого, с Николь, Сусанной, другими – все обман? Это… Это похоже на правду. Тогда… Тогда в чем же дело? Почему он все еще медлит, а не хватает неуловимую удачу за пестрый хвост?

– А, черт побери, – пробормотал любовник и его губы накрыли мои.

Одна рука Сэма прижимала меня к нему за голову, а другая за спину, достаточно для того, чтобы я поняла, о чем он говорил. Его джинсы вновь набухли, а бедра медленно начали двигаться из стороны в сторону. Он буквально горел от желания. От осознания, что настолько желаема, многогрешная, я заполыхала, словно олимпийский факел! Невообразимо шоколадные ощущения!

– Все, спасибо! – крикнул фотограф.

В то же мгновение, Сэм, схватил меня за руку, и побежал в сторону гостиницы. Мы скрылись за дверью, оставив всю съемочную группу стоять и изумленно смотреть нам вслед.

***

– Ребята, Сэм сошел с ума? – подлетела возмущённая продюсер к Гриру и Дену. – Что вытворяет этот безумец?! Он хочет устроить нам проблемы? Что вы смеетесь?! Грир, отвечай! Ты что-то знаешь? Это всего лишь работа на камеру? Но, зачем? Мы же обо всем договорились?!

Когда Жизель Фишер злилась, была похожа на даму из анекдота – женщина высокого роста, крупного телосложения, могла своим «мнением» задавить любого мужчину. Возможно, именно этому своему пробивному качеству она была обязана столь успешной карьерой.

– Нет, – наконец отсмеявшись, смог выдавить из себя Грир, – я ничего не знаю. Жизель, что в этом плохого? Вам же был нужен роман? Вот ребята и отрываются, не порть им удовольствие своими нравоучениями. Сейчас пар выпустят оба, и до вечера будет тебе мир на земле.

– Как бы скандала не вышло, – засомневалась Жизель, – Сэм звезда, а эта женщина взялась из ниоткуда. Это слишком опрометчивый поступок! Ты не понимаешь, он же ставит под удар репутацию всей группы! Да, история с золушкой – это хорошо. Ваши концерты распланированы на год вперед. Но, если ей что-то не понравится, и она устроит публичную заварушку! Мы знаем Сэма, но, что ждать от нее?!

– Жизель, – решил вмешаться в поток этих несогласий интеллигентный Ден, – вы не могли не заметить, как сегодня прошла запись сингла. Сэм преобразился. Если бы не эта женщина, с таким странным именем… как это, Услада, – произнес он с ударением на последнюю букву, – мы в скором времени могли бы уже говорить о закрытии группы, он отказывался петь. Воспринимайте ее, как лекарство.