Яна Черненькая – Тайная жизнь Джейн. Враги (страница 58)

Вернувшись к остальным членам команды, они пообедали – в пять часов, как и договаривались, – а потом Патрик отправился в клуб, а остальные – в гости к графу Уинчестеру. Вот там-то суровый инспектор Стрикленд поразил Джеймса до глубины души. Оказавшись на территории особняка, инспектор, к полному изумлению своих спутников, внезапно заявил, что парк графа славится чудесным розарием. Не обращая внимания на всеобщее замешательство, он с весьма довольным видом поспешил по дорожке вглубь владений Уинчестера, не забывая восторгаться чудесными кустами, цветами, клумбами и прочим.

Сэр Артур философски воспринял странное поведение друга.

– Вы не поверите, но Энтони действительно любит розы, – сообщил он молодым людям. – Просто до одержимости. Наверное, пошел искать вдохновение. Стрикленд становится очень странным, когда увлекается догадками и предположениями.

Виконта Квинси они встретили еще до того, как попали в здание. Оливер сам вышел к ним навстречу, наверное, направляясь в клуб: время было как раз подходящее. Сэр Артур поздоровался с молодым человеком и, не желая мешать беседе, тотчас ушел к лорду Уинчестеру. С его уходом Оливер почувствовал себя более свободно.

– С какой целью ты привел его сюда? – спросил он у Джеймса, смерив Дика презрительным взглядом. – Или, быть может, я все-таки прав?

– В чем? – тут же поинтересовался Ричард.

Виконт проигнорировал его вопрос. К счастью. Потому что граф уже приготовился их разнимать. Узнай Дик, в чем его подозревают… до поединка чести дело могло уже не дойти.

– Сегодня по обвинению в хищении был арестован секретарь твоего отца Дэвид Пирс, – сказал Джеймс, стремясь как можно быстрее увести разговор из нежелательного русла. – Он рассказал нам много интересного. В том числе и про тебя.

Услышав это, Оливер судорожно сжал в руках трость.

– И что же он говорил? – спросил он, пытаясь скрыть охватившую его нервную дрожь.

– Много чего. – Джеймс не отрываясь смотрел в глаза бывшему приятелю, заставляя того чувствовать себя до крайности неуютно. – Но уверен, отец сумеет защитить тебя от обвинения в краже. Хотя мне очень интересно, как после этого ты будешь появляться в обществе. Ты не джентльмен, Оливер, и, похоже, никогда им не был. Джентльмены не воруют у друзей. Но это полбеды. Меня больше интересует… зачем ты нанял людей, чтобы похитить Анну Кавендиш?

Виконт выпрямился. Растерянность на его лице сменилась презрением.

– Очень дешевый блеф, Джеймс, – заявил он. – Но я мог бы попасться, если бы имел хоть какое-то отношение к этому делу. Только зачем мне организовывать похищение Анны Кавендиш? Она и так была моей. Во всех смыслах. – Оливер мерзко усмехнулся, переведя взгляд на покрасневшего от ярости Дика. – Ты думаешь, что твоя сестра осталась непорочной девой? Серьезно? Мне даже не пришлось ее упрашивать, она сама бросилась ко мне в постель.

– Дик! Нет!

Джеймс буквально повис на Ричарде, не позволяя ему прикончить виконта одним ударом кулака. Одно дело – поединок чести, другое – убийство. Еще не хватало, чтобы Дика посадили в тюрьму.

– Ты лжешь! Этого не было! – проревел Кавендиш-младший.

– Можешь верить или нет, какая разница? Если я решу поделиться с приятелями некоторыми подробностями своей победы…

Граф понял – надо вмешаться. И тогда он сделал единственное, что еще оставалось, – со всей силы ударил Дика ногой по голени. Пока тот ругался словами, способными смутить даже портовых грузчиков, Джеймс отвесил виконту звонкую пощечину.

– Оливер Квинси, я вызываю вас на поединок за оскорбление памяти своей невесты! – заявил он громко.

– Невесты? – Оливер захохотал. – С каких это пор Анна стала вашей невестой, граф? Совсем недавно вы заявляли, что никогда не женитесь.

– А это совсем не ваше дело, виконт, – тихо сказал Джеймс. – Я действительно никогда не женюсь. И, кто знает, не потому ли, что Анна мертва. – Он перехватил ошарашенный взгляд Дика, но пояснять ничего не стал. – Мы встретимся с вами завтра на рассвете. Там, где умерла мисс Кавендиш. И пусть Бог нас рассудит, – произнес граф. – Виконт Квинси, у вас есть время исповедаться в грехах. Живым завтра уйдет только один из нас. – Он коротко поклонился и обратился к своему спутнику: – Пойдем, Ричард. Здесь наши дела закончены.

Экипаж они, не сговариваясь, оставили сэру Артуру, а сами пошли пешком в сторону банка.

Время от времени Дик бросал удивленные взгляды на Джеймса, но тот делал вид, что ничего не замечает. Наконец, Ричард не выдержал:

– Какого черта ты сейчас говорил? Анна не была твоей невестой!

Граф поджал губы.

– А есть ли разница? – спросил он.

– Его должен был вызвать я! Ты был неправ, он принял бы вызов! Он сам хотел этого!

– Разумеется, хотел. Оливер намеренно говорил гадости про Анну, чтобы заставить тебя сделать глупость. И у него бы это получилось. А стреляет он лишь немногим хуже меня – на то и был расчет. Понимаешь? Он ненавидит тебя.

– Недавно и ты меня ненавидел, – резонно ответил Дик.

– Ты ошибаешься.

Дэвид Пирс знал, что ходит по лезвию, но он слишком давно жил взаймы. Врач сказал, что ему осталось не больше двух лет. С тех пор прошло уже три года, а смерть все не наступала. Было время, когда секретарь верой и правдой служил своему нанимателю, но вознаграждение за труды оказалось слишком скромным, а соблазнов всегда находилось предостаточно. Узнав, что обречен, Пирс вместо ужаса испытал облегчение: теперь он мог позволить себе очень многое.

Одному проворачивать хитрые махинации было сложно. Пришлось договариваться с Такером. Толковый малый, но слишком уж жаден, а вседозволенность заставила его наделать ошибок. Почти наверняка граф Сеймурский обратил внимание на чересчур высокие суммы в некоторых контрактах. А ведь Дэвид предупреждал Такера: «Не торопись, не жадничай». Да ну и черт бы с ним, с этим мерзавцем…

Отходя ко сну, Пирс возлежал на широкой кровати с балдахином и мечтал, блаженно улыбаясь. Вот получит деньги, заберет Анджелику и уедет из Альбии. Куда-нибудь в ту же Ференцию или Галлию. Купит дом. Не хуже, чем этот. Допишет мемуары в письмах. А потом будет время от времени отправлять на родину компромат на графа Уинчестера и его семейку. Вот уж где яблочки от яблони недалеко упали. А когда Дэвид все-таки умрет, его дочь Анджелика станет одной из самых завидных невест. Отец смог обеспечить ее будущее, и девушка должна быть благодарна ему за это.

Тихо скрипнула входная дверь, в комнату проник неяркий свет из коридора. На пороге появился мужчина с короткими седыми волосами. Он пристально посмотрел на Пирса, глаза его зловеще сверкнули.

– Вам не так уж и нужны деньги, – сообщил мужчина равнодушным голосом. – Вам нужны месть и память. Что ж, память вы себе обеспечили. Настало время мести. И чтобы она свершилась, я хочу получить все материалы про гибель семьи графа Сеймурского и участие в ней вашего бывшего работодателя.

– Вы кто? – При взгляде на этого человека у Пирса мороз прошел по коже, но он ничем не выказал своего испуга.

– Мне нужны доказательства участия графа Уинчестера и Вильяма Кавендиша в гибели графа Сеймурского и его семьи, – повторил незнакомец все тем же безразличным голосом.

– А мне нужны пятьдесят тысяч кингов. Без этого я не готов поделиться с вами даже безобидными воспоминаниями своего далекого детства.

Человек шагнул вперед, закрыв за собою дверь, и спокойствие Пирса улетучилось – глаза ночного гостя в наступившей темноте загорелись голубым огнем, и это не было фигурой речи.

– Кто вы?! – взвизгнул от страха секретарь.

Черная рука потянулась к его горлу.

– Вы демон! Не трогайте меня!..

Пирс захрипел, когда стальная ладонь сжала его горло.

– Мне нужны доказательства участия…

Под лопаткой кольнуло, потом сжало так сильно, что изо рта Дэвида вместо крика вырвалось лишь невнятное сипение. Воздух закончился.

– Не тро…

Тело секретаря вздрогнуло в последний раз и обмякло.

Черный человек брезгливо вытер руку о простыню.

– Собаке собачья смерть, – произнес он презрительно.

Дверь захлопнулась. На кровати остывал труп Пирса. А письма-мемуары терпеливо ждали своего часа.

Глава 35

Момент истины

Они встретились в предрассветном тумане. У того самого рокового дуба. Дик явился один, а вместе с графом приехал его личный врач.

Лорд Сеймурский казался совершенно спокойным, зато Ричард лишь с большим трудом скрывал волнение. В полдень была назначена новая встреча «заговорщиков», но все ли смогут принять в ней участие?

– Джеймс… это неправильно, – произнес Дик, вглядываясь в бледное лицо графа. – Анна – моя сестра. Ее честь должен защищать я.

– Ее честь защищает тот, кто первым бросил вызов обидчику. Уж прости, это был не ты, – победно улыбнулся лорд Сеймурский.

У Дика сложилось тревожное ощущение, что для Джеймса происходящее кажется просто детской игрой. Кузен рисковал своей жизнью так, словно она ничего не стоила. И это было совсем неправильно. Некстати опять вспомнилась Джейн и ее слова про наследство.

«Джеймс не хочет жить».

Но почему? Спросить? Так ведь он не ответит. Опять отшутится.

Вдалеке раздался дробный стук копыт. Судя по звуку, повозка остановилась рядом со входом в парк. Вскоре в конце аллеи показался виконт Квинси с секундантом Фредериком Райсом – одним из участников чудесного предприятия, организованного Пирсом. Что ж, рука руку моет.