Яна Дани – Час быка (страница 5)

А потом ошарашенно присела на скамью. Она так активно принялась обживаться в этом доме. Собирается шить зимнюю одежду и конопатить окна.

— Что, Чара, решила остаться здесь, на землях страшных сархов? А как же Корн? — спросила сама себя девушка.

А потом поняла, что её подсознание уже заметило то, что она сама ещё не осознала. Солнце ещё дарило тепло, но на улице стояла поздняя осень. Судя по серому низкому небу, пожухлой траве и осыпающейся листве, очень скоро придёт зима. То ли память сархи говорила ей, то ли интуиция взрослой человеческой женщины, но зима будет суровая. Пытаться переплыть пролив в зимние холода самоубийство. Тем более у неё нет лодки. Придётся рискнуть и перезимовать здесь, в этом доме, надеясь, что её не найдут.

Тут Чара задумалась. А её могут искать? Очнулась она на дне ущелья и решила, что упала. Но почему? Её намеренно столкнули или она убегала и свалилась сама? Что произошло? Вдруг её действительно сейчас ищут?

Стало тревожно. Чара остро прочувствовала своё полное одиночество и незащищённость. Оставалась надежда на то, что раз она упала в ущелье смерти, то её считают погибшей.

— Господи, прошу, пусть так и будет. Забудьте о бедной маленькой Чаре — кто бы за ней ни гнался, — проговорила вслух и от звука своего дрогнувшего голоса, одиноко прозвучавшего в безразличной тишине, чувство беззащитности только усилилось.

Легко вскочив на ноги, Чара схватила лепёшку и макнула в мёд. Откусив, зажмурилась от сладости. Раньше, в прошлой своей жизни, Света часто заедала переживания и стресс сладким. Ей повезло, на фигуре это почти не отражалось. Свою привычку она перетащила в новую жизнь и сейчас с удовольствием ела мёд, запивая остывшим взваром, и на её лице расцветала довольная улыбка:

— Все у меня будет хорошо. Хотели бы найти, уже нашли. Значит поверили, что мертва. Хотя, сарха действительно мертва. Буду надеяться, что если и были преследователи, среди них не найдётся фантазёров, которые скажут, а вдруг в тело вселилась другая душа. Это вообще полный абсурд. Значит, выдыхаем и спокойно живём дальше. Но внимательно смотрим по сторонам и ходим осторожно. Придёт весна и сразу уплывём отсюда в Корн. Но пока придётся пожить здесь. Благо есть дом и запасы. Ничего, потренирую свою магию и освою стрельбу из лука. Ещё урожай с огорода нужно собрать. Запас овощей на зиму мне очень нужен.

Поев и определившись с дальнейшими планами, Чара занялась окнами, потом огородом, потом тушей оленя. Разобравшись с процессом копчения, она разожгла предварительно намоченные дрова, поставила поддон для жира, разложила натёртые специями и солью куски мяса на решётку и прикрыла дверь в коптильню. У неё осталось много мясных костей. Из них она планировала сделать холодец. Поздно вечером уставшая, но довольная она зашла в дом. Очищенный от ненужного хлама он стал гораздо уютнее. Поев тушёного мяса с остатками лепёшек, Чара отправилась спать на свой чердак. Сушёные травы она оставила висеть на балке и теперь в её новой спальне витали вкусные травяные запахи. Со счастливой улыбкой молодая женщина провалилась в сон и увидела последний день жизни сархи.

***

Десять лет сарха тренировалась каждый день. Она стала великолепным следопытом, охотником и сильным магом. На двадцать седьмой день рождения Чара почувствовала, что готова. В душе её поселилась твёрдая уверенность в победе. Девушка тщательно собралась в дорогу. Скоро «новая охота сархов». Лайрин обязательно примет в ней участие. Чара найдёт его и убьёт. Она посмотрит в его жёлтые, холодные глаза и скажет, что это месть за мать. Сколько раз она мысленно представляла этот момент. Он снился ей. И вот настал день, чтобы исполнить свою мечту. В душе радостно зарычала довольная волчица.

В сгущающихся сумерках Чара изломанной куклой лежала на дне каньона смерти, каждый вздох отдавался острой болью в её израненном теле, но она не думала о боли. Страшное разочарование разлилось горкой полынью в душе. Сквозь пелену слез сарха смотрела вверх, на загорающиеся звезды в небесной вышине и задавала лишь один вопрос: «Почему?».

В самый важный момент, когда нужно было нанести один сильный удар, тело неожиданно подвело Чару. Её словно парализовало. Руки перестали слушаться, ноги подкосились, а спина согнулась в низком поклоне перед ненавистным отцом. Лайрин смотрел на неё свысока и презрительно улыбался. Чара зарычала в бессильной ярости. Желтоглазый сарх что-то сказал ей, но она не слушала. Превозмогая себя, Чара звала магию, и та откликнулась, вырвала непослушное тело из лап Лайрина, и толкнула в каньон. Слезы отчаяния заливали её лицо, горькое разочарование жгло изнутри. Она не захотела остановить падение и теперь умирала.

Непослушными губами Чара хрипло потребовала справедливости. И мир откликнулся…

ГЛАВА 5.

Утром Чара проснулась, когда за окном едва забрезжил рассвет. Она не стала подниматься с постели, лежала, закрыв глаза, и слушала дом. Было удивительно тихо. Ни жужжания мухи, ни птичьей трели за толстым, желтоватым стеклом. Непривычно. На Земле даже в дикой природе невероятно много звуков. Эта непривычная тишина всё ещё напрягала женщину.

Мысли Чары переключились на прежних жительниц дома. Две женщины, которые вдохнули в него жизнь, ушли навсегда. Они обе потерпели поражение от одного сарха и умерли, оставив призванной душе в наследство тело Чары и свои горькие воспоминания.

Теперь ей нужно было понять, как этим правильно распорядиться. Из сна, посланного сархой, Чара узнала, что Лайрин имеет какую-то власть над этим телом. Хотя, возможно, не только Лайрин, а любой мужчина-сарх. Сарха не смогла ударить Лайрина — её тело отказало ей. Когда-то давно Света читала книжку, в которой рассказывалось о клятве крови. Человек, принёсший клятву крови своему господину, не способен был его убить. Любая агрессия заканчивалась болью и смертью, если только господин не прощал своего человека. Может быть такое, что сархи проводят некий ритуал над своими женщинами, обеспечивая себе их полное подчинение? Вполне. Но Чара родилась в этих диких безлюдных землях. Никаких ритуалов над ней не проводилось. Тогда что произошло? Возможно, ритуал проводят над кровью? Может быть. Один раз провести ритуал на крови, и все носители этой крови попадут под его влияние. Скорее всего, так и есть. Иначе не объяснить то, что произошло с Чарой.

— Мне нужно держаться подальше от Лайрина и любого другого сарха. Попытка им навредить ударит по мне бумерангом. А попадать в зависимость от этих жестоких нелюдей желанием я не горю. Ладно, нужно проверить, как там моё копчёное мясо, а затем постараться разведать путь к проливу на всякий случай. Вдруг мне повезёт и я найду лодку? Оставаться здесь на всю зиму становится чрезвычайно опасно, ведь защитить себя я не способна.

Хозяйственные дела отвлекли Чару от тяжёлых мыслей. Подвесив копчёное мясо в сарае — пусть ещё подвялится, — она взяла лук, меч, кинжал, некоторый запас еды и воды и привычно направилась по ходу солнца. Выйдет она к проливу или нет — не важно. Ей всё равно нужно обследовать эти места, чтобы не получить какую-нибудь неприятную неожиданность. Чара шла до обеда и не встретила ничего примечательного. Её со всех сторон окружал лес. Только сзади виднелась длинная скальная стена — граница между землями сархов и этим относительным пятачком безопасности. Перекусив и передохнув с полчаса, Чара отправилась дальше. Вечером она нашла себе приют в небольшом овражке и спокойно проспала там всю ночь. Ночи ещё не были слишком холодными. Так прошли ещё два дня. Единственным разнообразием в её путешествии был найденный густой орешник. Чара не поленилась и часа два собирала орехи, почти полностью забив свою дорожную сумку. В конце третьего дня Чара упёрлась в каменную стену. В этом месте скала не была такой высокой, но всё же подняться или спуститься по ней не представлялось возможным без специального оборудования. Переночевав, утром Чара отправилась курсом, перпендикулярным её раннему маршруту. Если до этого она шла за солнцем, по земным меркам её путь лежал на запад. Теперь она шла наперерез солнцу — местное светило постепенно смещалось вправо. Значит, двигалась она на юг. Чара использовала местное солнце как основной ориентир, чтобы не сбиться. Она помнила, что человек не может ходить ровно в лесу. Обязательно забирает влево или вправо в зависимости от того, какая из его ног сильнее. Простым глазом не видно, но в каждом человеке присутствует небольшая асимметрия. Шаги правой и левой ногой немного отличаются.

К концу пятого дня Чара вышла к проливу. Открывшаяся картина морской глади порадовала глаз, но не принесла ей долгожданного успокоения. Переплыть пролив, когда не видно противоположного берега, просто вплавь невозможно даже жарким летом. Неизвестно, какие морские звери и коварные течения подстерегут тебя в пути. Нужно плавсредство — лодка или плот. Осмотрев берег и убедившись, что он совершенно необитаем, Чара стала осматривать ближайшие деревья. Вся надежда была на сухостой или уже сваленные от времени, но ещё не сгнившие деревья. У Чары не было топора или пилы, поэтому срубить она ничего не могла. Девушка нашла несколько сухих деревьев с достаточно ровными, толстыми стволами и решила, что из этого может выйти небольшой плот. Да ей большой и не нужен — главное, приделать на мачту полотнище и ловить ветер, чтобы плотик тащило в нужном направлении. Вспомнилась школьная пора и поход на байдарках. В какой-то момент ребятам надоело грести, и они приделали к поставленному вертикально и закреплённому веслу пододеяльники, взятые в поход. Рыбакам было весело наблюдать с берега узкие лодочки под пододеяльниковым парусом, а нам было удобно плыть и без разницы, как мы выглядели со стороны.