Яна Дин – Никто не узнает (страница 20)
Ни на секунду не заботясь о том, что мы в дороге, конфетка пересела на переднее место, толкая меня в плечо и марая своими ботфортами салон, за что уже хотелось выбросить ее с окна.
– Так лучше, – счастливо выдохнула она, а после резко перевела взгляд в мою сторону, – Ну так что, – хлопнула себя по бедрам, – Как ваши дела, господин адвокат?
– Отлично, – ответил сдержанно.
– Скажи что-нибудь на французском, – надула губы Инесс, глядя своими щенячьими глазами. И я готов был отдать должное ее стрелкам. Они были идеальными. – Обожаю твой язык, – прикрыла она рот ладонью, смеясь над самой собой, – Ну…этот…французский язык.
– Что? – недоумевал, сдерживая смех.
– Ничего, ты красивый, – она ущипнула мою щеку между указательным и средним пальцами, словно маленькому ребенку, – И старый, – снова захихикала девушка.
– Еще никогда меня так не хвалили и не оскорбляли одновременно, – усмехнулся, отодвигая щеку от плена конфетки, – Старый, но никто не жалуется, – добавил, между прочим.
– Говорят потенция с возрастом плохая, – Инесс нахмурилась, откидываясь на сиденье и строя такое серьезное лицо, будто мы обсуждали проблему мирового масштаба, – Правда?
– Говорят мозги с возрастом могут не появиться, правда?
– У меня есть мозги, – отвернулась конфетка, зевнув снова и прикрыв веки. – И сердце, и почки, и печень, и много чего еще.
– О, уверен, у тебя всего предостаточно, – не смог сдержать смеха.
– Ага, – голос малой становился все тише и тише.
Инесс уснула на пол пути к дому, и следующие пол часа езды прошли под ее тихие сопения. Заехав на свою территорию, заглушил мотор. Малая спала, явно уйдя в глубокий сон. Я смотрел на ее длинные ресницы, трепетающие во сне, приоткрытые невероятно манящие губы, растрёпанные волосы и грудную клетку, что вздымалась при каждом вздохе. Захотелось стукнуть себя по голове за то, какое влияние на меня это производило.
Еще пять лет назад, когда она также спала пятнадцатилетней в салоне моего авто, и подумать не мог, что скоро, в моем понимание эта девушка будет не просто сестрой моего друга, а плодом всех извращенных мыслей.
Понес ее домой на руках. Девчонка что-то шептала под нос, раздраженно морща его, не удосуживаясь проснуться. Криспи выбежала нам навстречу, и залаяла, указывая в сторону панорамного окна, выходящего на море.
– Хорошо, мы погуляем, малышка, – пообещал собаке, но недовольная ответом, Криспи залаяла громче.
– Ты умеешь гавкать, господин адвокат? – улыбнулась Инесс во сне, пытаясь найти меня пальцами, – Давай еще.
– Ага, сейчас, – усмехаясь ее глупостям, уложил на застеленную постель гостевой комнаты на первом этаже.
Малая надула губы, вцепившись в мой затылок. Она так резко притянула к себе, что наши лбы почти соприкоснулись, а Криспи продолжала протестовать.
– Вкусно пахнешь, – хихикнула Инесс. Очень давно я уже слышал эти слова.
Конфетка сделала глубокий вдох и неожиданно, словно кошка, мурлыкая, провела носом по моей щеке.
Ладони на ее талии сжались сильнее. Прикрыл глаза в безмолвной войне, пытаясь не поддаться искушению и мурашкам, что побежали по телу.
– Хватит приставать,
Разуваю левую ногу, после перехожу к правой. Не успеваю стянуть кожаные ботфорты до конца, как Инесс сбрасывает обувь сама, чуть не оставив меня без зубов. Затем заставляю снять ветровку, ведь не уверен, что она не запутается и не задохнется в ней ночью.
– Вы что, раздеваете меня, господин адвокат? – сонно промямлила Инесс, – Брат выйдет из тюрьмы и отрежет тебе яйца, – икнула она, оставшись в одном полупрозрачном черном лифе.
Отвел взгляд, держась подальше. Инесс перевернулась на живот, и обняв ногами подушку, с удовлетворенным выдохом замерла, найдя удобное положение.
Оставив гостью в покое, направился к выходу.
– Господин адвокат? – прозвучало в тишине.
–
–
Сказанное заставило тепло улыбнуться. Я не понимал Инесс. От слова совсем. Не понимал реакцию своего тела в ее присутствие. Оно словно магнитом тянулось к ее прикосновениям, голосу, запаху и даже возмущениям. Не понимал своих эмоций, раскрывающихся рядом с ней. Я и забыл,
– Спи, малая, – прикрыл дверь, выключая основной свет.
Криспи тут же подбежала ко мне, вцепилась в манжеты моих джинс зубами и начала тащить к выходу на террасу.
– Что там, Криспи? – открыл дверь и ушастая убежала за кусты.
– Не тащи ко мне мертвых крабов, пожалуйста, – выкрикнул вслед пушистой заднице. Но она была слишком раздражена для простых крабов, поэтому пошел за ней. Криспи успела сделать круг, и уже стояла на переднем дворе, уперевшись лапами в стены ограждения.
– Эй, – подойдя к собаке, погладил ее за ухо, – Наверное, это просто белка.
Криспи гавкнула на меня, словно глубоко чем-то возмущенная.
– Ну ладно, – признался, усмехаясь, – Для тебя может и не просто белка, но я не собираюсь бегать за бедолагой.
Криспи успокоилась, и погуляв вместе вдоль берега, мы зашли домой. Я простоял под холодной водой больше обычного, чтобы утихомирить пыл и желание спуститься к особе, спящей в моей гостевой. Черт, еще никогда выдержка меня так не подводила, как сейчас.
Если я начну поддаваться чарам со стороны конфетки, не миновать беды. И ведь это не было просто шуткой или прихотью. Мафия – свод жестоких правил, чести и преданности. И если мы перейдем черту, потонем вместе.
***
Утром пришлось разобраться с некоторыми парнями из нелегалов. Точнее, откапывать про них информацию по просьбе Габриэля. «Змеи» становились назойливой проблемой в клане. Я знал, что и Дарио занимался их устранением. Но это могло стать проблемой для него и его семьи, что не давало мне покоя.
Сидел на диване, разбирая документы по папкам, когда гостевая комната со скрипом открылась. Криспи, сидевшая рядом, высунула морду и ее уши навострились, увидев нашу гостью.
– Господи, сколько времени? – сонно провопила Инесс.
– Двенадцать дня, – приложил максимум усилий, чтобы не повернуться к ней.
Хватит и того, что я, черт бы все драл, дрочил вчера думая о ней.
– Как?! Боже, где мой телефон? – она побежала обратно в комнату за мобильником.
– Мама меня убьет, – шаги девушки приблизились, и уже через секунду она плюхнулась на кресло справа, – Двадцать пропущенных, – она кинула телефон на журнальный стол, – Как я оказалась здесь?
– Ты позвонила мне, – я не посмотрел в ответ, перебирая бумагу, –
Я не дам ей забыть то, что не давало мне спать вчера ночью. Она не могла сводить меня с ума, а потом просто забывать об этом.
– Говорила о потенции, и о том, что я старый, а…
– Стой-стой-стой, – малая закрыла уши, качая головой в истерике, – Пожалуйста, не продолжай, – теперь прикрыла глаза от стыда, и посмотрела сквозь щель между указательным и средним пальцами, – Просто забудь.
– Ты сказала, что у меня шикарная задница, – остановиться было трудно.
– О боже, Тристан! – она убежала от меня на кухню, – Не бери в голову. Это был сумасброд пьяной меня, а когда Инесс под алкоголем, это не Инесс, – подняла малая руки в капитуляции.
– Хорошо, – наконец посмотрел на Инесс, следя как она открывает мой холодильник.
Она снова поставила пятку на внутреннюю часть бедра, что делала и пять лет назад, и это вызвало волну возбуждения. Эта стерва была чертовски гибкой, и заставляла сжаться меня в диван от прилива не нужной крови в не нужные места. Малая достала банку апельсинового сока, и открыв ее, отпила прямо с горлышка.
– Извини, – прерывисто дыша выдала она, – Я просто умираю от жажды.
– Похмелье, – добавил я.
– Надо придумать, что сказать маме, – Инесс оставила бутылку на столешницу, вяло прислонившись к ней, – Черт, она устроит скандал.
– Как ты в таком случае выбралась? – выдвинул бровь, вопросительно смотря на девушку на островке моей кухни.
– С Валентином, – пожала она плечами, – Но не уверена, что он прикрывал меня всю ночь.
– Прикрывал? Почему ты не позвонила ему? – мне правда хотелось узнать подробности их отношений. Они почти помолвлены,
– Нужно было спрашивать это у меня пьяной, – скрестила она руки на груди, – Подвезешь до дома?
– Советую для начала умыться, – ухмылка коснулась губ, когда указал на ее лицо.